вопрос, который только можно было придумать.
— А до этого города, твоего, далеко ещё? — Я прижался к телеге как можно плотнее, заприметив камень на дороге.
— До какого? А до Бубастиса, неделя. — Обратив на меня внимание, Лорс потянул вожжи в сторону, объезжая камень. — Совсем плохо? — Оценив мой недовольный взгляд, он потянулся в нагрудный карман и достал полупустую склянку, с размазанной, по стенкам мази.
— Что это? — Поинтересовался я у него, недоверчиво косясь на пузырёк.
— Когда-то я отдал за него десять золотых, потому, что мой коллега по профессии, настаивал, что это, мазь от всех болезней. — Лорс потянул вожжи на себя, и тележка перестала скрипеть.
— И как, надул? — Я на всякий случай отодвинулся от него подальше.
— Да что значить надул! — Возмутился он, открывая пузырёк, выпуская на свободу едкий запах, от такого контраста я чихнул.
— Прости, не хотел обидеть. — Утирая нос, поспешил я его успокоить, не хотелось бы ругаться с тем, кто так любезно предоставил свои услуги.
— Между прочим, эта мазь синяк за день сводит, и даже подагру вылечит через месяц, а такое вот, для неё сущие пустяки, намажешься и через час забудешь, как плохо тебе было, вот только горло оно не лечит, а я именно для этого его и брал.
— Значит, получается, надул. — Произнёс я со злорадной ухмылкой, на что, Лорс злобно зыркнул на меня.
— Ложись на шкуры. — Скомандовал он мне в приказном тоне, я покорно послушался, заторможено переваливаясь через спинку повозки, затем последовал спокойный вопрос. — И говори, где болит?
— Эм, всё тело. — За мной последовал такой ответ, так как сам не понимал, где болит, если боль расходится по телу волнами.
— Ну, такими темпами ты мне и пузырь опустошить за раз, значит так, разотру спину и шею. — Затем, удивленно окинув меня взглядом, спросил. — Ну, ничего сделать не хочешь? — Я непонимающе пожал плечами, от чего опять скривился. — Ну не на одежду же, мне лекарство переводить. — Развязывая пояс, я совершенно забыл про нож, который тяжелым и громким ударом обеспокоил лошадей, казалось, что они вот-вот сорвутся, но Лорс скомандовал, строгим тоном. — Стоп!
Он подобрал ножик, пристально разглядывая его, а затем разошёлся на комментарии о том, насколько это дорогая вещь и что, скорее всего в моём культе меня точно узнают, потому, что с его слов, а бы кому, такие вещи не раздают. К тому же он, ещё раз упомянул разглядывая эту ужасающую морду, оказывается, это Аппоп и что он не ошибся, причисляя меня к культистам этого бжества. Пока я его слушал, пытался снять с себя верх, но руки не слушались и от боли, даже до локтя дотянуться не удалось, руки клинило на попытке их поднять, не говоря уже о том, чтобы до чего-то, дотянуться.
— Помочь? — Поинтересовался Лорс, наблюдая за моей беспомощностью.
— Да, если не трудно. — Этот чурбан, не церемонясь, стянул верх моего одеяния, от чего причинил мне настолько дикую боль, что я взвыл. — Да чего ты как девка ревешь?
— Да пошёл ты, я бы посмотрел как оно, когда с тебя как буд-то, шкуру сдирают. — Но он, игнорировал мои жалобы, молча, указал пальцем лечь, а за тем, принялся растирать мазь. В глазах потемнело от первого прикосновения, я выл и рычал, а он как буд-то на зло еще сильнее давил на окаменевшие мышцы. Хоть это и продолжалось не долго, по ощущениям прошла целая вечность, прежде чем как по волшебству, боль отступила.
— Перестал выть, значит помогло.
— Ага, — кивнул я. — Хоть ты и садюга, но спасибо тебе. — Он так же молчаливо кивнул, вернувшись на место. Вожжи хлыстнули, и мы вновь отправились в путь.
К моему счастью, руки наконец то можно было поднять на столько, что теперь одеться без посторонней помощи не было чем-то запредельным, никинув на себя одежду я вернулся на место, стараясь завязать разговор и загладить обострившееся чувство вины.
— А мазь и правда волшебна, быстро так помогла. — На что он просто кивнул, вглядываясь в даль.
— Ты прости, не ловко как-то получилось с моим этим, наколол. Может, тебе монетой за мазь оплатить. — Я полез в мешочек, достовая оплату, но меня остановили, Лорс придержал мою руку, качая головой.
— Не убудет, с меня. — Довольно хмыкнул он. — На твою кислую рожу больно было смотреть. — Продолжил он, наградив меня хлопком по плечу.
Повозка опять налетела на камень, а Лорс принялся насвистывать мелодию которую я слышал, от него ранее. И всё повторилось в новь, повозка скрепела, Лорс старательно собирал камни, а я наслаждался красотами окружающего меня леса. По природе было видно, что это лишь начало жизненного цикла, из бесчисленного числа многих. Все вокруг соревновалось в буйстве красок, а птици в лесу старались превзойти друг друга, в громкости и мелодичности своего пения. Даже деревья соревновались в своей не спешной жизни, кто выше из них дотянется до солнца, другого объяснения просто не придумаешь, оценивая их величественность и рост, кроны которых словно формировали арку над головой, забирая максимум света и лишь редкие лучи проблескивали на мгновение. Неожиданостью для меня стало и то, что мелодия моего попутчика, как нельзя к стати подходила к этому месту.
— Лорс, эта твоя мелодия, которую ты насвистываешь всю дорогу. Ты это из голвы придумал?
— Неа, я всё-таки себе на жизнь торговлей зарабатываю, а не трубодурством. — Указал он пальцем на коробки, накрытые плотной тканью. — Мне её когда-то мама напевала, а она говорила, что эта мелодия из гимна, под которую открывают церемонию в городе Бубастис.
— Гимн. Что за гимн?
— Ну, если в вкратце, по памяти там пелось следующее; бушует праздник на базаре и льется праздное вино, и люди все как за одно, богине молятся давно. Скорее всего где-то в словах напутал и вот на всё это ложится вот, насвистываемая мной, мелодия.
Как только Лорс произнёс эти слова в моей голове всплыл образ голубоглазой блондинки, по ощущениям она буд-то бы держала мое лицо и сострадающе смотрела на меня. Очередные не связные образы, к ним стоит привыкнуть, вот только вопрос, кто она и почему она кажется мне очень знакомой, буд-то бы с детства её знал. Этот момент сильно озадачил меня.
— Эй, ты чего утих? — Хлопнул меня по плечу Лорс.
— Да так, не думаю, описание внешности, голубоглазая блондинка, тебе о чем-нибудь да скажет.
— А так этож Илинара, ха она одна такая, отличительные черты жриц призрачной солнечной колоны. — На одном дыхании выпалил Лорс.
— Сколько уверенности в твоих словах, но готов поспорить, что
