кусты выступали передо мной, вели меня вглубь, к заветной поляне. В тихом воздухе шуршала опадавшая листва.
Сегодня мне, правда, пришлось вернуться ни с чем, грибов я почти не собрал, но прогулка все равно была приятной: накрапывал дождь, и было хорошо из мороси вернуться в теплую комнату. Я выпил кофе, чтобы немного взбодриться перед дежурством, надел форму, накинул плащ-палатку и отправился к КПП, где на смену собирались дежурные инженеры и техники. Мы немного поболтали о делах, Тамара Михайловна – сержант-механик, дежурившая в линейно-аппаратном зале, спросила, не смог бы я в субботу помочь ей перетащить доски с дачи в квартиру – она планировала собрать стеллаж. Я согласился, тем более что Тамара Михайловна славилась на весь городок тем, что делала отличную ягодную настойку и как-то по-особенному вкусно мариновала грибы, а муж ее, хотя и страдал радикулитом, был не прочь посидеть за столом. Лейтенант Осипов, недавно прибывший на службу, услышав наш разговор, немедленно выразил желание помочь с досками. К нему присоединился капитан Синельников, которого из-за любви к некоторым продуктам прозвали Синим. Подходили и другие, в конце концов слава настойки так увеличила количество стремившихся выполнить несложную работу, что оно превысило возможное число досок не только на даче Тамары Михайловны, но и, наверное, на всех дачах жителей городка.
Строили планы на зиму: говорили о соленьях, заготовках, покупках продуктов про запас. Осипов рассказывал, что в прошлое воскресенье ездил в Апрелевку и видел там лавку, где много армянских консервов, – дороговато, зато отличное качество. Маша Полоник, следившая в верхнем аппаратном зале за тем, чтобы станция вовремя переходила от спутника к спутнику, сказала, что ее знакомая из магазина предлагала на следующей неделе привезти брянскую картошку по десять рублей и лук по восемь, и я попросил придержать мне два мешка, картошка из Брянской области казалась мне почему-то вкуснее белорусской. Две женщины-механика из антенной башни рассуждали о том, какие овощи можно хранить в морозильнике, а какие нет. Постепенно разговор дежурной смены принял кулинарное направление, и некоторые опытные дамы шутя выражали мне сочувствие, потому что кухня Лены не отличалась большим разнообразием.
– В следующем месяце Лена поедет к маме в Переславль – буду обедать у вас, – сказал я, и мы посмеялись.
Когда мы сели в автобус, я вдруг вспомнил, что хотел поговорить с Тиняковым о том, почему на обычном грибном месте вдруг не оказалось урожая, стал искать его глазами и не нашел. Оказалось, прапорщик взял отгул, чтобы съездить в Балабаново по каким-то делам. «Ничего, – подумал я. – На выходных я его сам в лес поведу».
Смена прошла спокойно, мы расселись в аппаратной. Пока я обходил стойки с приборами, созванивался с центральным узлом, чтобы проверить уровень сигнала, мой расчет уже занялся обычными делами. Техник Елена Васильевна достала вязание, а молодой солдат-механик Новиков запустил на компьютере игру в гонки. Компьютеры поставили в наш центр, чтобы сделать новую сеть управления, но у инженеров всё не доходили руки, поэтому пока на машинах солдаты-срочники играли в игры, а офицеры и прапорщики смотрели кино.
Некоторое время мы сидели на местах. Примерно через час после смены дежурный по центру передал по внутренней связи, что спутник забирает ФАПСИ1, поэтому мы пока не работаем, но должны находиться в полной готовности. По его слегка приподнятому настроению я понял, что до утра уже никакой работы не будет, и можно спокойно пить чай, читать и даже устроить небольшой киносеанс. Раньше я дежурил с техником Галиной Ивановной Маловой, она любила «серьезное кино», и мы смотрели то «Солярис», то «Сладкую жизнь», то «Семейный портрет в интерьере». До знакомства с Галиной Ивановной я, разумеется, знал, кто такие Тарковский, Феллини и Висконти, но фильмов их не видел: Лена такое кино не любила, а самому мне как-то не хотелось свободное время тратить на слишком заумные, как мне казалось, вещи. На дежурство я обычно брал с собой приключенческие романы, и когда Малова предложила однажды посмотреть «Андрея Рублева», я согласился, только чтобы ее не обидеть.
Однако со временем я полюбил такое кино, хотя и не все фильмы приходились мне по душе. Но вот, например, «Семейный портрет» мне понравился. Мне почему-то показался близким главный герой, который хотел тихо и спокойно жить в одиночестве, а у него никак не выходило. Чтобы скоротать время, мы иногда до самого утра обсуждали увиденное. Галина Ивановна многое хорошо объясняла, и я часто задумывался, что такой образованный и умный человек, как Малова, делает в военном городке, почему она не преподает в школе или еще где-нибудь. Вот она научила меня, простого военного, любить кино, но знала она немало и о театре, и о музыке, и о живописи, читала книги, умела все растолковать. А много ли в гарнизоне пользы от ее знаний? Она приехала сюда из Воронежа, с мужем разошлась, и когда я спрашивал ее, почему она теперь не вернется назад, не пойдет преподавать, Галина Ивановна отвечала, что уже немолода, чтобы начинать новую жизнь, слишком привыкла к городку и все в таком роде.
– Вот если бы я была в вашем возрасте… – говорила она, как будто задавая встречный вопрос.
– Ну я-то не знаю так много, как вы, – отвечал я. – И вообще, я делать больше ничего не умею – здесь на центре я все изучил, могу вот стойку разобрать и собрать. А на гражданке чем буду заниматься?..
Малова была интересной приятной женщиной, но ее перевели в другой расчет, и сейчас техником в дежурной смене заступала Елена Васильевна. Она была неразговорчива, все больше вязала и шила, а из кино любила незамысловатые комедии и фильмы-оперетты. С ней мы говорили меньше, но зато бывало весело. К сегодняшнему дню, правда, мне не удалось найти хорошего диска, поэтому смотреть было нечего, и мы отдали компьютер в распоряжение Новикова.
Я сходил в первую антенную башню за чайником. В коридорах стояла тишина, только в дальнем конце было слышно, как бьет в стекла набиравший силу дождь, из легкой мороси постепенно переходивший в холодный осенний ливень. Хорошо бы сейчас немного настойки Тамары Михайловны, подумал я. Елена Васильевна вынула из тумбочки заготовленную еще в дневную смену банку вишневого варенья, мед, печенье, сгущенное молоко. Мы угостили Новикова чаем.
– Может, поспите, Елена Васильевна? – спросил я. – Вы вчера в дневную смену набегались. А мы тут сами спутник покараулим.
– Да я вообще-то хотела с Ларисой поболтать, из верхнего зала, – сказала женщина. – Вы не против, если я
