Рэйчел закатила глаза, услышав столько точных данных. Следующий парень в ее жизни определенно не будет киборгом, даже один из самых милых из числа восстановленных. Если… нет… когда она снова начнет встречаться, мужчина, которого она выберет, будет обычным человеком, чей мозг не будет функционировать как станция связи. Она больше не будет встречаться с кибернетиками. Больше никаких заядлых геймеров. Определенно никаких симпатичных чудаков со скрытыми злыми намерениями. И никаких бывших киберсолдат. Нет… просто нет. Ее либидо придется смириться с этим, какими бы привлекательными ни были для нее такие парни, как Маркус.
Она взглянула на его зад, следуя за ним из лифта. Его походка была уверенной и дело было не только в том, что он был мужчиной, а не мальчиком. Но его задница… даже в ужасных джинсах, которые он обычно носил… как она выяснила, была для нее воплощением сексуальных мечтаний.
Были веские причины, по которым Рэйчел решила в колледже изучать искусство и гуманитарные науки … решение было принято задолго до того, как ее похитили. Теперь, когда она не могла петь, и возможно уже никогда не сможет, ей придется выбрать другую карьеру. В двадцать шесть лет она уже была старшей студенткой. Ей будет за тридцать, прежде чем ее образование будет завершено.
Жаль, что она не пошла в какую-нибудь медицинскую сферу. В наши дни этот карьерный путь был полон возможностей. Но каждый раз, когда она заходила в «Нортон», она могла думать только о том, что это не более чем гигантское здание, полное печальных ситуаций.
Пока она была занята обдумыванием своих быстро приходящих прозрений, они с Маркусом, как обычно молча, шли к «Нортон». Она не могла перестать думать о Маркусе, смотрящем на ее ноги, и о том, что это может означать. Она также не могла избавиться от осознания того, что это было всего лишь еще одно типичное, скучное утро в монотонной жизни, которую она не хотела. Ей нужны были перемены…, и они у нее будут. Как и у любого другого человека на планете, в ее жизни были проблемы и испытания, но только она могла действительно что-то с ними поделать.
— Доброе утро, Рэйчел Логан. Пожалуйста, положите руку с удостоверением на сканер.
Рэйчел машинально улыбнулась в ответ на вежливую просьбу, притворившись, как всегда, что охранник был человеком. Задавший вопрос ИИ-бот был версией с самосознанием, который, в отличие от бота в ее многоквартирном доме, всегда узнавал ее визуально.
Он также называл ее настоящим именем, по крайней мере, пока она не прошла через сканер. Когда встроенный идентификационный чип окрасил арку сканера в зеленый цвет, она быстро вышла, чтобы избежать повторения охранником заявления о допуске, предусмотренного ОКН. Если она будет достаточно быстрой, он пропустит это и просто пожелает ей счастливого дня. Сегодня ей действительно не помешало бы везение.
Ее тревога за Маркуса раздражала Рэйчел. Ей не нравилось, что он все время вьется вокруг нее. Он не хотел слушать ее жалобы. Тогда почему ее волновали его чувства?
Ее стремление к самосохранению всегда было сильным, и именно поэтому она выжила, когда в течение двух месяцев ее использовали в качестве сексуальной рабыни, домработницы и лакея в научной лаборатории. Этим утром она не могла побороть желание быть откровенно непослушной, особенно если это означало шанс на жизнь, в которой она, наконец, сможет контролировать ситуацию.
Остановившись посередине сканера, она повернулась к Маркусу и спокойно солгала, используя для этого свой новый дребезжащий механизированный голос.
— Не… приходи… проводить меня домой. — Она остановилась, чтобы нервно вздохнуть. — У меня… свидание… со… старым… другом… по колледжу. Он… проводит меня… домой.
Она быстро отвернулась, чтобы закончить сканирование, но не пропустила вспышку разочарования в глазах Маркуса. Отказываясь поверить, что она сокрушила какую-то человеческую его часть своей новостью, Рэйчел вызывающе уставилась на ИИ-бота… который, казалось, был озадачен ее необычными действиями больше, чем шокированный ее словами киборг с открытым ртом.
— Вам разрешен вход в здание Рэйчел 235. Пожалуйста, пройдите через сканер.
Услышав, как к ней обращаются ненавистным прозвищем киборга, она подняла подбородок и пошла вперед, не оглядываясь назад. Сканирующая система могла идентифицировать ее, как бы ей ни хотелось, но она никогда не будет думать о себе как о киборге.
***
— У меня свидание.
Маркус повторил заявление Рэйчел вслух, чтобы проверить, звучат ли слова более правдоподобно, когда он их произносит. Все, что делала женщина, это ходила на работу в «Нортон» и возвращалась домой. Как ей удалось назначить свидание так, чтобы он об этом не узнал? Рэйчел встречалась с друзьями и развлекалась, еще в меньшей степени чем он… если только к ней не приставал кто-то из «Нортон».
Когда он официально следил за ней в интересах доктора Уинтерс, он поручил Эрику установить скрытое наблюдение за ее жилым помещением. Когда ситуация изменилась, он оставил оборудование для наблюдения на месте. Он сделал это по сложным и нелогичным причинам, по общему признанию основанным на неуместном интересе, с которым становилось все труднее и труднее бороться. Его рассуждения… хотя они и оставались в его голове расплывчатыми… теперь вызывали у него ощущение тошноты.
В то время, когда он принял решение продолжать следить за Рэйчел, у него было достаточно проблем в жизни. Он тогда работал и продолжает работать, над тем, чтобы дети его не боялись. К счастью, их отчим оказался порядочным человеком, который помог ему вернуться в их жизнь.
Ему также потребовалось больше времени, чем он ожидал, чтобы полностью признать, что потерял жену. Она вообще не хотела, чтобы он делал улучшения киберсолдата. Они часто и ожесточенно спорили из-за его решения задолго до его фактического обращения, но он не хотел отправлять свое воинское подразделение без него. В конце концов, он продолжил без ее согласия.
Ему пришлось принять потерю единственных настоящих супружеских отношений. Но это причиняло ему сильную боль и превратилось в боль, которая вызывала слезы в течение многих бессонных ночей. Эта потеря наглядно показала, сколько иллюзий стояло за тем, что помогало ему оставаться в здравом уме во время войны.
За последние семь месяцев ему пришлось отбросить еще много идей. Жизнь, которую он вел до улучшений, не была похожа на жизнь, которую он вел сейчас. Война разрушила его настоящий брак, и у него не было шансов исправить ситуацию после участия в программе «Кибермуж». Неверность была изменой матери его детей, независимо от того, по обоюдному согласию с его стороны или нет. Она подала все документы на развод с ним и вышла замуж за другого вскоре после окончания войны. Возможно, это произошло даже до того, как его назначили к его первой жене по контракту. Он избегал смотреть на даты.
Логически, Маркус не мог винить свою бывшую за то, что она ушла, но реальность того, что он никогда больше не будет со своей семьей, все еще было на удивление трудно принять. В отличие от воспоминаний о четырех женщинах, купивших его… воспоминаний, которые он сознательно отправил в хранилище данных… многие замечательные годы его брака до войны навсегда сохранились в его человеческих воспоминаниях.
Сегодня казалось, что он потеряет еще одну женщину. Заявление Рэйчел о свидании означало, что ему потребовалось слишком много времени, чтобы принять решение о том, как поступить со своим растущим к ней влечением. Назвав свой затяжной шок самым убедительным доказательством того, что он правильно расслышал ее слова, он признал, что все поступающие данные указывают только на один вывод. Он оставался в жизни Рэйчел Логан дольше, чем следовало, и теперь ему предстояло страдать, наблюдая, как она уходит к другим мужчинам. Маркус объяснил свое бездействие тем, что он ожидал признака того, что она исцеляется от жестокого обращения Брэдом.
