Читаем без скачивания Космический рейдер «Нибелунг» - Сергей Фомичев

невозможно. Флайт-офицер — вот потолок для людей вроде него. И этого потолка Гарру уже достиг. Во многих других флотах люди из народа нередко забирались на командные высоты, становились даже адмиралами. Но в королевстве Райдо всем заправляла родовая аристократия. И если тебе не посчастливилось родиться с серебряной ложкой во рту, то шансы получить воинское звание и должность равнялись нулю.

Ивору с детства нравился космический флот. Боевые корабли, огневая мощь, тактика и стратегия. Он ещё до поступления на службу прочел все доступные наставления по боевому применению, как захватывающие романы. Маневрирование, навигация, расчёт параметров перехода в гипер. Рейды, совместные действия в группе, в эскадре, сражение флотов…

Всё это при ближайшем знакомстве оказалось бутафорией. Никто ни с кем не воевал целыми столетиями, если не считать мелких стычек за территорию в новых колониях, а уж война в космосе и вовсе оставалась уделом вымышленных книг, фильмов и шоу. Не удивительно, что аристократия превратила королевский флот в своеобразный политический клуб. Одни верхом охотились на кенгуру на степных просторах, другие играли в маневры на просторах космических. Вот и вся разница. Тех кто предпочитал охоту было больше. Космос нравился далеко не всем. Невесомость, радиация, перегрузки, тесные помещения. Всё это не добавляло привлекательности службе. То ли дело гвардия или даже конная милиция.

Зато неудобства и опасности космоса открывали лазейку перед простолюдинами вроде Ивора Гарру. Оставлять корабль совсем без офицера не полагалось, вот и возникла нужда в таких как он.

Неформально их называли шерпами. Так на Земле в старые времена звали носильщиков тяжестей для белых людей, совершающих восхождение на высокую гору. Потом так стали звать и прочих трудяг при элите. Забытое звание флайт-офицера придворные крючкотворы откопали в архивах. Оно существовало в США времен Второй мировой войны, когда из-за нехватки настоящих офицеров на их должности брали способных людей из низов.

Господа не любили скучной рутины, когда внизу так манили злачные места Нового замка или Милады. На каждом корабле всегда имелась парочка шерпов, которая тянула лямку, пока весь прочий командный состав ходил по приёмам, охотам, аудиенциям или просто сидели в своих поместьях.

А Ивору даже такая рутина позволяла ощущать себя властителем боевого корабля. Ради этих часов он и терпел своё положение.

* * *

Внезапно ожили динамики внешней связи. Сигнал пришел по одному из зарезервированных каналов, что всегда оставались активными.

— Внимание всем кораблям и станциям! Авария на товарной орбите! — сообщил голос диспетчера Департамента транспортного контроля.

Подробностей диспетчер не сообщил, а повторив сообщение несколько раз отключился.

— Тактическую обстановку на главную проекцию, — распорядился Ивор.

Его помощник-матрос похоже дремал, поэтому сообразил не сразу. Потом встряхнул головой и нажал несколько клавиш. Вместо пейзажа планеты на главной проекции появилась схема орбитального движения. Низкие орбиты, если не считать нескольких картографических спутников, были поделены между военными и коммерческими флотами. Купцы обосновались ниже, им требовалось обеспечить больший трафик на планету. Военных же в свою очередь привлекал меньший расход топлива для поддержания орбиты и относительно быстрый с неё уход в случае тревоги. С другой стороны, адмиралы и капитаны не желали проводить долгие часы в шаттле, чтоб попасть на корабль или вернуться на поверхность. Парковочная орбита флота являлась своего рода компромиссом.

Теперь это стало причиной опасной ситуации.

— Несанкционированный сброс контейнера с коммерческого судна «Меконг», — сообщил диспетчер. — Поисковый маяк не задействован. Мы отслеживаем объект орбитальными радарами.

Получив данные, Ивор запустил бортовой вычислитель. Предполагаемая трасса полета контейнера пересекала парковочную орбиту как раз в той зоне, где вращались несколько боевых кораблей. Причем контейнер сперва поднимался выше, по пути пролетая мимо «Нибелунга», затем устремлялся обратно к планете, а на самом краю опасной зоны мог оказаться уже «Сигрид».

Вычислитель станции транспортного контроля проделал ту же работу, после чего диспетчер сбросил данные всем кораблям, что находились на орбите. Обе модели предполагали, что контейнер не получит дополнительный импульс, чтобы изменить траекторию. Различались схемы не более чем на сотую долю процента.

Не то, чтобы контейнер действительно представлял угрозу. Сближение шло достаточно медленно, траектории не пересекались. Но даже если контейнер изменит вектор (например из-за изменения массы по причине потери части груза, или из-за утечки атмосферы и создания тем самым тяги), любой вахтенный офицер успеет среагировать на опасность. Всего и нужно отдать команду бортовому вычислителю на коррекцию орбиты. Корабль всё сделает сам.

Ивор, однако, подумал, что инцидент предоставил ему удобный повод, чтобы объявить тревогу. Когда ещё флайт-офицеру подвернется подобный случай? И ведь никто не осудит. И ни одна аристократическая задница не поднимет шум. Нет сейчас на корабле аристократических задниц.

Он нажал на кнопку. Во всех помещениях эсминца зазвучал противный и протяжный звонок громкого боя. Тревога была не боевой, но и не учебной. Аварийной. По ней следовало натянуть скафандры (комбинезоны и мокасины) и прибыть на место согласно аварийному расписанию. Ивору показалось, что от топота десятка пар ног задрожала палуба. Но это была иллюзия. В мягких мокасинах люди передвигались бесшумно. Однако суматоха поднялась славная. Матросы, мастера, техники, инженеры занимали места у пультов и мониторов. Мостик быстро наполнялся людьми. На проекциях и экранах возникали операторы удаленных постов, замещающие офицеров.

— Объект изменил вектор движения, — сообщил диспетчер Департамента контроля движения. — Возможно сработали такелажные двигатели.

Обновленные данные приблизили трассу контейнера к рейдеру, но удалили от эсминца.

С появлением подчиненных дело пошло веселее. Теперь Ивору не приходилось краем глаза отслеживать десятки важных и второстепенных параметров, вроде температуры энергетического реактора, напряжения в корабельной электросети или состояния турбонасосов маневровых двигателей. Он сосредоточился на главном, а специалисты занялись каждый своим узлом. На торговых судах рутинные обязанности возлагались на бортовой вычислитель, но военные желали иметь возможность работы при максимально широких диапазонах. Аварийное отключение реактора в бою могло стать худшим решением, чем работа на запредельных параметрах. С другой стороны, они хотели, что называется, держать руку на пульсе и знать о малейших флуктуациях прежде, чем параметры доберутся до опасных значений. При этом и отвлекать попусту офицера тревожными сигналами, зачастую ложными, военные позволить себе не могли. Так что у нижних чинов работы хватало, а компьютеры выдавали лишь скромные рекомендации и предупреждения.

Ивор наслаждался командованием, суетой на борту, пока не похолодел от внезапной догадки. До него вдруг дошло, что данные с орбитальных радаров вовсе не предназначались для осуществления точных маневров. Гражданские системы лишь отслеживали орбитальный трафик и воспроизводили общую обстановку на орбите. Он понял это только потому, что его работой по боевому расписанию в ОКП как раз и являлось получение информации от внешних источников и её интеграция в отражение оперативной обстановки.

Проблема заключалась вот в чем. Общая картинка Департамента не показывала местонахождение военных бортов из соображений безопасности. Боевые корабли сами определяли свое положение, а вот всю остальную информацию, в том числе о полете злополучного контейнера, получали от департамента, поскольку собственные радары бездействовали по соображениям сохранения тайны и экономии ресурса. Но! Вся информация Департамента запаздывала на одну-две секунды, так как передавалась через систему стационарных спутников и модуль обработки данных. И синхронизировать внешние данные с собственным положением военные не могли.

Пинг в две секунды при орбитальных скоростях — это несколько десятков километров. Для космоса малая малость, но не в данной ситуации.

— Чёрт! — ругнулся Ивор. — Активировать ПРО! Включить радары ближней зоны обороны! Связь! Вызовите вахтенного офицера «Нибелунга».

— Есть, сэр. Активирую радары ближней зоны, — ответил оператор, ответственный за навигационную электронику.

— Есть, сэр. Запрашиваю «Нибелунг» по каналу флота, — ответил оператор-связист, и через несколько секунд добавил: — Ответа нет, сэр!

— Попробуйте другие каналы. Задействуйте аварийный.

— Да, сэр.

Ивор нашел глазами помощника навигатора. Мастер (* флотское звание аналогичное армейскому сержанту) давно находился на месте. Относительно молодой, поскольку ставить на вахту опытного помощника навигатора, в то время когда корабль висит