Читаем без скачивания След. Красота требует жертв (сборник) - Коллектив авторов

– Погоди, Валь. Так этот спорткомплекс строил твой муж?

Антонова обреченно кивнула, и Рогозина с Тихоновым озабоченно переглянулись. Тут уж не до улыбок – все очень, очень скверно. Дело осложняется.

Нахмурившись, Рогозина посмотрела на Валентину.

Как профессионал, та не может не сознавать, что обстоятельства изменились, и теперь у них попросту могут отобрать дело – из-за конфликта интересов. И это было бы оправданно: и так большой риск – брать на себя ответственность и заниматься поисками пропавших детей сотрудницы ФЭС, вместо того, чтобы перепоручить дело другим компетентным органам, способным сохранять объективность. А теперь еще выясняется, что, скорее всего, в роли главного подозреваемого выступит муж Антоновой. Вероятно, следует отойти в сторону, это было бы разумно.

Вот только как объяснить Валентине, почему ее детей будут искать не сотрудники и коллеги, а чужие, посторонние люди? Оставить ее одну в эту тяжелую минуту равносильно предательству. Своих не бросают.

– Муж Вали строил этот спорткомплекс? – Тихонов удрученно покачал головой, бросив на Антонову сочувствующий взгляд. – Плохо! Конфликт интересов или как там такая ситуация называется? Нас могут с этого дела подвинуть!

– Нет! – Голос Антоновой зазвенел от напряжения. – Галя?

Ну конечно, она не позволит подруге остаться один на один с горем. Профессионализм Рогозиной от личной заинтересованности в результатах расследования не пострадает.

– Не волнуйся, Валя. Пока девчонок не найдем, это дело я никому не отдам! – Проблемы с начальством, разумеется, будут, но ничего, она справится.

Словно в подтверждение ее мыслям, резко зазвонил мобильник. Вздохнув, Рогозина решительно ответила.

– Здравия желаю, товарищ генерал. Да, я только минуту назад это выяснила. – Все верно, начальство уже в курсе основных фактов. Что ж, шила в мешке все равно не утаишь! – Есть некоторые нюансы, я хотела бы их доложить лично. Уже еду.

Собрав документы, Рогозина прошла к выходу, но на пороге остановилась и ободряюще посмотрела на Антонову, испуганным воробышком сжавшуюся на стуле.

– Что, он уже в курсе про мужа?

Сколько бед может выдержать один человек, тем более такая хрупкая маленькая женщина, как Валя? Нет, Галина сделает все возможное, чтобы защитить ее, помочь вынести все эти напасти. Все, что только в ее силах.

– Какой-то почетный строитель доложил. Сидоркин, – пожав плечами, Рогозина едва заметно улыбнулась. – Ладно, попробую отбиться.

Глава 3

– Ну, и где твоя хваленая безопасность? Накосячил в своих расчетах, гений!

Всеволод Андреевич Рубцов, начальник службы охраны спорткомплекса, разъяренно надвинулся на Степана. На голову возвышаясь над архитектором, он казался движущейся горой мускулов, и если бы не бейдж с именем на распахнутой на груди форменной рубашке охранника, его можно было бы принять за «братка» на разборках.

– Да?! А кто стальными тросами сегменты крыши заблокировал? – Степан Васильев сердито сверкнул глазами. – Да я полгода требовал, чтобы их сняли! Нужно эту чертову рекламу размещать – вешайте без тросов!

Подумать только – теперь они стрелки решили на него перевести! Хотя только сообща можно найти причину катастрофы, разобраться во всем, докопаться до сути. А кричать друг на друга – бессмысленная трата времени!

Рингтон известил о пришедшем сообщении, и Степан тут же достал мобильник. Внимательно прочитал текст, затем, словно не поняв с первого раза, перечитал еще и еще раз.

Сунув телефон в карман, он резко развернулся и, забыв о Всеволоде, озабоченно двинулся к выходу.

– Ты так прямо и скажи, мол, служба безопасности виновата! – Начальник службы охраны буквально кипел от гнева. Да что он себе позволяет, этот архитекторишка! Ведет себя так, будто Всеволод для него – пустое место! Сердито поджав губы, он повернулся и заметил Круглова.

– Вы мне и нужны! – Продемонстрировав Рубцову удостоверение, Круглов внимательно оглядел потолок и стены коридора.

– ФЭС? Чем могу? – Всеволод старался говорить вежливо, но в его тоне явно проскальзывала досада.

Степан сел в машину и открыл ноутбук, неловко пристроив его на руле. Сейчас не до удобств – просто надо загрузить документ и прочитать, увидеть своими глазами. Действуя на автомате, он быстро набрал нужную последовательность букв и цифр, и на экране возник текст, который его глаза почему-то отказывались воспринимать. Он читал слова, но не улавливал смысл. Или не желал. Но мозг вдруг прошило молнией осознания, и уже невозможно было отрицать увиденное. Слишком страшно, чтобы принять эту правду, но – это реально! Как же так! Как это в принципе могло произойти?!

– Нет! Не может быть! Господи! Что же делать?

Застонав, Степан откинулся на спинку сиденья, не обращая внимания на трезвонящий мобильник. Только через минуту он заставил себя ответить.

– Да?.. Кто? – Голос в трубке терпеливо повторил имя, и Степан, сосредоточившись, вспомнил этого парня. – Майский… ну конечно, Сергей, извините! Я сейчас подойду!

Его жизнь катилась в бездну, и он уже ничего не мог изменить. Так вышло, так сложились обстоятельства. Но, даже падая в пропасть, он будет бороться до последнего. А значит, никто не должен видеть его боль. Не сейчас.

Решительно тряхнув головой, Степан закрыл ноутбук и кинул его на сиденье рядом. Он должен быть спокойным и собранным. В конце концов, это единственное, что он может сделать в такой ситуации. Если, конечно, хоть что-то еще можно исправить.

Галина Рогозина вышла из джипа Федеральной Экспертной Службы и направилась к зданию МВД. Сколько раз она бывала здесь? Но до сих пор каждый раз где-то в уголке души она ощущала волнение, как в юные годы, когда, робея, смотрела на старших по званию, мечтая о том дне, когда и сама станет такой же опытной, мудрой, всезнающей… такой, какая она сейчас.

Улыбнувшись несвоевременным воспоминаниям, полковник Рогозина прошла по коридору и вошла в кабинет заместителя министра, где ее уже ждали сам хозяин кабинета – генерал и его посетитель, представительный мужчина лет шестидесяти, интеллигентного вида, похожий на научного работника.

Официально представив Рогозиной Виктора Евгеньевича Сидоркина, генерал сразу же перешел к делу.

– Галина Николаевна, ситуация неприятная. Этот комплекс, оказывается, строил муж твоей Антоновой. Строители, они же всё друг о друге знают.

Вот уж чистая правда! Рогозина и не надеялась утаить столь важные факты – они так или иначе всплыли бы, но быстрота, с которой начальство обо всем узнало, ее насторожила. И когда генерал повернулся к Сидоркину, она все поняла – вот он, источник информации! Что ж, надо быть настороже и ни на мгновение не забывать о том, зачем она сюда пришла и чего хочет добиться.

– Ну, Степу-то тем более все знают. – Сидоркин тем временем довольно улыбался, ему явно нравилась тема разговора. – И все в курсе, что его жена вместо того, чтобы детьми заниматься да по магазинам шляться, трупы вскрывает.

Рогозина презрительно сморщилась, но быстро стерла с лица гримасу – нет, сейчас не время обращать внимание на мелкие детали. Ей надо быть твердой. Тем более, когда генерал смотрит на нее с такой мягкостью и пониманием. Хотя практика показывает, что ничего хорошего это не сулит.

– Так что дело я у тебя забираю.

Ну уж нет! Когда этого требовали обстоятельства, Рогозина могла быть очень жесткой.

– Товарищ генерал! – Встав во весь свой немалый рост, Галина замерла, как статуя – холодная и гордая. Ее слова звучали отрывисто и очень убедительно. – При обрушении спорткомплекса пропали дочери Антоновой. Я настаиваю, чтобы дело осталось у меня, пока мы их не найдем. В противном случае я сейчас же пишу рапорт на увольнение!

– Тише, тише, – генерал не ожидал такого напора, и видно было, что он сдался в ту же секунду, когда заглянул в глаза Рогозиной. – Какие дочери? Как пропали?

– Две дочери-близняшки, восьми лет. Были на тренировке. – У Рогозиной зазвонил мобильный, и она тут же ответила. – Извините, это из ФЭС. Может, их как раз нашли… Да, Иван?..

– Галина Николаевна, это может быть важно. – Голос Тихонова, сопровождаемый щелканьем клавиатуры, звучал ровно. Рогозина легко могла представить, как он сидит сейчас перед компьютером и сосредоточенно смотрит в монитор, одновременно вводя кучу разных шифров и прижимая мобильник к щеке плечом. – Проектировалось это здание еще в середине девяностых специально для сейсмоопасной зоны. Но тогда не построили. Короче, рецензентом проекта был Сидоркин Виктор Евгеньевич. Дал положительную оценку. Странно, чего это он сейчас так переживает?

Действительно, странно. Искоса взглянув на Сидоркина, Рогозина нахмурилась. Разумеется, у каждого в этом деле есть свой интерес. И вовсе не из любви к правде или добрых побуждений этот скользкий тип принес генералу информацию о Степане. О своей рубашке печется, той, что ближе к телу.