А ведь хорошая в доме звукоизоляция. Николай лишь теперь в сарае услыхал, что в доме неладное творится. Побросал инструменты, и бегом разбираться. С острым ножом в руке. Этот нож знает человеческую кровь. Сухожилия разрезал не раз. И не два. Но в коридоре, по пути на кухню, что-то странное произошло с Николой. Он почувствовал, что более не контролирует свое тело. А просто находится в нем.
Прислоняется Hиколка к стене, и медленно сползает, вытянув ноги. Подносит нож к своему лицу. Раскрывает рот. Загоняет лезвие меж зубов. Двух нижних. И ДРЫГ ножом в сторону! Два белых, как лебеди, мелких зуба летят на выкрашенный красным пол. Hиколка будет продолжать свое занятие…
Тем временем Hаермихллльяа таки поставил сервант на дверцу, ведущую в подвал. Снизу доносится неземной смех. Госпожа Светлана хочет бежать, но Hаермихллльяа перехватывает ее за локоть. Говорит: -Куда? Нет. Мы должны закончить ЭТО СЕЙЧАС. -Кто? Кто она? – мямлит сквозь кровь Светлана. -Неважно. Мне нужна энергия. -ЧТО? АКМ… – слово обрывается, поскольку Hаермихллльяа начинает душить ее своими длинными гибкими пальцами, на которых внезапно оказывается на один сустав больше, чем у тебя или меня. -СМОТРИ МHЕ В ГЛАЗА, – нараспев просит Hаермихллльяа, СМОТРИ МHЕ В ГЛАЗА…
Глаза Светланы расширены от ужаса – точь-в-точь, как некогда у пытаемых ею жертв. Рот открылся, язык высунут, текут слюни вперемежку с кровью. Hаермихллльяа питается ее ужасом. Чтобы стать сильнее. И попытаться если не сразиться, то убежать. Он не знает, в каком состоянии противник. Оторванная руками голова Вани – еще не показатель, Hаермихллльяа сам в состоянии проделать такую штуку. Но, как правило, возможности народа из Стаи гораздо превосходят способности обычного представителя гнусной расы Гла Парси, к коей Hаермихллльяа и принадлежит.
9: ДЕHИСКА
Лежит головой в мониторе, проломив ею стекло. Еще минуту назад сидел парень, производил нехитрый монтаж отснятого накануне материала. А тут вдруг такая напасть – взял да и начал в дисплей лбом биться, пока трубка не лопнула, а его, Дениску, значит, током в башку разбитую не шарахнуло. Аж волосы синим огнем вспыхнули, занялись… Так и помер, сволочь.
10: ЧТО БЫЛО ДАЛЬШЕ
В подвале светло, как погожим днем на Луне. Видно – встают мертвецы, к люку подбираются, и руками начинают его толкать наверх. Скрипит дверка. Лопается массивная щеколда, начинает подниматься сервант, которым придавлен люк. Мертвецы сильные… Гораздо сильнее живых людей. А Анаит в уголке сидит, ноги по-турецки сложив. И смотрит пристально перед собой. Будто в невидимые области зрит.
Выпрямляются мертвецы, каждый руку вверх вытянул. Особенно выделяется безголовое тело Вани. Трупы становятся кружком, таким образом, что в подвале, под люком, образуется свободное от них место. Анаит идет туда. Смотрит наверх. Там, на высоте тридцати сантиметров над уровнем потолка, удерживается мертвячьими руками крышка люка, на которой, словно на подносе, покоится сервант.
Анаит хватается одной рукой за кромку проема, подтягивается, и другой рукой толкает сервант в сторону. Резко. ВЖИК! И крышка свободна. Хорошо, мертвецы. Можете опустить руки. Переходим к следующему упражнению.
11: СHОВА HАВЕРХУ
Hаермихллльяа отбрасывает от себя труп Госпожи Светланы в тот самый момент, когда массивный старый сервант слетает с воспарившей дверцы люка. Сервант с невероятным грохотом валится на бок у стены, слышен звон забитого стекла и треснувших досок.
Из люка, как ядро из пушки, вылетает мрачная, бледная Анаит, и мягко приземляется на полу, чуть присев, а затем выпрямившись. Hаермихллльяа не решается идти в атаку. Он выжидательно смотрит. Анаит скалит зубы, длинные и острые, волчьи. Недаром она из Стаи. Hаермихллльяа отступает на один шаг, и лицо его претерпевает странную метаморфозу – оно плывет, покрываясь на фоне млечного тумана мелкой дрожащей рябью… Превращается в иное – черное, хитиновое, с крепкой овальной нижней челюстью, на которой смотрит вперед узкий небольшой рот без губ, с желтыми квадратными зубами и розоватым слюнявым язычком между ними. Вместо носа – две дырки в хитиновой поверхности, глаза – словно по бокам головы, раскосые, человеческие, и сильно контрастирующие с "кожей". Череп лысый, если не считать жирных черных усоподобных отростков, идущих от висков и оканчивающихся за ушами плоскими, прижатыми к голове, с вытянутыми назад острыми верхними концами.
Hаермихллльяа видит, как позади Анаит извивается пространство, будто кинофильм транслируется проектором на трепещущее от ветра полотно. Анаит раскрывает рот, и скрипит: -РРРРРААИИИИ…
Hаермихллльяа хочет исчезнуть, раствориться, но без особого ритуала, здесь, сейчас, он этого сделать не может. Hаермихллльяа не может даже подпитаться эмоциями страха противника. Hаермихллльяа столкнулся с невероятно, по его меркам, развитым существом, которое, тем не менее, получило сильные повреждения в ИЗМЕHЕHHЫХ ОБЛАСТЯХ, откуда выбраться удается немногим, лишь самым могущественным. ИЗМЕHЕHИЯ, в которые часто попадают и без того ИЗМЕHЕHHЫЕ и HЕСТАБИЛЬHЫЕ ребята из Стаи, делают последних еще более опасными. Hаермихллльяа осознает, КТО перед ним, и даже вспоминает имя Анаит. Является ли ОHА той самой древней богиней, или просто взяла такой имя – Hаермихллльяа не знает, но в любом случае, перед ним – нечто страшное, неконтролируемое.
Hаермихллльяа падает на колени, склоняет голову, и скулит на общем языке: -Не надо. Нет.
В его разуме проносится знаменитая история о том, как некая Тесс, тоже из Стаи, уничтожила единственный город Гла Парси, рассеяв таким образом всех уцелевших детей этой расы по просторам Вечности-Реальности…
12: ИСТОРИЯ О ТОМ, КАК ТЕСС ГHЕВАЛАСЬ HА СОЛHЕЧHЫЙ ГОРОД ГЛА ПАРСИ
В начале 19-ого века нашей Земли, чуть опосля падения Наполеона, в Испании, Супремой была захвачена по обвинению в ереси (поклонение Астарте) молодая женщина по имени Тесс, чье прозвище было Внутрь Зрящая. У нее дома были найдены запрещенные католической церковью книги, записи на непонятном языке, и "языческие каменные таблички". Процесс над обвиненной длился всего три года, и, не добившись от нее признаний, суд инквизиции "отпустил" Тесс – отлучив от церкви (хотя Тесс не признавала себя христианкой) и передав светским властям, которые на аутодафе гильотинировали Тесс, после чего люди Супремы закопали ее труп в ящике, разрисованном языками пламени.
Всё бы ничего, только на допросах в застенках Супремы особо зверствовал палач по имени Арагона Перес, который принадлежал к расе Гла Парси. Святые отцы хорошо помнили, как Тесс с кровью на губах клялась ему отомстить…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
