шепчет или колдует? А есть ли выбор? Впрочем, вперед!
Языка коснулись эти несколько маленьких капель и через пару колыханий губ, мозг пронзили сотни образов, мыслей и наступила тьма.
Пробуждение было почти романтично. В наступившей тьме я упал на плечо девушки и отрубился почти в обнимку. С трудом удалось сесть, опираясь спиной на стену. Голова раскалывалась на куски. Открыл глаза и посмотрел на девушку, гадая что же она сделала?
— Здравствуй.
Одно слово, но его достаточно чтоб полностью освободить мозг от мыслей. В этой пустоте, на миг свободный от переживаний и страхов, я как в детстве начал произносить слова. Осознал, что знаю новый язык. Пусть многие интересные части языка мне сложно было уловить, но простые слова были понятны.
— Здравствуй. Меня зовут Скиталец.
Танисса с трудом улыбнулась:
— Я это уже поняла. Твой язык, твой вид и твое поведение чужды этому месту. Я обошла все земли, до которых можно дойти. Но таких не видела, ни среди крестьян, ни среди властителей. Ты изнежен, нет следов тяжелой работы, кожа рук гладкая и нежная, будто и есть самому не приходилось. Но, готов цепляться за жизнь зубами и выжить любой ценой. Так не бывает. Такие как ты умирают, стоит им оказаться без слуг, которые все делают и умеют.
— Ну, я издалека. С дивного края Земля, — криво усмехнулся и оценил значимость моих слов, — Да. Мы так и зовем свой край. Мы развили науку и технику. Сделали общество для людей. С заботой о здоровье, еде и счастье каждого из людей.
Танисса рассмеялась. По-своему ярко и от души, пусть сил хватило лишь на хриплые выдохи. Вздохнув чуть глубже и устроившись чуть удобнее, спросила:
— И мне тебе верить? Посмотри на себя! Да так за жизнь не цеплялись и некоторые толстые Лорды, которых я лично убила. Не мне тебя судить, но одно точно могу сказать. В казематы ты попал по справедливости и тебе явно здесь место.
Что-то в её словах было… Помня наш мир, и то равнодушие, что он взращивал в людях день от то дня, лицемерно порицая его при свете. Я взглянул на каменный "дом" по-новому.
Три метра на два. Дверь строго по центру одной из стен. Две пары кандалов вмонтированы в центр стены слева и справа от двери. А на полу вдоль стен жёлоб. По дальней от двери стене скатывается влага, порой сбиваясь в крохотные ручейки. Каменный мешок со следами на стенах. Можно лишь гадать, кто и как сделал их, но одно неизменно, но одно очевидно, что прошлые "гости" могли оставить лишь небольшие царапины.
— Сможешь рассказать о том, что снаружи? Нам стоило бы выбраться. Не знаю кто ты, но я человек, и на крысах долго не протяну.
Пусть были сотни вопросов, можно, и даже нужно узнать всё о месте, где я нахожусь, кто она и так далее, но меня сейчас куда больше интересовала свобода. Необходимость вырваться из клетки. Необходимость спастись, пока есть ещё силы.
Танисса посмотрела на меня и тихо произнесла:
— Отсюда не спастись, даже если ты вопреки всем законам можешь открывать местные клетки. То не сможешь победить не одного воина, ты явно не боец, а местные стражи бессмертны.
Хотелось ли мне возразить? Да нет. Я уже принял факт присутствия магии, а это значит, что следует скорее всего сторожить клетки не станут простые крестьяне. И, судя по клетке, тут далеко до прогресса, а следовательно скорее всего мечи и луки, а может арбалеты. А я кроме кино и пары подлых приемов немного могу сейчас.
— Сбежать можно и мимо охраны. Пробраться как-нибудь тихо. Ты лишь скажи для начала, они где?
Девушка молчала. Почему-то явно не хотела говорить. Но собралась:
— Это самый глубокий уровень каземата. Сюда охрана приходит лишь для того, чтоб закрыть в оковы и забыть. А потом, сколько ты проживешь, никого не волнует. Это медленная смерть от голода или крыс. Оковы никогда не откроются тому, кто в них сидит. Раз тебя сюда бросила не охрана, возможно поэтому ты и можешь их открывать. Но я сомневаюсь, что так же можно обойти всю охрану, пусть она и не живёт жизнью живых.
Танисса посмотрела куда-то вдаль и явно задумалась о чем то далеком. Я думал лишь об одном.
В голове у меня билась лишь одна мысль: «В КЛЕТКЕ Я НЕ ОСТАНУСЬ!»
— Хватит! — Нельзя дать себе отчаяться. Стоит появится трещине, и, рано или поздно, и гранит расколется на части. Я стал трещиной в магии этого места. Я смогу стать и тем, кто сбежит! — Если мы не можем идти наверх, и там нас убьют, так можно вниз. Есть тут яма? Люк? Трещина в скале, камне или просто нора в земле? Куда бросаются остатки костей и прочего мусора?
Танисса посмотрела мне в глаза. Очень маленькое количество эмоций, которое она могла выразить мимикой, дало мне понять что надо мной смеются:
— Ты не можешь выйти по лестницам мимо людей к свету сейчас, но надеешься пройти пещерами и найти выход? Сколько же удачи у тебя есть с собой, чтоб хоть сколько-то пройти по пещерам. Местные пещеры населены, и там нет добрых созданий, что готовы помочь.
Посмотрел в небольшой участок видимого коридора. Глубоко вздохнул. Обернулся и максимально уверенно, насколько был способен, сказал:
— Мы не останемся в клетке. Я могу открывать эти двери. А значит могу и вырваться отсюда. Но мне нужна помощь! Я не смогу один пройти под землёй, а ты здесь живешь. И я уверен, помогая друг другу мы снова увидим свет. Так что же лучше? Сидеть в клетке и ждать смерти? Или погибнуть, пытаясь освободиться.
Первый шаг.
Проснулся. Мой новый мохнатый будильник, явно был радикальнее прошлого. И пробуждение начиналось с острой необходимости спасти свои пальцы. Резкое движение ногой, но крыс избежал удара и поспешил скрыться. Не спешил разделить судьбу своих погибших братьев.
Назревает момент, когда голод достигнет стадии разрушения организма. Все ресурсы, что были отложены на черный день, все резервы организма, будут израсходованы. Осталось считанные "дни" до точки невозврата. Когда сил не хватит на то, чтобы двигаться.
Остатки крысиные пошли на завтрак. Выполнил несколько упражнений, что демонстрировал в школе учитель для проверки. Мышцы еще были способны выполнять все свои функции. Пришла пора сбежать.
Куски шкуры, разодранные при помощи зубов и прикованных к стене оков, нужно связать в один, хоть сколько-то длинный шнурок. Найти хоть какой-то камень и закрепить грузилом на
