Читаем без скачивания ЭмоБоль. Сны Кити - Антон Соя

Но не только эмокуклы стали подданными Маргит. Ночные бабочки — тёмные странницы — устремились в Эмокор из всех миров, чтобы поприветствовать свою королеву, послужить ей и поучаствовать в её планах по захвату Реала. Сонмища бабочек-фрейлин жили с Маргит в её дворце и ждали своего часа. Ждала его и Маргит. Могущественная колдунья, принадлежащая к расе существ, живших задолго до появления первого человека на Земле, упрятанная Создателем всего в Ад за свои злодеяния и сумевшая оттуда сбежать в маленький тихий, закрытый ото всех мирок Кити, она жила только ради мести людям, новым любимцам Создателя. Но чтобы осуществить её, Маргит должна дать жизнь потомству, а как это сделать, если ты последний представитель вымершей расы? Мудрая Маргит не случайно оказалась в Эмомире, она узнала, что именно здесь по стечению обстоятельств должен вскоре появиться придуманный Кити Эмобой, человек-бабочка, герой и спаситель Эмомира, возлюбленный Мании, чью любовь собралась присвоить коварная королева. Так всё и случилось. Когда Егора, парня Кити, убивали у неё на глазах, она, в отчаянной попытке его спасти, сумела отправить часть его бессмертной души в свой Эмомир в виде Эгора-Эмобоя, который тут же угодил в цепкие лапки Маргит. Манипулируя чувствами Эгора и применив магию, королеве удалось достичь своей главной цели — забеременеть от юноши-бабочки. Вот только Эгор сумел сбежать от неё. Он предпочёл небытие вечному существованию на троне без любимой Кити. Эгор разрушил коварный план Маргит по перетаскиванию Кити в её же Эмомир, спас возлюбленную ценою своей жизни и исчез навсегда. И ещё одного не смогла предугадать хитроумная Маргит. Своей смерти. Три человеческих года назад тела младенцев-близнецов разорвали при родах её хитиновое тело, и жизнь, казавшаяся бесконечной, закончилась, не дав ей насладиться скорой неминуемой местью жалким людишкам…

Когда-то здесь по всему горизонту тянулась розовая пустыня, посреди которой стоял Эмотаун — столица Эмокора. За три последних года природные ландшафты и климат Эмокора сильно поменялись. «Государственная измена» — так называл эти перемены демонический клоун Тик-Так, друг и спутник безвременно почившего Эгора и по совместительству любимая татуировка Кити. Уныние, обида, тревога и сожаление проросли и заколосились в плодородной кислой почве Эмомира, превратив пустыню в саванну, а местами и в непроходимые заросли влажных страданий и ветвистых сомнений. Та же часть пустыни, что чудом уцелела, покрылась, словно язвами, фиолетовыми лишайниками равнодушия и зелёными болотцами тоски с черными непроходимыми топями разочарования.

Три года назад погода здесь резко испортилась и исправляться не собиралась. Когда в реале стоял день, здесь было холодно и промозгло, как поздней осенью. Часто накрапывал мелкий противный дождик и постоянно дули ветра хандры и неудовлетворённости. А когда в Реале наступала ночь, здесь сразу становилось нестерпимо жарко и влажно, словно в джунглях в сезон дождей. Снова и снова раскалённую, душную, липкую ночь сменял студёный день. Отвратительная погодка! Территория Эмомира неуклонно уменьшалась с каждым днём, пустыня всё ближе и ближе подступала к границам Эмотауна, земля трескалась, горизонт неумолимо приближался. Эмомир погибал. Никому не нужный скучный мир, забытый Создателем и брошенный героем. Эмомир девочки с обледеневшим сердцем.

Соотношение национально-исторических цветов королевства тоже отнюдь не радовало глаз. Наивный, добродушный розовый цвет безнадёжно вымирал. Зато траурный чёрный счастливо доминировал и поглощал всё больше пространства Эмомира с тех пор, как его сначала покинул Эгор, а затем умерла при родах королева Маргит. Древняя полубабочка-получеловек произвела на свет близнецов Нишурта и Рогэ, которые росли чрезвычайно быстро, впрочем, как всё в Эмомире. Принцы-сиротки никогда не выходили из замка Маргит, окружённого теперь не только кладбищем, но и тройным кольцом охраны боевых свирепых рогатых гусениц размером со слона и метко плюющихся зелёным ядом. В небе над замком днём и ночью кружились дозорные бабочки, отслеживая все подходы. Все эти меры безопасности, предпринятые учёным Котом, министром и верным помощником Маргит, взявшим на себя бремя воспитания инфантов, были абсолютно оправданны. Кроме барбикенов, продолжающих имитировать псевдочеловеческий образ жизни в центре бывшего Эмотауна, переименованного три года назад в Эгород, никто больше не хранил верность покойной королеве.

Барбикены продолжали регулярно получать из дворца свою порцию суррогатных эмоций из богатых запасов Маргит и делали вид, что планы принцев по коварному захвату Реала их не касаются. Может, им было страшно представить, что однажды настолько лелеемые ими холёные тела манекенов лопнут, издав противный звук, и из них вылетят бабочки. Наверняка они попросту гнали чёрные мысли из пустых розовых голов. Зато остальные обитатели Эгорода всеми силами старались помешать неминуемому вторжению инфернальных существ в Реал. Куклы-эмокиды, которые требовали, чтобы теперь их называли эгоровцами, встали на тропу войны.

Началось всё с того, что после смерти Маргит в Эмокор вернулся клоун Тик-Так. Он посвятил чувствительных, бесхитростных, склонных к состраданию эмокидов в коварные планы Маргит, призвав к борьбе с барбикенами и прячущимися во дворце принцами. Потешная партизанская армия Тик-Така стала регулярно атаковать центр города в попытках уничтожить всех потенциальных устроителей апокалипсиса. Противостояла им огромная армия, состоявшая из боевых гусениц и бабочек-камикадзе. Силы были явно не равны. Эгоровцы несли ощутимые потери и вскоре совсем сгинули бы в неравной борьбе, если бы на их сторону не перешли бесстрашные опытные воины — бывшие гвардейцы королевы, безликие успокойники. Машины для убийств, навеки заключённые в могучих человеческих телах, все они попали в Ад за свои злодеяния в разные века и были рекрутированы Маргит перед совместным побегом из Геенны.

Гвардейцы заявили, что присягали они только королеве и теперь свободны в выборе жизненного пути, а клоунская вольница им нравится гораздо больше, чем прислуживание разумным насекомым. Эти уличные бойцы, жестокие и умелые, прошедшие настоящий ад в прошлой жизни, сыграли решающую роль в битве между Добром и Злом в Эмокоре, выступив впервые в несвойственной для себя роли на стороне Добра. Установился временный паритет, шаткое равновесие. Тику, эгоровцам и успокойникам не удалось уничтожить барбикенов, Кота и принцев, зато удалось установить контроль над всеми порталами города, ведущими в Реал, и над Спальным районом, из которого клоун мог прямиком попадать в сны людей. Армия Кота взяла под охрану не только дворец, но и всех перепуганных барбикенов. Теперь к ним было не подобраться ни по земле, ни по воздуху, но жить приходилось на осадном положении. Кроме защиты порталов от рвущихся в Реал бабочек на плечи клоунской армии легла обязанность по патрулированию территории Эмокора и борьбе со всякой нечистью, в которую превращались негативные эмоции Кити, проникающие к ним запросто, без всяких порталов.

В этом нелёгком деле незаменимой помощницей и сестрой по оружию для повстанцев стала девушка Эллис, объявившаяся здесь пару лет назад и сразу ставшая лучшей подругой и предметом воздыхания толстого весёлого клоуна. Тик-Так влюбился, — перешептывались довольные эгоровцы, успокойники хитро перемигивались, и только кавайная красотка Эллис, милая малышка с огромными, чуть раскосыми глазами на наивном детском личике и тяжёлым тесаком за поясом, с которым она никогда не расставалась, делала вид, что не замечает страданий клоуна. А может, и правда не замечала. Ведь её прекрасная маленькая кудрявая головка всегда занята только одной мыслью: какому бы уроду немедленно разнести его дурную башку.

Вот и сейчас её глаза зорко и сосредоточенно озирают чёрно-розово-зелёные окрестности, выискивая врагов, в то время как летящий рядом с ней Тик самозабвенно продолжает нести чушь, предназначенную для её розовых маленьких ушек. Летят Эллис и Тик-Так не на крыльях, а на гневах, прирученных ими быстрых шестиногих, семиглавых псах. Не зря ведь Кити, бывшая хозяйка Эллис, ходила на трёхмесячные курсы по управлению гневом. На каждой из семи голов гневов уздечки, поводки зажаты в сильных руках Тика и Эллис, из пастей гневов валит густой пар — не потому, что утро в Эмокоре выдалось холодное, а потому, что псы учуяли добычу и летят навстречу желанной драке. Клыки гневов обнажились, на землю капает ядовитая слюна, а Тик продолжает балагурить.

— Эл, если представить, что я слон, а ты кошка, представляешь, какие славные были бы у нас слоно-котята? Что-то я уже устал трястись на своём Тузике. Эй, пёс, нельзя ли полегче, не мешок с картошкой везёшь!

— Точно, Так! Не мешок с картошкой! А мешок с дерьмом! — радостно вступает высоким тонким голосом в диалог его боевая подруга.