Читаем без скачивания Киллер из шкафа - Андрей Ильин

— Ты анекдот рассказываешь?

— Нет. Про жизнь.

— А...

— А потом еще пришли.

— Еще любовники?

— Нет. Агенты. И всех замочили.

— Ты кино рассказываешь?

— Нет. Про себя.

— А откуда это? — показал приятель на бутылки.

— Купил.

— А где столько денег взял?

— В кармане.

— Брешешь.

— Точно!

— Все равно брешешь.

— А это что? — показал Иван Иванович пачку долларов.

— Сколько там? — выпучил глаза приятель.

— Не считал.

— Ну?

— Давай сейчас сочтем.

— Сейчас не сможем.

— Тогда давай выпьем.

— Давай...

Утром Иван Иванович проснулся за столом. Среди пустых бутылок. Прямо перед ним на том же столе лежала пачка долларов и приятель. Который задумчиво смотрел на доллары.

— Ты где взял столько денег? — спросил он.

— Я же тебе говорю, пришел к бабе, а потом пришел ее любовник, которого застрелили. Это его пиджак.

— А я думал, ты мне вчера новый анекдот...

— Если бы.

— И что ты теперь думаешь делать?

— Домой пойду.

— В этом пиджаке? В этом пиджаке нельзя. Он чужой. Он с трупа.

— А ты мне какой-нибудь свой дай. Взамен этого.

— Ладно.

Приятель сходил в комнату и принес спортивный костюм.

— На. Ничего другого нет.

Иван Иванович надел костюм. Второй чужой костюм за последние десять часов.

Приятель приложил к себе вновь приобретенный «валютный» пиджак. И посмотрелся в засаленное зеркало.

— Как на меня, — довольно сказал он.

И вывернул карманы.

— На, забирай. Это не мое. Это твое.

— Что?

— То, что в карманах.

В карманах были автобусные билеты и замысловатой формы ключ.

— От квартиры?

— Нет. От квартиры такие не бывают. Наверное, от сейфа. Смотри, на нем еще цифры.

— Где?

— Да вот они. Номер 7375. И буква А. Я знаю, что это такое. Это от абонентского ящика. Который на почте.

— С таким ключом?

— А может, там ценная корреспонденция? Или дорогие посылки? Ты знаешь, пойди и посмотри. Сам. И если там что полезное — себе возьми. Хозяина все равно нет.

— Куда пойди? Я же номер почты не знаю.

Приятель пожал плечами.

— Ну, тогда я пошел, — сказал Иван Иваныч.

— Куда?

— Прогуляюсь.

— Слышь, Вань, ты мне денег оставь. На опохмелку.

— У меня только эти.

— Ну дай эти. Ты же теперь богатый. А вечером приходи.

— Зачем?

— А куда тебе еще? Дома тебя заметут. И на работе тоже. А бабу твою, ты говоришь, замочили. Так что ко мне приходи. Про меня никто не знает. Бери запасной ключ и в любое время...

— Ладно, приду, — согласился Иван Иванович. Идти ему действительно было некуда. Вчера — было куда. А сегодня уже нет. Вот как все странно обернулось...

Глава третья

Первой на место происшествия прибыла вызванная нижними, недовольными шумом и громом, доносящимися с потолка, соседями машина ПМГ 27-го отделения милиции. Милиционеры, облаченные в бронежилеты, зашли в квартиру и сдвинули на затылки каски.

Такого они еще не видели. Хотя видели много чего. В комнате, на кухне и в коридоре были разбросаны трупы. С многочисленными огнестрельными ранениями. Стены были изрыты пулевыми пробоинами и забрызганы кровью и мозгами. При этом в квартире ничего взято не было.

— Не, нам здесь делать нечего. Здесь надо вызывать сыскарей, — сказал командир группы.

Прибывшая следственная бригада тоже сдвинула фуражки и почесала лбы. Наблюдать такое количество трупов в стандартной однокомнатной квартире им тоже не доводилось.

— Кто же это так?

— Наверное, разборка.

— Тогда они разобрались на все сто!

— Ладно, давайте вы начинайте с кухни, а мы с комнаты.

Описание места происшествия и жертв заняло почти весь рабочий день. Сыщики осматривали и фотографировали тела, проверяли карманы, переписывали номера оружия, номера удостоверений личности, допрашивали отсутствующих свидетелей. Дольше всего опрашивали свидетелей.

— Неужели вы ничего не слышали?

— Совершенно ничего. Я спала.

— Как же вы могли не слышать выстрелов?

— Я крепко сплю.

— А ударов пуль в стены? Как бы крепко вы ни спали, ударов в смежные с вами стены вы не расслышать не могли.

— А я в уши вату воткнула. Я всегда так делаю.

— А муж ваш?

— Он вообще пьяный был. А пьяный он спит беспробудно. Хоть из пушек пали. А здесь всего-то из пистолетов.

— Хорошо. Я понял. Давайте без протокола.

— Без протокола?

— Без. Почему вы не хотите отвечать на мои вопросы?

— Потому что там, говорят, кучу народу перестреляли. И если мы вам что-нибудь скажем, нас тоже перестреляют. Потому что те преступники, судя по всему, люди серьезные.

— Мы позаботимся о вашей безопасности.

— Вы позаботитесь...

— Значит, ничего не слышали?

— И ничего не видели...

— Тогда мы будем вынуждены пригласить вас в отделение.

— Хоть в КГБ. Я и там скажу, что в ушах была вата а муж был пьян. Мне моя жизнь и жизнь близких дороже.

И все прочие соседи тоже ничего не видели, ничего не слышали и ничего вразумительного по делу сказать не могли. Потому что все как один спали, отсутствовали, были пьяны или в тот конкретный вечер по неизвестной причине временно оглохли.

— А что с документами? По документам запросили? — спросил начальник следственной группы.

— Запросили. Все найденные удостоверения личности липовые. Никогда и никому не выдавались. Граждане с такими фамилиями по означенным адресам не проживают и не работают. Кроме одного...

Главный следователь заинтересовался.

— Кроме командировочного удостоверения, выданного Иванову Ивану Ивановичу, направленному в город Урюпинск сроком на одни сутки предприятием... Командировочное удостоверение нашли в брюках.

— В чьих брюках?

— Ни в чьих. Просто в брюках, заброшенных под кресло.

— А хозяин?

— Хозяина в них не было.

— Может, кто-нибудь из этих?

— Эти все в штанах.

— Значит, те брюки, что вы нашли, лишние?

— Лишние.

— Интересно... Куда же делся их хозяин? Слышь, Петров, смотайся-ка в эту фирму. Разузнай, что это за Иванов такой, где он был вчера вечером и сегодня ночью и где находится сейчас. Хотя, подозреваю, сейчас он находится очень далеко отсюда. Да, и попроси в отделе кадров его фотографию с личного дела. Давай. Одна нога здесь, другая там. И позвони мне, когда что-нибудь выяснишь...

На работе Иванова Ивана Ивановича характеризовали как инициативного и исполнительного работника.

— Ну то, что исполнительный и инициативный, мы видели, — сказал командированный на место работы подозреваемого следователь. — Исполнитель он что надо. Если это, конечно, он.

— А что случилось?

— Ничего особенного. Где ваш работник Иванов может находиться сейчас?

Пребывавшие в комнате служащие мужского пола переглянулись.

— В городе Урюпинске.

— Что он там делает?

— То же, что и все.

— У вас есть телефон предприятия, куда он был командирован?

— Нет.

— Почему? Это как-то даже странно. Вы посылаете своего работника в командировку на предприятие, телефона которого не знаете.

— Видите ли, в чем дело. Это не вполне командировка. И не совсем город Урюпинск. Мы выдаем иногда командировочные предписания нашим работникам по их просьбе, когда им надо отлучиться по личным делам.

— Откуда отлучиться?

— Из дома отлучиться.

— То есть вы хотите сказать, что он никуда не выезжал из города?

— Этого мы не знаем.

— Но кто-нибудь знает адрес этого «предприятия»? В которое он был «командирован»?

— Нет. Это личное дело каждого командированного.

— Ладно. Понял. Если он вдруг даст о себе знать, немедленно сообщите мне вот по этому номеру...

Единственный оказавшийся в распоряжении следствия документ вопреки ожиданиям оказался реальным. Но без наличия его владельца.

По поводу вновь открывшихся обстоятельств старший следователь опять отправился по соседям.

— Добрый день.

— Я же вам говорила, что ничего...

— Я совсем по другому поводу.

— По какому по другому?

— По поводу морального облика вашей бывшей соседки. О ней вы сказать что-нибудь можете? Ну, то есть каким человеком она была? Какую жизнь вела? Достойную, порядочную...

— Ну, уж конечно!

— То есть моральному облику она не вполне соответствовала? В общественных мероприятиях не участвовала? И приятели к ней, случалось, заходили?

— Без протокола?

— Ладно, без.