но продолжает быть и не перестаёт действовать. Жизнь ведь всё равно продолжается и «Сохранение» как таковое так ли, сяк ли всё равно происходит. А для этого лучше знать как это делать. Вот об этом и повествует книга.
Сделаем по этому поводу несколько предварительных обобщений. Прежде всего, обратим внимание на призывное, озадачивающее название книги. Предлагается иметь ввиду, что пути потерь постепенные, длительные, невидимые или малозаметные, но ёмкие, значимые, объективные, предметно сущностные. Они незаметно вмонтированы в обыкновенную ежедневность, отдельно и автономно не воспринимаются. В обыденной речи даже не упоминаются отдельно, не акцентируются, в суете жизни особенно. Нужна, так сказать, «тяжёлая артиллерия языка», чтобы поразить эту глыбу. Пора считать, что для осмысления требуется бытовая философия сбережения и сохранения отпущенных здоровья и срока жизни. К примеру, первоначально намечалось назвать книгу: «Неординарное отношение к своему жизнетворению». Полагаем, что генеральным принципом жизни необходимо признать неуклонное и всестороннее соотнесение себя и всей своей жизнедеятельности Самозаконам (о чём будет много сказано в дальнейшем). Это значит, всегда сознательно, явно, зримо, вещественно соразмерять с ними своё поведение и мышление, постоянно обращаться к ним и просить о помощи, категорически избегаяя противостояния с ними.
То, что вышесказанное обстоит именно так, красноречиво показывают примеры некоторых великих людей, проживших несоразмерно короткую жизнь, за содержанием которой с явностью маячит причинность. Есть несомненная, пусть пока прямо и не познанная взаимосвязь сроков жизни и её способов умирания. Среди наиболее наказуемых способов и аспектов жизни выделим два. Первый — как относишься к людям, каков твой уровень уничижающего и уничтожающего небрежения к ним, объём и острота прямого или косвенного вреда им. Здесь дело в том, что человек и его жизнь, как было сказано выше, для Мироздания и Вселенной являются их главным продуктом и объектом сохранения, следовательно, бережения и защиты. Второй — сколько и чего ты берёшь от жизни, особенно если неправедно хапаешь без совести и необходимости, да ещё и с помощью иезуитски хитрых способов. Здесь Мироздание пасёт свои законы «Меры вещей».
Думается и проясняется, что безмерное честолюбие и гордыня Александра Македонского круто нарушили его баланс равновесия с самозаконами мироздания и привели его к исключительно преждевременной, ранней смерти. Есть тонкие, непонятные (запретные для видения) причины ранней смерти В. И. Ленина. В. Ленин — «мегаличность», величайший человек. Настойчиво зудит и не покидает сознание смутная, жиденькая, но реальная мысль: почему же В. Ленина «Небо взяло» так рано, в чём дело, где корешки и начала, что было не так?» Не получится приписать дело случайности. На субатомном уровне причинность неизбежна. Не видим, не понимаем, не хотим? По факту же истории несчастья России, связанные с именем В. Ленина, огромны и без меры жестоки. Да и продолжительность жизни И. В. Сталина, имевшего абсолютно все средства и способы её поддержания и продления, по кавказским меркам оказалась короткой. А деяния И. Сталина ещё у всех на слуху. Ф. М. Достоевский прожил всего 60 лет. Почти сакральная сверхнапряжёнка его думок о людях, миру давно известны.
Но буквально апофеозной надо посчитать раннюю банальную смерть Р. М. Горбачёвой в Европейском центре медицины. Можно сказать, что она натурально навлекла на себя свою раннюю смерть. Всем ведомо, как Раиса Максимовна нелегитимно, а потому беззаконно вмешивалась не в свои дела по управлению государством, определяя судьбы людей. К примеру, в своём знаменитом выступлении на пленуме ЦК КПСС 21 августа 1987 года Б. Ельцин вынужден был публично просить Политбюро освободить его от опеки Раисы Максимовны, от её ежедневных звонков и нагоняев. Пример Раисы Максимовны говорит о том, что включаются тончайшие, незримые вселенские закономерности на уровне даже более тонком, чем субатомные частицы, в борьбе с которыми человеку пока не дано побеждать. Казалось бы, уж рядовую-то лейкемию мощная Европейская медицина способная легко осилить. Не справилась, потому что «Свыше не велели».
Можно, разумеется, не соглашаться, но реальные факты короткой жизни отдельных великих людей, во-первых, не спрячешь, а во-вторых, по логике вещей имеют свои причины, не могут не иметь. Их коренная сущность состоит в крутой и тонкой связи деяний великих и отпущенных им сроков жизни. Мы, смертные до такой крутизны не дотягиваем, но эту связку набираем и формируем исподволь и по-маленьку и в конечном итоге находим ту же оценочную действенность мироздания и своё получаем в виде остатков здоровья и сроков долголетия. Проблема остатков.
Можно утверждать, что она общечеловеческая. Практически она стоит перед каждым отдельным человеком вне зависимости от того, кто он, что он, где он, осознаёт её или нет. А равно сказать и перед человечеством в целом. Для её решения люди и человечество делают колоссальные усилия и несут огромные затраты. Тогда как на поверхности ясно зияет острота её истинного решения — живи так, чтобы минимально терять уже данное тебе, содержание и смысл которого утрамбовано всего в одном ёмком и однозначном слове — «Сохраняй». Сбережение и сохранение в максимальной степени отпущенных вам мирозданием порции здоровья и срока жизни. Остаток от сохранения и будет вашим реальным сроком жизни и состоянием наличного здоровья. Огромному инертному человеческому контингенту, массе малоозадаченных людей несомненно нужен толчок извне и предложения как это делать О том и книга.
Введение
Исходы. Начнём разговор сначала. Вы есть в наличии и в жизни, есть особенности и специфика вашей жизни, есть нажитые ею какие-никакие результаты, есть упущенные возможности и пожелания, есть издержки, потери, невзгоды, болезни и пр. и пр. Только вот не зафиксирована глубинная и мысленная связь всего этого с самим собой в осознанном аспекте. Значит, нет истинного ответа на немой, спрятанный в душе вопрос — почему всё так, а не лучше? По правде сказать, такие подсознательные ответы у каждого есть, но они поверхностны, случайны, не обнаруживают и не вскрывают настоящие коренные причинности. Главное — не видится, не осознаётся та точка (точки), с которой жизнь пошла не так, как хотелось бы. Такого отчёта практически нет. Не фиксируется отношение к аспектам необходимости «Сохранения», не ощущается, не воспринимается и не востребуется их сила воздействия.
И жизнь продолжается этим своим чередом, незаметно накапливая энергетику возможных деструктивов и невзгод, так как на пути их прихода мы не озадачиваемся, не умеем или не хотим поставить заслон и формировать события самим и по-своему. Считается, что неведающий и беспечный не вооружён, а значит подставлен невзгодам в качестве приёмного объекта. «Не ждём субъективно, но приходит объективно». При этом всем кажется, что они всё знают,
