Размер шрифта (кегль) измеряется в пунктах (к примеру, размер шрифта, который вы сейчас читаете, составляет 9,5 пункта), однако этот показатель говорит лишь о высоте букв, а не об их ширине. Последняя измеряется не цифрами, а “начертанием” – “светлый” шрифт, “полужирный”, “жирный”, “плотный” и так далее.
В соответствии со стандартами, принятыми в большинстве голливудских профсоюзов, высота шрифта в “платежной ведомости” должна составлять не менее 25–35 % от высоты шрифта в названии фильма. Использование сверхсжатого начертания позволяет, с одной стороны, уложиться в эти требования, а с другой – уместить в горизонтальных строках весь необходимый текст… При этом сделав его практически нечитаемым.
Картинка на странице напротив – часть рекламного объявления из газеты New York Times. Из текста можно сделать вывод, что самое важное в этом фильме – то, что он выйдет на экраны 12 сентября и имеет возрастную категорию R (лица до 17 лет допускаются только в сопровождении родителей). Я думаю, что создатели фильма заслуживают большего.
И, кстати, я – человек, который зарабатывает шрифтами на жизнь, могу совершенно точно сказать, что буквы меньшей высоты, но более широкого начертания, читаются значительно лучше и при этом текст отлично укладывается в ограниченное пространство. Примерно вот так.
Первое впечатление: и кому только пришло в голову такое сделать?!
Горячая штучка
Красота стеклянного утюга “Ла-Манш” (Silver Streak), разработанного корпорацией Pyrex/Corning Glass в 1945 году с целью сэкономить метал для военных нужд, может сравниться только с его абсолютной непрактичностью. Это настоящий символ несоответствия формы и содержания, словно вы решили изготовить тостер изо льда. И тем не менее в результате получилось настоящее чудо промышленного дизайна, находящееся как бы за пределами обычной эстетики. Именно поэтому я нахожу этот предмет вдохновляющим – заурядный бытовой прибор превращается в шедевр искусства. Я стал настоящим фанатом “Ла-Манша” еще в конце 1980-х годов, когда впервые увидел стеклянный утюг на антикварной ярмарке Pier Antiques Show в Нью-Йорке. Прошло целых 25 лет, прежде чем мне посчастливилось стать его хозяином. Изначально утюг выпускался в пяти цветах – красном, синем, зеленом, серебряном и золотом – и производился в течение всего одного года. Коллекционеры готовы были вывернуться наизнанку (или как там теперь это называется), чтобы найти один из таких утюгов.
Первое впечатление: привычная функция, удивительная форма. Даже заурядное может стать экстраординарным.
Кто-нибудь, вызовите охрану!
Разумеется, вопросы безопасности офисных зданий на Манхэттене крайне важны, но что меня никогда не перестает удивлять, так это временные пропуска, которые за пару секунд изготавливаются для посетителей различных корпораций, в данном случае (на странице справа) – компании DC Comics. На стойке ресепшен в лобби укреплена миниатюрная камера, вас фотографируют и тут же распечатывают бумажный пропуск (вынужден сообщить, что в офисе TED в нью-йоркском даунтауне практикуется точно такая же процедура). С помощью этого пропуска вы затем проходите через турникеты и поднимаетесь на лифте.
Все это здорово, но вы только посмотрите на это фото. На нем вроде бы действительно изображен я, хотя с тем же успехом мог быть кто угодно другой. Так в чем дело? Секретарь внимательно изучил мои водительские права, мое имя есть в списке посетителей, так почему же технологиям не сделать еще один маленький шажок вперед? Хотя так уж и быть, зовите меня просто Призрачный Незнакомец (внимание, фанаты DC Comics: эта шутка для вас!).
Первое впечатление: если даже я сам себя не узнаю, то что с этим может поделать служба безопасности? Неужели технологии изготовления временных пропусков до сих пор не могут вырваться из младенческих пеленок?!
Обжигающе круто
И вот, в тот самый момент, когда вы уже готовы разочароваться в человечестве, появляется флэшмоб Ice Bucket Challenge (“облейся ведром ледяной воды”, на странице напротив)! И вы вновь преисполняетесь надежды.
Те же чувства начинают испытывать и ваши друзья, и Супермен, и его жена Лоис Лейн, и вот вы все уже жертвуете деньги на благотворительность.
К моменту, когда моя книга увидит свет, эта история уже перестанет быть новостью, но о ней следует рассказать в любом случае, поскольку именно так и нужно распространять сообщения, в которых содержатся великие идеи. Когда-то изобретение вакцины против полиомиелита тоже было актуальной новостью, к которой следовало привлечь внимание. Так или иначе, с 2014 года эта инициатива позволила привлечь свыше 300 миллионов на исследования в рамках борьбы с боковым амиотрофическим склерозом (“болезнь Лу Герига”), который в настоящее время неизлечим.
Идея простая, прямолинейная и отлично подходит для эпохи вирусных видео. Вероятно, самое важное в этой истории – то, что удалось нащупать точки соприкосновения с широкой публикой (которая, возможно, и понятия не имела об этой болезни). И то, что эти люди оказались готовы вылить себе на голову ведро обжигающе ледяной воды, чтобы выразить солидарность с другими людьми, которым не так повезло.
Сообщение отлично цепляет – нам уже недостаточно глазеть на ролики с котятами, катающимися на пылесосах, мы должны сделать что-то, помогающее решить серьезную проблему, получить при этом удовольствие – и передать эстафету другим.
Первое впечатление: вот так и нужно организовывать сбор средств.
Идеальная регулировка
Возможно, вы никогда не видели этого приставного столика, но его создательница Эйлин Грей (1878–1976) заслуживает того, чтобы мы ее помнили. Эйлин тоже оказала на меня как на дизайнера очень большое влияние, причем не графикой, а своей мебелью и оформлением интерьеров. При этом славу она обрела уже после смерти. Грей дружила со многими великими современниками вроде Ле Корбюзье или Марселя Бройера, а на ее творчество очень повлияла школа Баухаус, однако я считаю, что она переросла это направление, добавив в него добрую дозу иронии.
Ее ценили клиенты и специалисты в области дизайна, однако ни одно из ее произведений при жизни так и не пошло в массовое производство, что весьма трагично. Эйлин Грей была практически полностью забыта после Второй мировой войны, и на нее снова обратили внимание лишь в 1972 году, когда сам Ив Сен-Лоран заплатил на аукционе 36 000 долларов за лаковую ширму Le Destin, созданную еще в 1913-м. Для того времени, когда миром правили альфа-самцы, это была невероятная сумма – особенно если автором работы была забытая женщина-дизайнер. В 2009 году ее кресло “Дракон” (1919) было продано более чем за 28 миллионов долларов – и это до сих пор не побитый рекорд цены за предмет мебели XX века.
Столик E1027 (ниже) прекрасен, функционален и понятен. Довольно точная его копия сейчас продается примерно за 99 долларов. Самое главное в нем – форма, являющаяся производным от функциональности. Вы можете задвинуть опору столика под кровать, и тогда стеклянный верх окажется на уровне ваших коленей, и вы сможете прекрасно позавтракать в постели. Высота регулируется с помощью ключа на цепочке и зубчатого хромового стержня.
Первое впечатление – процитирую слова писательницы начала XX века Рут Дрейпер: “Хром, стекло и сталь. Восхитительно!”
Возможны задержки
Это объявление об изменениях в работе нью-йоркского метро (ниже), напечатанное на листе формата А4 и прилепленное скотчем к стальной опоре на платформе, в целом мм… не слишком ужасно, однако, с другой стороны, оно не такое понятное, каким могло бы быть. А оно просто обязано быть совершенно понятным. Перед нами попытка структурировать информацию, и эти попытки бывают удачными и не очень. Здесь у нас явно второй случай.
На следующем развороте я показываю мою проработку того же объявления: я хотел сделать его более понятным, использовав при этом тот же язык, те же пропорции и те же цвета.
Первое впечатление: что, собственно, происходит? И когда именно?
КОРРЕКТИРОВКА ДИЗАЙНА:
УВЕДОМЛЕНИЕ ОБ ИЗМЕНЕНИЯХ В РАБОТЕ МЕТРО БОЛЕЕ ТОЧНОЕ ДОНЕСЕНИЕ ИНФОРМАЦИИ
Я обнаружил, что в подобных случаях следует использовать простые описательные предложения, имеющие начало, середину и конец и четко объясняющие, что именно происходит.
Первое, что мы видим (на странице напротив), – это сообщение об “изменениях в работе” (и нам совершенно неважно, “плановые” они или нет), а затем нам сообщают, когда они будут иметь место и какие маршруты затронут. Мы оставляем зеленые круги с белыми цифрами, поскольку именно посредством цвета обычно описывается та или иная линия (“Поезжайте по Зеленой до станции “Сити-Холл”, а потом…”).
