Где-то в процессе ужина она убедила меня остаться на ночь. Она предложила мне сначала принять душ, выдала футболку и пару шортов со смайлами. Сама она купалась дольше, и я могла слышать сквозь стену ее проклятия.
Мы устроились на диване и предприняли вторую попытку просмотра кино с Кэри Грантом, которое мы раньше проспали. Мы снова его не посмотрели, но на этот раз не из-за усталости, а из-за очень замечательного поцелуя, пришедшегося мне чуть ниже уха. Огонь охватил нас обеих, и мы целовали друг друга жадно, а наша одежда разлеталась во всех направлениях.
Я помнила о её лодыжке и делала всё возможное, чтобы не придавить ее на ограниченном пространстве дивана. Я едва помню, как несла ее в спальню, а там все разумные мысли улетучились у меня из головы, когда её зубы задели мой левый сосок. Для человека с такими серьёзными повреждениями, она справлялась с этим на удивление хорошо.
После того, как маленькая рыжая рысь сделала со мной все, что сама захотела, я отдышалась и начала дразнить её, беспощадно осыпая её тело поцелуями, кусая и облизывая, преднамеренно избегая тех мест, которые жаждали моего внимания больше всего. Когда я втянула в рот её сосок, то почувствовала, как всё её тело напряглось и прижалось к моему.
Я с поцелуями спускалась вниз по её животу, наслаждаясь трепетом её плоти под моими губами. Я хотела ублажить её и заставить забыть о больной лодыжке, и именно в этом я и преуспела. Едва я провела языком у нее между ног, как она забросила загипсованную ногу мне на плечо и сломала мне два ребра.
Сказать, что мы чувствовали себя неловко, когда вернулись в больничку менее чем через двадцать четыре часа после первого посещения, значит ничего не сказать. Мы уехали оттуда на рассвете, я в туго охватывающей рёбра поддерживающей повязке, она - ковыляя рядом со мной к моему джипу. Мы были идеальной парой.
Это было четыре года, 17 битых стёкол, 80 разбитых тарелок, 3 окна и одну импортную вазу назад. Мы счастливы до сих пор. Мы не часто приглашаем в дом наших друзей по очевидным причинам, но это даёт нам больше времени проявить себя настоящими недотепами.
Недотепы в кемпинге
- 911. Что у вас случилось?
- Ага, да, у моей дочери таракан в ухе, и нам надо, чтоб его оттудова вытащили.
- Мэм, вы сказали - у нее в ухе таракан?
- Ну я ж вам так и говорю! Я влила чуток пива туды, но он, кажись, токо разозлился.
Все мое тело содрогнулось от неожиданности, когда пейджер издал знакомый писк. Я глянула на часы и скривилась, два часа утра, какой сюрприз. Я слышала, как Алета шарится на верхней койке, бормоча проклятия. Мне она больше не разрешала спать наверху, потому что я дважды падала оттуда прямо на нее.
Ожидая привычного пробуждения посреди ночи, я привыкла спать в форменных брюках и ботинках. Я понимаю, что это кажется идиотством, но почти невозможно зашнуровать пару военных ботинок, болтаясь в машине скорой помощи. Я схватила форменную рубашку и помчалась к двери. Алета наступала мне на пятки, сражаясь с собственными ботинками.
- Опять уродский таракан! - злилась я.
- Я бы тоже рехнулась, если бы у меня был таракан в ухе, - сказала Алета спокойно.
Я вывела машину на дорогу, решив не включать сирену и не проскакивать на красный...ради таракана. И я серьёзно сомневалась, что мы столкнёмся с затрудненным движением на дороге.
-Я думаю, что становлюсь слишком старой для такой работы, - ворчала я, думая, как хорошо быть лесником.
-Тебе двадцать семь лет, это слишком рано для пенсии, - хихикнула Алета.
Я поглядела на неё и самодовольно ухмыльнулась:
- Ну, тогда ты точно слишком стара для этой работы.
Алета закатила глаза:
- Мне двадцать восемь, ты, сучка!
Мы переступили через упаковки от фастфуда и пивные банки, когда проходили в дверь
старого дома. Не было никакой необходимости искать пациента, мы просто пошли на вопли. Войдя в кухню, мы обнаружили визжащую женщину лет двадцати пяти с засунутым в правое ухо пальцем. За кухонным столом сидела её мать, потягивая пиво с таким видом, будто ничто в мире ее не колышет.
Я мягко схватила визжащую женщину за руку и попыталась привлечь её внимание. Она посмотрела на меня и начала истошно орать:
- Вытащите его!
Алета взяла её за другую руку и привела к стулу, куда она и уселась, но орать не перестала.
-Если вы не прекратите вопить, мы отсюда уходим! - заорала я в ответ. Алета стрельнула в меня предупреждающим взглядом, а сама открыла бутылку с перекисью водорода. Я взяла свою ручку-фонарик и собралась посветить им в ухо женщине, но тут Алета схватила меня за руку.
-Донна! - прошипела она. Она знала, как и я, что если посветить в ухо, таракан испугается и, спасаясь от света, залезет еще глубже. Я стояла там, как наказанный ребёнок, и надувала губы.
- Как вас зовут, дорогая? – мягко спросила Алета.
- Терри, - резко ответила женщина и с подозрением уставилась на бутылку перекиси.
- Я собираюсь влить немного перекиси в ваше ухо, и таракан вылезет наружу. Попробуйте сидеть, не двигаясь, пока я это делаю, - сказала Алета с успокаивающей улыбкой. Она всегда такая спокойная и сосредоточенная, что мне иногда хочется её придушить.
Маленький интервент выехал на волне белой пены к нашему всеобщему облегчению, а особенно обрадовалась Терри.
-Вы хотите поехать в больницу, где вам проверят ваше ухо? - спросила Алета вежливо. Я уже заполняла форму отказа пациента и была очень рада, когда Терри подписала её, решив не ехать в больницу.
- Вы можете избежать такого рода проблем, избавившись от этого де....- Алета снова подарила мне взгляд-предупреждение, прежде чем я закончила предложение.
-Мэм, я настоятельно рекомендую вам избавиться от насекомых, - сказала Алета, собирая свои вещи. Мать Терри просто отсалютовала нам пивом, поскольку сама Терри уже распечатывала новую банку для себя. Мы уехали оттуда в спешке. Я подумала, что таракан залез Алете в штаны.
- Говорила я тебе, еще когда мы входили – засунь штанины в сапоги! – разорялась я, пока Алета сдирала с себя брюки в задней части машины.
-Давай рули, раз такая умная, - проворчала Алета сквозь стиснутые зубы.
Я была в прямо противоположном настроении, поэтому слегка дала по тормозам, отчего Алета потеряла равновесие и врезалась в стенку фургона.
-Сучка! - завыла она.
Это только подзадорило меня и заставило нажать на газ, и она весело заскользила по лавке.
-Донна, я клянусь, я надеру тебе задницу! - провопила Алета, пытаясь надеть штаны обратно. Я щёлкнула выключателем, и отделение для перевозки пациентов затопил яркий свет, позволяя всем едущим сзади полюбоваться видом на трусики Алеты с узором из скачущих лягушек.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
