пожал плечами Артём, — по-моему, сидя на камне, наоборот, можно простудить все женские органы.
— Зря не веришь. У мамы одна знакомая так забеременела. Понятное дело, у неё есть муж. Но они долго не могли родить. Ребёнку уже пять лет. Такой славный малыш, — посерьезнела Таня.
— Да верю я. Вы же с Линой даже не замужем? — Артём почувствовал себя неловко. Какой-то идиотский получился вопрос. Хорошо, что на землю опустились сумерки, и девушка не могла увидеть, как он покраснел.
— Совсем стемнело. Пойдём к костру? — предложил он, стараясь перевести тему.
— Не замужем, — Таня всё-таки ответила на его вопрос, — а разве тебе не хочется, чтобы твоё желание сбылось? Заветное, только твоё?
Артём вспомнил о своей детской мечте. Он так хотел быть лётчиком. Не завоёвывать золотые медали и бить мировые рекорды, а вновь и вновь испытывать то ощущение полёта, которое ярко отпечаталось в подсознании, когда отец подхватывал и сажал его на плечи. То самое чувство, которое он испытывал каждый раз, взлетая в небо на самолёте.
Вспомнил и промолчал. Сейчас его мучило одно желание: безболезненно распрощаться с плаванием.
Они, не спеша направились в лагерь.
— Мы уже вас потеряли! Шашлык готов, садимся к столу — воскликнул Коля, увидев подходивших к костру ребят.
Сидеть спиной к огню было неудобно и, подхватив тарелки со снедью и напитками, все устроились вокруг ожившего костра
— А вы знаете, что здесь Волшебное озеро? — спросил Артём, с наслаждением уплетая горячие сочные кусочки.
— Во как? Кто это сказал? — удивился Коля, — вроде обычное озеро, выбрали такое, где поменьше людей должно быть.
— Я сказала! А мне мама по большому секрету поведала! На этом озере исполняются самые заветные желания! Надо только посмотреть на него, зажмуриться и сильно-сильно захотеть, чтобы мечта сбылась. Тогда, всё получится, — громко произнесла Татьяна и улыбнулась Артёму сквозь пляшущие языки пламени.
Её лицо в неверном свете костра показалось красивым, но оно не было подобно мимишности Лины. Оно было одухотворённым. Так прекрасен бывает виртуоз скрипки, погруженный в свою музыку, так невозможно оторвать взгляд от пианиста, под чьими пальцами рождается гениальная мелодия!
Артём замер, позабыв о еде. Как странно. Ещё утром Таня казалась ему самой нескладной девушкой из всех знакомых. А сейчас он не может насмотреться на неё. Он встряхнул головой, в которую тут же ворвались звуки спора, из которого он на время выпал:
— По-моему, ты всё только что придумала! — смеялась Лина, запрокидывая голову.
— Нет, правда, мне мама рассказывала! — горячилась Таня.
— Вот интересно, а я не курсе! — Коля подкинул свою порцию дров в разгорающийся спор.
— Не знаю, почему она тебе ничего не говорила! — Таня сердилась, но даже насупившиеся брови девушки вызвали в Артёме прилив нежности. Влюбился он, что ли?
— Ладно. Завтра все пойдём к озеру и каждый загадает желание! А через пару месяцев проверим, сбылось или нет? — примирительно предложил Артём.
— Только, чур, никому не говорить, кто какое загадал! — сразу поддержала Таня. С этим согласились все. Иначе не сбудется, это ж понятно!
— А зачем откладывать на завтра? — воскликнула Лина, поднимаясь, — пойдём сейчас!
Идея понравилась и все дружно направились к озеру.
— С камнем поосторожнее, лучше на нём не сидеть, — шутливо предупредил Артём, помня о словах Тани.
Они встали вдоль берега, глядя вперёд, на тёмную воду. Небо было затянуто тучами, луны не видно. Артём почувствовал на своей ладони тёплые пальцы Колиной сестры.
— Давайте возьмёмся за руки, — сказала она. В темноте и тишине голос звучал вкрадчиво и таинственно.
Они не стали спорить, дружно сцепили пальцы.
— А теперь закройте глаза и загадайте самое заветное желание, — прерывающимся от волнения голосом произнесла девушка.
Артём послушно зажмурился и загадал.
Потом они вернулись обратно к пылающему жаркому костру и веселились до поздней ночи, беззаботно и бездумно, как умеет делать это бесшабашная молодость. Семёнову было хорошо впервые за многие годы: он не чувствовал давящего груза ответственности, расслабился среди дружеского тепла.
…Артём проснулся посреди ночи, не понимая, где находится. Темнота и тишина, окутавшие его, были такими полными, что показалось: он ослеп и оглох. Артём потряс головой, отгоняя страшные мысли и кашлянул. Почти тут же услышал тихое похрапывание, а глаза, немного привыкшие к темноте, разглядели фигуру, укутанную в одеяло, нависающие стены.
Артём облегчённо выдохнул: дошло, что они в одной палатке с Колей. Будить друга он не стал, а тихонько выбрался наружу.
Увиденное вызвало у него восхищённый вздох. Тучи разошлись и на ясном чёрном небе сияли яркие звёзды. Огромная луна нависала над тёмной гладью воды, ласково улыбаясь щербатым ртом. Артём мог поклясться, что видел глаза и рот на её круглом лице. Позолоченная, переливающаяся дорожка стелилась по поверхности воды, а на фоне этой красоты был виден сидящий на большом валуне темный силуэт с кудрявой шапкой непослушных волос.
Стараясь не напугать, Артём подошёл поближе и негромко окликнул:
— Тань! Не спится?
Она даже не оглянулась.
— Посмотри, какая безумная красота, — прошептала она, не отрывая взгляда от играющей золотом чешуи лунной дорожки.
— Вижу… — Артём подошёл ближе, присел на край, напрочь позабыв пришедшую в голову шутку про якобы магические свойства камня. Они так и сидели молча, потеряв счёт времени, любуясь завораживающей картиной.
— Пойдём, искупаемся? — неожиданно предложила девушка, стягивая с себя одежду. Не дожидаясь ответа, она неторопливо вошла в воду, разбив лунную дорожку на золотые осколки. Артём не стал возражать. Тоже разделся и шагнул вслед за Татьяной.
Вода оказалась удивительно тёплой и он, привыкший к холодной бездушной воде бассейна поразился мягкости озёрной. Он чувствовал себя так, словно его обернули нежным пушистым пледом.
Таня отплыла довольно далеко и он, беспокоясь за девушку, крикнул в ночь:
— Слишком глубоко не заплывай!
— Да ну! — отозвался озорной голос, — вода тёёёплая!!! Здорово! Как в ванне!
Артём перевернулся на спину и едва двигая руками и ногами, отдался на волю ласковым прикосновениям озера.
Через прищуренные веки в небе над ним, весело перемигиваясь, сияли далёкие мохнатые светлячки. Иногда какой-нибудь из них забывал обо всём и срывался с места вниз, оставляя за собой короткую огненную дорожку. Потеряв счёт времени, Артём покачивался на поверхности воды, запрокинув голову. Озеро нежно касалось, убаюкивало парня в своих тёплых объятиях.
По ноге… скользнуло что-то неприятное, инородное, похожее на холодное течение, леденящей струйкой обжигающее тело. Артём невольно встряхнулся, поднял голову и тут же по его перепонкам резанул тонкий крик Татьяны:
— Артём! Помоги!
В долю секунды Артём перевернулся на живот и рванулся в сторону Тани. В лунном свете он увидел, как она отчаянно барахтается на месте.
