Чтобы подтвердить свои слова, Великий Воо подпрыгнул и взлетел под потолок. Нет, даже выше! Когда он подлетел к потолку, потолок выгнулся куполом и раздувался вверх над головой Воо, пока тот не стал падать обратно вниз. Падал он очень плавно, и скоро снова стоял перед Вагиком. А потолок снова был ровным.
Вагик решил проверить этот фокус. Он подпрыгнул изо всех сил – и надо же, тоже взлетел под потолок. Потолок стал вздуваться над ним, но Вагику показалось, что всё-таки он сейчас стукнется об него головой. Он закрыл голову руками. Тут же взлёт закончился, и Вагик плавно, в точности как Воо, приземлился обратно.
– А ещё можешь заглянуть в космоскоп, – предложил Великий Воо и протянул Вагику крошечный шарик, в котором виднелся прозрачный глазок. – Там ещё просторнее. Я его сам вылепил из маленького кусочка свободы.
Заглянув в глазок, Вагик сначала увидел только несколько светлых точек. Но точки становились всё ярче, и скоро стало видно, что это звёзды – как на небе в ясную летнюю ночь. Потом они стали видны ещё лучше. Они были уже не только впереди, но и сбоку, и снизу, и сверху, и сзади!..
Что это? Вагик уже был не в непокоях Великого Воо, а летел среди звёзд в небольшом прозрачном шаре, словно внутри мыльного пузыря.
Вокруг звёзд кружились планеты. Когда Вагик хотел рассмотреть их, шар подлетал ближе, и Вагик видел на поверхности планет горы и впадины, белые и жёлтые пустыни, вихри, взметающие тучи песка. Иногда планета оказывалась окутана облаками. На некоторых планетах виднелись голубые океаны, ниточки рек, зелёные леса и луга.
Если Вагик смотрел вдаль, пространство словно раздвигалось и углублялось. Видно было, что нет ему ни конца, ни края. «Неужели я просто заглядываю в шарик, слепленный Великим Воо? – подумал Вагик. – Нет, это невозможно!»
На этой мысли пузырь, в котором летел Вагик, вдруг лопнул. В голове у Вагика всё закружилось, и ему показалось, что он летит во все стороны сразу…
Оказалось, что Вагик сидит прямо на волшебной дорожке. Возок стоял рядом, а пёсик Тузик радостно прыгал вокруг Вагика. Видно было, что он успел соскучиться.
Фантазия лепится из свободы
Вагику очень нравились фантазии Великого Воо Ещё бы, ведь мы с вами понимаем, что это были его собственные, Вагика, фантазии. И волшебное путешествие было хорошо для мальчика именно тем, что освобождало его от житейской повседневной инертности, дарило свободу его Великому Воо придумывать что угодно.
Может быть, эта мысль важнее для воспитателя, чем для ребёнка. Потому что степень детской свободы во многом зависит от взрослых, от тех выстроенных ими ограничений, которые распространяются и на внешний мир, и, к сожалению, на внутренний. Так что начнём учиться у Великого Воо прямо сейчас.
Поиграем с детьми в безудержность воображения. Пусть они не просто пойдут вслед за Вагиком, а побывают в своих непокоях фантазии. Пусть каждый попробует рассказать, что он увидел там, у себя. Интересно же! А тому, у кого пока это не очень получается, незаметно поможем. Не придумывая за него, а освобождая его Великого Воо, ещё не очень уверенного в себе.
Возможные вопросы
– Что тебе больше всего понравилось в непокоях Великого Воо? Почему?
– А ты любишь фантазировать, что-то придумывать? Почему?
– Любишь ли ты лепить? Что бы ты вылепил, если бы тебе дали сколько угодно пластилина?
– Что бы ты вылепил, если бы тебе дали кусочек свободы? А если бы дали сколько угодно свободы?
– Как ты думаешь, зачем человеку фантазия?
– Если бы ты оказался в СВОЁМ волшебном возке, у СВОЕГО Великого Воо, что бы ты мог там увидеть? Придумай, пофантазируй!
– Что произойдёт с Великим Воо, если ему не давать свободы фантазировать?
– Бывают ли люди совсем без воображения?
– Бывают ли люди с таким воображением, что от него плохо окружающим?
– Какие материалы и инструменты нужны воображению или фантазии, чтобы получилось что-то интересное?
Сказка 2
На чьей мы стороне?
Трудно универсальным образом ответить на вопрос, почему ребёнок скучает. У скуки много разных причин и обличий. Но природа у неё одна: скука – это нехватка того, что привлекает, тонизирует ребёнка, побуждает его к творческим действиям. Скука – это антитворчество. Поэтому скучны дисциплина, обязаловка, одинаковость, монотонность. Скучны бездействие, неприкаянность, ненужность.
Так что нам, воспитателям, надо выбирать – на чьей мы стороне. С чем дети будут связывать наше участие в их жизни: с поисками творческого выхода из скуки или с самой скукой. С заунывно однотонной (хотя, может быть, и очень дисциплинированной, послушной и всякое такое) птицей Ску-ку.
Птица Ску-ку1
Впереди уже показалась чугунная, вся в завитках, ограда Взрослой Площадки, когда Вагик заметил ещё одну птицу.
Сначала он услышал её унылое однотонное кукование. Потом она подлетела поближе. Перелетая с дерева на дерево вдоль дорожки, птица даже на лету не прерывала своё глуховатое «ку-ку». Голос её был с каким-то присвистом, и получалось даже не «ку-ку», а «ску-ку». В конце концов она уселась на крышу Волшебного Возка и продолжала там своё заунывное «скукование». Птица была серой-серой.
– Кто это? – спросил Вагик Сознателя с таким любопытством, что Грустинец всполошился и заёрзал у Вагика на плече.
– Это птица Ску-ку, – задумчиво произнёс Сознатель. – Могу рассказать тебе её историю.
– Расскажи! – обрадовался Вагик, а Грустинец вспорхнул и юркнул обратно в Возок.
Мог и не улетать. История птицы Ску-ку оказалась достаточно грустной.
Она была очень ленивой птицей. Даже самые крошечные дела казались ей бесконечной тягостной обязанностью. А потом она снесла яйцо. И пришла в ужас от того, что надо будет для него вить гнездо, и высиживать, и ухаживать за птенцом, и выкармливать его… Нет-нет, это показалось птице Ску-ку просто невыносимым. Она, как всем известная кукушка, подбросила своё яйцо в чужое гнездо и даже не позаботилась узнать, что с ним сталось дальше. Она была очень занята своими крошечными делами.
Прошло время. Птица Ску-ку повзрослела и даже немножко состарилась. И обнаружила, что все её крошечные дела никому не нужны, а к делам побольше она как-то не привыкла. Ничего ей не хотелось. Никто ей не был нужен. И она никому была не нужна. Осталась одна только бескрайняя скука. Вот птица и твердила своё бесконечное «ску-ку»…
– Она живёт как раз у входа на Взрослую Площадку, – закончил свой рассказ Сознатель. – Там же есть и детское отделение.
– Как Просторный Сад? – заинтересовался Вагик.
– Нет, что ты!.. Там много таких детей, которых эта птица как следует обскуковала. Они похожи на самых скучных взрослых и ничем там не занимаются, только скучают. Ну и другие там есть, которые торопятся повзрослеть, тоже в них мало интересного. Да сам увидишь…
Не дослушав, Вагик замахал руками, сгоняя птицу Ску-ку с крыши Возка.
Не хватает только, чтобы она в Возке поселилась!..
Но птица не испугалась. Она сидела и по-прежнему скуковала. Что же делать?.. Вагик уже чувствовал, что привыкает к этой бессмысленной песне. Что бы такое предпринять?..
– Тузик, давай поиграем, – позвал Вагик. – Повеселимся, пошумим! Может, спугнём эту дурацкую птицу.
О, Тузика не надо было долго упрашивать!.. Он взвизгнул от восторга и прыгнул на Вагика.
Вагик встал на четвереньки и сказал: «Гав!». И бросился от Тузика.
Тузик тут же его догнал и прыгнул на спину. Вагик скинул Тузика – и ловко забрался на крышу Волшебного Возка. Птица Ску-ку шарахнулась от него и отлетела в сторону. Потом Вагик зацепился за край крыши ногами и свесился головой вниз. Тузик подпрыгнул и лизнул Вагика в нос. Вагик соскочил на дорожку, перекувырнулся, ещё раз, ещё – и столкнулся с кем-то лоб в лоб. С Тузиком? Нет, это был вовсе не Тузик.
Перед Вагиком на дорожке сидел, подпрыгивая на месте, клоун. Настоящий клоун, похожий на пёструю тряпичную куклу. Но вместо ваты он был, наверное, набит пружинками. Такой он был весь пружинистый изнутри. В колпаке с заливистыми бубенчиками.
Клоун вскочил, смешно запрыгал на одной ноге и, тряхнув колпаком, представился:
– Вуаля! Это я, Озорушка. Я Проказиков привёл.
Вокруг Озорушки прыгали и плясали крошечные человечки. Одни из них были тоже клоунского вида. Другие кутались в разноцветные плащики: они казались таинственными и хитрыми. Были там и довольно хулиганистые человечки.
Конец ознакомительного фрагмента.
