Читаем без скачивания Возвращение республиканца - Вадим Полищук

Теперь пора было переходить к основной части визита. В том же универмаге Вольдемар наведался в отдел электроники.

– Мне карту памяти, – обратился он к крупногабаритной продавщице среднего возраста.

– Какую именно? У нас широкий выбор.

Выбор был не то чтобы очень широкий, но для провинциального магазина вполне приличный. Вольдемар прикинул оставшуюся наличность и ткнул пальцем в среднюю по цене и объему памяти карточку.

– Вот эту.

Брать дешевенькую карту он не рискнул, размер файла был неизвестен – вдруг не влезет? Заодно узнал, где находится местное почтовое отделение, но в длинный разговор ввязываться не стал, не стоило привлекать чужое внимание к его нездешнему акценту. Оказалось, что цель его путешествия буквально рядом, на соседней улице. Около часа Вольдемар покрутился около здания почты, сквозь большие окна были видны несколько коммуникаторов, которыми пользовались входившие в здание люди, в основном не местные, судя по виду. Наконец решился и он.

Войдя, Вольдемар, как и остальные, обратился к молоденькой девушке, сидевшей за стойкой. Девушка была хорошенькой, и он с удовольствием пообщался бы с ней не только по поводу коммуникатора, но, как говорится, не в этот раз.

– Мне нужен коммуникатор.

– На какое время? – моментально отреагировала почтовая служащая.

– Тридцать минут.

На всякий случай Дескин назвал завышенное время. Девушка сказала, сколько это будет стоить, и после получения денег сообщила:

– Четвертый коммуникатор, тридцать минут.

Вольдемар задержался у стойки.

– Я могу переписать нужный мне файл?

– Да, конечно. Опасайтесь сетевых вирусов.

Девушка занялась следующим клиентом имперской почты, а Вольдемар направился к коммуникатору с номером четыре. Как все просто, даже подозрительно просто. Стараясь сохранять спокойствие, Дескин запустил поисковик и набрал адрес нужного файла. К его удивлению, файл оказался ежегодным обращением нынешнего императора к имперскому парламенту, вот только размер его был слишком велик для видеозаписи такой продолжительности. Ладно, пусть со всей этой стеганографией специалисты разбираются, а его дело доставить ее по назначению. Вольдемар переписал файл на карту, убедился, что все прошло нормально, и постарался убрать все следы своей деятельности с коммуникатора. Что-то, видимо, все-таки осталось, капитан Дескин не был специалистом по компьютерным поисковым системам, но с ходу найти, куда он обращался, уже не получится. Что удивило Вольдемара, так это сходство поисковых систем и коммуникационных программ, применявшихся в имперских и республиканских сетях. Нет, определенные различия, конечно, были, но ядро у них, похоже, общее.

Теперь начинался самый опасный этап операции. Со сверхсекретной информацией на физическом носителе предстояло пересечь столицу вражеской планеты, добраться до радиомаяка, дать сигнал своим и ждать катер. Так, стоп. Вольдемар воткнул карту памяти в коммуникатор и переименовал записанный на нее файл. Если поймают, то вряд ли поможет, все равно найдут, но хоть какая-то задержка будет. Дескин поднялся, стараясь не зыркать по сторонам, и, проходя мимо девушки, попрощался:

– До свидания.

Та даже не подняла головы:

– Всего хорошего.

В другое время огорчился бы, но сейчас даже к лучшему.

Дальнейший путь Вольдемара лежал на городскую станцию междугородного монорельса, он вполне успевал на вечерний поезд в столицу. Все шло так гладко, что даже страшно становилось, и чем больше проходило времени, тем больше напрягался Дескин в ожидании очередной подлянки судьбы. Но пока судьба была к нему благосклонна, и в билетной кассе, и на перроне монорельса, где прохаживался полицейский, и даже в самом поезде, по которому прошелся парный полицейский патруль. И на столичном вокзале, куда через час прибыл поезд, на него никто не обратил внимания. Вольдемар немного расслабился. Общественный транспорт уже прекращал движение, а идти через весь город пешком Вольдемар посчитал слишком опасным, светиться на пустынных улицах столичного города – лишний повод для встречи с полицейским патрулем, тем более с убийственной уликой в кармане.

Поначалу Вольдемар хотел провести ночь в здании вокзала, но тут выяснилось различие между распорядком работы республиканских и имперских монорельсовых дорог. Республиканские работали круглые сутки, а имперские с пяти до двадцати четырех часов, на ночь здание столичного вокзала закрывалось. Соваться со своим липовым удостоверением личности в гостиницу Дескин не рискнул, но сильно не огорчился: где-то же ночует местная привокзальная публика. И это место предстояло найти, а плащ, чтобы подстелить и им же укрыться, уже был. Обогнув вокзал и пройдя под путями монорельса, Вольдемар нашел то, что искал.

Нелегальная ночлежка располагалась в помещении вентиляторной, шум мощной воздуходувки был довольно громким, но местные обитатели не обращали на него внимания. Прежде чем попасть туда, Вольдемар осмотрел подходы и остался удовлетворен увиденным, смущало лишь то, что выход из ночлежки был только один. Но выбирать было не из чего, и он направился ко входу. Плату с клиентов собирал здоровенный субъект явно уголовного вида.

– Сколько?

– Червонец.

Вполне приемлемо. Вольдемар протянул монету сборщику и оказался внутри, где было довольно тепло и сухо. Что еще нужно бродяге? Конечно, поесть, но с пустым желудком приходилось мириться, да и запах в помещении не из самых приятных. Выбрав место около трубы, уходившей в бетонную стену, Вольдемар расстелил свой плащ, блаженно вытянул ноги и, постаравшись забыть про урчащий живот, провалился в сон. Задержаться в ночлежке он планировал часов до семи или восьми, в зависимости от распорядка местной публики. После восьми улицы столичного города заполнялись толпами спешащих на работу горожан. Дескин рассчитывал смешаться с ними, проскочить до окраины, а там уже и спасительный лес недалеко.

Однако сбыться этим расчетам было не суждено. Около трех часов ночи обитателей вентиляционной разбудил истошный вопль:

– Облава!

Вольдемар моментально перешел от сна к бодрствованию и еще успел увидеть, как выскочил наружу амбал, собиравший плату за ночлег. За ним мелькнула еще пара теней, и все. Яркий, ослепляющий свет ударил в дверной проем, а следом загремел усиленный динамиком голос:

– Сопротивление бесполезно! Выходить по одному!

Когда голос закончил первую фразу, удостоверение личности и карта памяти были засунуты в щель между трубой и стеной. В положении Вольдемара было лучше не иметь никаких документов, чем иметь такие. Как говорил связной, патруль обмануть они еще могут, но серьезной проверки, а в полиции их обязательно проверят, не выдержат. К концу второй фразы щель была заткнута грязной тряпкой и замазана собранной тут же пылью. Теперь вряд ли кому-либо захочется проявить любопытство к этой щели. Некоторые обитатели этого привокзального дна попытались найти другой выход, но их остановил пожилой, судя по голосу, мужик:

– Не гоношитесь, сявки, нет отсюда другого выхода. Влипли.

Голос снаружи проявил нетерпение:

– Кому сказано? Выходить по одному! Или вас газком простимулировать?

Нюхать газ, видимо, слезоточивый, никому не хотелось, и бродяги по одному, как и приказывал невидимый полицейский, потянулись к выходу. Вольдемар свернул плащ – авось не отнимут, а в камере пригодится, тем более что многие прихватывали свои шмотки – и пошел вслед за остальными к выходу. Мощный луч света ударил в глаза, Дескин на несколько секунд ослеп. За эти секунды его толчками и пинками погнали вперед, затем он наткнулся на металлическую лестницу. Перед лестницей его бегло обыскали и пинком придали ускорение вверх. Вольдемар оказался в металлическом кузове транспортера, предназначенного для перевозки арестованных. Задержанных в этот кузов набилось множество, к счастью, ехать было недалеко. Транспортер свернул во двор полицейского участка, и пойманные бродяги, выгнанные наружу, столпились у забора, охраняемые двумя десятками полицейских.

У некоторых охранников в руках были лазерные винтовки, а не только электрошоковые дубинки. Серьезная публика. Задержанных начали по одному выдергивать из толпы и отводить в участок. Некоторых, видимо, после проверки документов, отпускали. Эти счастливчики, стремясь слиться с местностью, поспешно покидали негостеприимный двор, другие задерживались в здании участка и, похоже, надолго. Вольдемар уже знал, что без документов он автоматически попадает во вторую категорию, но выхода пока не видел. Наконец очередь дошла и до него. При входе обыскали еще раз и гораздо тщательнее, ничего, кроме нескольких монет, не нашли.

– Документы?

Вольдемар молча пожал плечами.

– В камеру! – автоматически среагировал полицейский капрал.