Поначалу, когда я впервые столкнулась с ним, то сразу решила: мажорчик, который жирует на деньги папаши. А потом, много позже, уже во вторую нашу встречу, заметила седину в его русых волосах… Да и взгляд… Не мог он быть таким у юнца. Нет! Только у очень взрослого, опытного, по-настоящему тертого жизнью мужчины. Тогда-то и стало ясно, что его моложавая внешность была обманом. Есть такой тип мужчин, которые до старости выглядят мальчишками. Как ДиКаприо, например. Не мой типаж. Совсем не мужчина моей мечты, хоть формально очень собой недурен.
А вот девицы и дамы постарше из числа тех, что работали уже в моей торговой компании, по Станиславу Дмитриевичу Смирнову вздыхали чуть ли не хором. Не лысый, не пузатый, да еще и холостой. И так-то почти идеал, а если держать в памяти, что он еще и долларовый миллионер… И ведь не потому, что пилит госбюджет или когда-то удачно сел на газовую трубу. Нет. Производство, с которого он и начинал свой пусть в большой бизнес, было им выкуплено накануне полного развала, а потом поднято с колен наверняка ценой адских усилий. Молодец, что еще сказать? Пожалуй, даже жаль, что совсем не мой типаж.
То ли дело сука Максинька — брутальный брутал, высокий, плечистый, смуглый, с красивым жестким лицом породистого самца.
И как мне теперь без него?.. Господиии…
Опять захотелось завыть в голос, но гостиничный номер, где это хоть как-то себе можно было позволить, остался позади. А тут, совсем близко из-за тесноты лифта еще и чертов Смирнов стоит, смотрит на меня практически в упор. Выгляжу я ему, понимаешь, плохо! А как бы ты, козлина самоуверенная, выглядел, если бы с тобой такое?..
Глава 3
Глава 3
Наша вторая с ним встреча произошла… Ну, то есть, тогда-то я думала, что она первая, а на самом деле… Нет, стоп, пожалуй, надо по порядку. Все началось с того, что мне засвербело сменить офис. Времена были еще доковидные и вообще «довсегошные», дела шли отлично, и думалось, что дальше будет только лучше. И вот тут-то мне и показалось, что несолидно и дальше сидеть на задах здоровенного склада, где за тонкой металлической стенкой вечно материлась шоферня и грохотали погрузчики. Захотелось чего-то нарядного и, может, даже пафосного. Чтобы в офис — не в джинсах и ботинках на толстой подошве, а в юбочке и в туфельках на шпильке. И по пути вслед не пошлые присвистывания работяг, а интеллигентные комплименты мужчин в офисных костюмах… Глупость и понты, но вот захотелось. Стала искать, прицениваться и, конечно, тут же загорелась идеей получить в аренду офис в высотке СДС-холдинга. Выглядело и даже звучало солидно. Это уж потом я узнала, что Станислав Дмитриевич Смирнов, хвастун этакий, свою компанию по собственным инициалам назвал!
Считалось, что урвать здесь хотя бы малую площадь — большое счастье, но я все же решила попробовать и каким-то удивительным образом оказалась среди везунчиков. Пришла осматривать остававшийся на тот момент последний закуток в цокольном этаже, но провожавшему меня менеджеру кто-то позвонил и тут же выяснилось, что мне могут предложить просторную светлую комнату с окнами до пола на пятом этаже. Причем по более чем приятной цене.
— Повезло, — сообщил заметно удивленный менеджер, — только что человек от аренды отказался.
— Повезло, — не стала спорить я.
— Я пришлю вам на почту договор. Ознакомитесь. Но на подпись придется явиться. Босс предпочитает с арендаторами встречаться лично.
Смирнов… Конечно, к тому моменту я уже была о нем наслышана, но ни минуты не сомневалась, что лично с ним ранее никогда не встречалась. И зря. Потому что тогда, на подписании договора аренды, память, совершившая неожиданный кульбит, вдруг напомнила мне о той, самой первой нашей встрече. Дело было как раз на Лазурке, куда так охотно ездил в отпуск Максим. Муж тогда где-то задержался, я пришла в наш любимый ресторанчик одна, чтобы уже там, заняв столик, дождаться его, и тут же стала жертвой повышенного интереса со стороны незнакомца. Совсем молодой и нагловатый, как мне показалось, парень, который с улыбкой представился коротко и по-русски: Стас, пригласил меня потанцевать с ним… Непривычная к такому, я от растерянности не нашла причины отказать, но после, уже во время танца, выдала, что не одна и замужем. Он в ответ выразил вежливое сожаление, осыпал комплиментами, а когда танец закончился, проводил меня до моего столика и вернулся за свой. Казалось, что чего-то ждет, но, когда ко мне наконец-то присоединился Макс, Стас просто расплатился и ушел.
Значит, тогда, в том ресторанчике на Лазурке, это был не просто какой-то там Стас, а сам Стас Смирнов⁈ В каком же году это было? Я тогда еще только начинала свое дело. С тех пор так и осталась сугубым середнячком, а он вырос. Да так, что и не догнать… Подумалось: интересно, вспомнит он меня или нет? Не вспомнил. Сидел, молчал и только внимательно следил за моей правой рукой, когда я ставила подпись на договоре. Прикидывал, что ли, мою платежеспособность по стоимости бриллиантов на обручальном кольце?..
С тех пор виделись мы нечасто. В те считанные разы, когда совпадали по времени и одновременно оказывались в холле его здания или вот как сейчас в одном лифте.
— Точно все в порядке? Если нужна какая-то помощь…
Он смотрел внимательно, с этой извечной его самоуверенной усмешкой, которая крылась в уголках губ и в глубине голубых холодноватых глаз. Именно она — эта его самоуверенность успешного самца — заставила собраться.
— Нет, спасибо. Справлюсь.
— Значит, проблемы все-таки есть, — констатировал он.
— Есть, — не стала отрицать я, как никогда возрадовавшись тому, что на носу у меня темные очки, прикрывающие заплаканные глаза, а мой офис на пятом, а не на двенадцатом.
Стас как раз собрался сказать что-то еще, когда двери лифта открылись, и я получила возможность выйти, оставив своего долбаного арендодателя с его слишком прилипчивым вниманием у себя за спиной.
В офисе ждала привычная рабочая круговерть. Дела по-прежнему шли погано, но в результате моих воистину конских усилий в последнее время наметились вполне себе оптимистические тенденции. Нам удалось-таки без катастрофических потерь переориентироваться в своих торговых делах с Запада на Восток. Давно стоило бы начать учить китайский, но лень-матушка вперед меня родилась. Да и Макс всегда говорил, что этот язык слишком сложный, чтобы я смогла…
— Лен. Ты не заболела ли? Хреново выглядишь, если честно.
Я вздрогнула, выныривая из мыслей о муже, в которые рухнула в очередной раз, даже того не заметив. Это оказалась Наташа. Та самая, кому я привозила топор… Она стояла у моего стола с очередной стопкой бумаг и, склоняя голову, заглядывала мне в лицо.
— Да нормально все…
— Ну я же вижу, что не нормально. Простыла? Кондиционеры эти… Короче, шла б ты, мать наша, кормилица и поилица, домой. Выспишься, с Максиком своим пообжимаешься…
Мы с Наташкой, да и со многими другими сотрудниками моей фирмы с самого начала. Какая уж тут дистанция, которую велят держать между боссом и подчиненными все без исключения умные книжки о ведении бизнеса? Мы давно одна семья… Может, потому у меня и не получилось сдержаться.
