Читаем без скачивания Горячий танец смерти - Николай Иванович Леонов

Сказал и осекся, потому что знал, что генерал Орлов не любил, когда он, Гуров, так официально ему представлялся, и всегда обрывал его фразой, что, мол, являются только привидения. Это приветствие и ответ на него давно уже стали между Гуровым и Орловым, которые сдружились за многие годы совместной службы, неким шутливым паролем и отзывом. Теперь же, в присутствии Волгина, генерал отвечать Гурову не стал, а лишь глянул на него и многозначительно хмыкнул.

— Проходи, садись, — коротко махнул Петр Николаевич рукой, указывая Гурову на стул напротив Волгина. — Представлять не буду, и так знаете, кто есть кто.

Гуров прошел и, поздоровавшись с генерал-лейтенантом, сел и приготовился внимательно слушать.

— Это я просил Петра Николаевича вызвать тебя, — вместо Орлова заговорил Сергей Федорович. — Нам, видишь ли, твоя помощь понадобилась. Ты ведь уже с моими ребятами как-то вел одно дело, — не столько вопросительно, сколько утвердительно отметил Волгин.

— Да, пришлось года три назад, — подтвердил Лев Иванович.

— Так вот, теперь нужно, чтобы ты опять с ними поработал. Тем более что убийство — специализация вашего управления. А у нас, по ходу нашего расследования, по всей видимости, именно убийство обозначилось. И не одно.

— Что значит, по всей видимости? — не совсем понял Лев Иванович. — Убийство — оно или есть, или его нет. Эксперты что говорят?

— Вот в том-то и дело, что убийство наши эксперты начали подозревать, только когда третий похожий случай произошел. Ты ведь сам, Лев Иванович, должен понимать, что у нас все весьма специфично. Наркотики — это больше орудие самоубийства, чем убийства…

— Это смотря как посмотреть, — вмешался Орлов. — Тот, кто наркотики выращивает, производит и продает, — явный убийца.

— Убийца, — согласно кивнул Волгин, — но не явный. Вину его ты, Петр Николаевич, вот так просто не докажешь. Это тебе не пистолетом застрелить или ножом пырнуть. Наркотики ран не оставляют, хотя все внутренности и мозг уничтожают похлеще, чем любое другое оружие. Наркоман сам себе убийцей становится, когда начинает всю эту гадость в себя впихивать: таблетками, порошком, уколами, куревом… Впрочем, не мне вам лекции читать, и так всё без меня знаете.

— Так почему все-таки ваши эксперты подумали об убийстве? Может, обычный передоз? — поинтересовался Лев Иванович.

— Обычный, необычный… — проворчал Волгин. — Вот именно что необычный. Но сразу это не поняли. А вот когда происходит третий идентичный случай за полгода — невольно задумаешься не о превратностях судьбы, а о намеренном умысле, — замысловато выразился генерал-лейтенант и ненадолго замолчал, словно и впрямь задумался об этом самом злом умысле.

— Ну, так причина смерти все-таки в чем? — решил прервать его задумчивость Лев Иванович. Он, конечно же, знал привычку Цербера все объяснять не торопясь и вдумчиво, но ему не терпелось все-таки узнать, в чем заключалась теория экспертов, говорящая об убийстве.

— Есть такой вид психоактивного вещества, называемый синтетическим или дизайнерским наркотиком, — начал объяснять Волгин. — Их не один десяток разновидностей, поэтому в подробности вдаваться не буду. Все запрещенные вещества, которые когда-либо всплывали на территории нашей страны, мы выявляли и фиксировали, внося их в базу данных. Продают их, как вы тоже, наверное, знаете, в основном по интернету.

— Да, я помню и схему продаж, и все, что с такими наркотиками связано, — подтвердил Лев Иванович.

— Так вот, буквально год назад появился на российском рынке, так сказать, новый вид «соли», то есть синтетического наркотика в порошке — мефедрон. Это психостимулятор, эйфоретик и эмпатоген в одном флаконе. Появился он впервые в Англии и был представлен наркоторговцами, которые пытались обойти закон о запрещенных веществах, как специальная соль для ванн или как удобрение для растений. Но, естественно, что все это было только прикрытием.

Волгин со значением посмотрел на Гурова, и тот понимающе кивнул.

— Так вот, теперь он появился и у нас. Кто и когда его завез, мы пока так и не выяснили — настолько хорошо все организовано и законспирировано. Но нам известно, что распространять его начали именно с Москвы. Мы уже год как ловим по всем московским ночным клубам наркоманов, которые подсели на этот мефедрон. Но они и сами толком не знают, кто наркотик распространяет. Весь процесс купли-продажи первоначально шел, как и обычно, — через закладки. Причем каждый раз места закладок менялись, и мы просто не успевали проследить за процессом.

— Но как-то ведь наркоманы связывались с дилером, кто-то ведь указывал им, где и как они должны оставить деньги и взять товар? — спросил Орлов, который тоже внимательно слушал объяснения Волгина.

— Да, они получали инструкции, но получали не по интернету и не по телефону. Это мы как раз бы быстро вычислили и выяснили — и кто дилер, и кто вообще все это затеял. Но в том-то все и дело, что передают они инструкции по «глухому телефону».

— Это как? — не понял Орлов и посмотрел на Гурова, но тот тоже только пожал плечами и в свою очередь посмотрел на Волгина.

— А так, — развел руками Цербер. — По утверждению тех наркоманов, которых мы опрашивали, все происходит следующим образом. Они, то есть покупатели, приходят в ночной клуб и тусуются там. На танцполе всегда много народу, и молодежь весьма тесно стоит друг к другу во время танцев. Одни приходят и танцуют, другие уходят выпить коктейль или в туалет… В общем, постоянное броуновское движение. Или, как сейчас молодежь говорит, — движуха. Вот во время этой движухи в какой-то момент к потенциальным покупателям подходит кто-то сзади и быстро говорит, где и как он может взять дозу.

— И все? — усмехнулся Гуров и покачал недоуменно головой. — И вправду глухой телефон. И тот, кому говорят место закладки, даже не знает, кто ему его подсказал?

— Нет, — ответил Волгин. — Один наш засланный казачок, то бишь агент из нарков, пытался оглянуться и посмотреть хоть краем глаза, но ему нож к спине приставили и сказали не сметь этого делать, иначе ни дозы, ни жизни земной ему не видать. Так что такие вот дела.

— А закладки где делались — это хотя бы выяснили? — поинтересовался Орлов.

— Обижаешь, Петр Николаевич. Мои ребята работу знают. Сами пытались в клубах потереться и вычислить, что и как, но только пару заначек и смогли откопать — одна в женском, а одна в мужском туалете оказалась. Но это и всё. После того как был привод к нам пары нарков и расспросы на тему, кто и где и что, все закончилось. Ни тебе заначек, ни подозреваемых…

— По всей видимости, организовано все так, что дилеры