Частично решение кадрового вопроса возлагалось на Артура Аксманна, который должен был отобрать 400 руководителей гитлерюгенда для занятия офицерских должностей и 2500 простых членов гитлерюгенда для унтер-офицерских и предоставить в ОКБ соответствующие списки. Отобранные для этой цели добровольцы сразу же после прохождения подготовки в военных лагерях направлялись на трехмесячную учебу в унтер-офицерскую школу в Лауэнбурге, после успешного окончания которой им присваивались унтер-офицерские звания. Кроме того, через несколько недель после начала базовой военной подготовки подходящие молодые люди отбирались для прохождения трехмесячного курса подготовки унтер-офицерского состава уже в самой дивизии. Курсом общевойсковой подготовки будущих унтер-офицеров руководил гауптштурмфюрер СС Бубинцер. Одновременно были организованы подобные курсы и для танкистов, ими руководил гауптштурмфюрер СС Вильгельм Бек, кавалер Рыцарского креста. Последний курс был рассчитан на два месяца. По его окончании наиболее отличившиеся кадеты направлялись в юнкерские школы СС для получения офицерского звания. Вполне типичным из них был Элмар Лохбилер, который после танковых курсов Бека был направлен в юнкерскую школу СС в Бад-Тельце, откуда 9 мая 1944 г. был переведен в армейскую танковую школу в Фаллингбостеле. По окончании этих курсов он вернулся в дивизию; в конце войны Лохбилер в звании унтерштурмфюрера СС командовал саперным взводом 12-го разведывательного батальона СС.
Все назначения на офицерские и унтер-офицерские должности были завершены в течение сентября. Тем не менее своими силами полностью заполнить все командные вакансии не удалось. Остро не хватало квалифицированных специалистов, пулеметчиков, артиллеристов, саперов. Адъютант дивизии штурмбаннфюрер СС Шпрингер вспоминал, как Фриц Витт направил его в командировку к Бергеру, с письмом, где перечислялись должности в дивизии, которые нужно было заполнить. Результат этой поездки — вскоре в дивизию прибыли 20 офицеров, что было каплей в море от необходимых потребностей. Еще дважды Шпрингер ездил к Бергеру, и оба раза с примерно таким же результатом. В итоге полностью решить эту проблему не удалось, и к началу вторжения союзников дивизии еще требовалось 144 офицера и 2192 унтер- офицера[21] — огромное число!
Несмотря на полугодичную подготовку к началу формирования дивизии, вовремя закончить все организационные мероприятия не удалось. В частности, добровольцам не могли сразу же выдать униформу и они приступили к обучению либо в гражданской одежде, либо в форме гитлерюгенда Даже переведенные из вермахта или люфтваффе (были и такие) офицеры некоторое время продолжали носить свою армейскую униформу, пока для них не пошили новые офицерские мундиры. При этом многие из бывших армейских офицеров продолжали носить свои армейские звания, даже несмотря на службу в дивизии СС. Например, в обоих танково-гренадерских полках дивизии по три ротных командира имели армейские воинские звания. В некоторых случаях это приводило к курьезам, как, например, в марте 1944 г., когда во время инспекции дивизии фельдмаршалом фон Рундштедтом командир 7-й роты 25-го полка СС Хайнц Шрот приветствовал фельдмаршала «германским» приветствием, а стоящий рядом с ним командир одного из его взводов, бывший армейский офицер, — традиционным армейским салютом[22].
Несмотря на подобные трудности, боевая учеба началась сразу же. Постепенно были сформированы отдельные части, в соответствии с графиком их организации и оснащения боевой техникой. После того как базовая военная подготовка личного состава была завершена, в начале 1944 г. началась подготовка в составе частей.
По словам Курта Мейера, «суждено было стать уникальным явлением в истории войн, когда дивизия, особенно такой сложной организации, как современная танковая дивизия, должна была состоять, за исключением офицерского и унтер- офицерского состава, целиком из молодых людей в возрасте 17 и 18 лет»[23].
Изначально дивизию СС «Гитлерюгенд» формировали как танково-гренадерскую. Тем временем 22 октября 1943 г. дивизия СС «Лейбштандарт» была реорганизована в танковую дивизию[24].
После этого главный инспектор бронетанковых войск генерал-полковник Гудериан, посетивший дивизию «Гитлерюгенд» с проверкой, подал запрос о ее реорганизации в танковую дивизию. Он мотивировал это тем, что 1 танковый корпус СС «Лейбштандарт», куда входили обе эти дивизии, должен был иметь однородный состав. Его ходатайство поддержал Гитлер, и, следовательно, оно было удовлетворено необычайно быстро — уже 30 октября 1943 г. Главное оперативное управление СС отдало соответствующий приказ. С этого момента танково-гренадерская дивизия СС «Гитлерюгенд» стала именоваться 12-я танковая дивизия С С «Гитлерюгенд». Танково-гренадерские полки новой танковой дивизии получили номера 25 и 26, а все остальные части дивизии — номер 12.
Несмотря на это, по авторитетному свидетельству Курта Мейера, нет причины считать, что у дивизии были какие-то привилегии в оснащении вооружением и боевой техникой. В условиях дефицита, в которых оказались немецкие вооруженные силы, даже эсэсовцам все приходилось отвоевывать с большим трудом. Так, в дивизии почти совсем не было своего автотранспорта. Ситуация немного улучшилась в ноябре — декабре 1943 г., когда в дивизию прибыли автомашины… реквизированные у итальянской королевской армии. Вся эта техника была сильно изношенна и близко не отвечала высоким стандартам войск СС. Но это было лучше, чем ничего, тем более что благодаря этому удалось довести количество автомашин в дивизии до 80 % (по крайней мере, на бумаге) от официально утвержденного количества. Одновременно с этим прибыли первые тягачи и бронемашины. Совершенно не подходящие для танковой дивизии итальянские машины создавали множество трудностей в подготовке; в итоге они были заменены автомобилями германского производства. Однако до штатного количества число автотранспорта так и не довели — дивизия располагала лишь около 50 % требуемых машин и тягачей[25]. Формирование танкового полка проходило на полигоне Майли-Ле-Камп (близ Реймса). Формально началось оно 3 ноября 1943 г. Как и обычно в таких случаях, немцы проявили оригинальность и нестандартный подход. Половину персонала для будущего полка взяли из 1-го танкового батальона «Лейбштандарта», который как раз в Майли-Ле-Камп проходил перевооружение на новые танки «Пантера». Таким образом, костяк полка составили 15 офицеров, 44 унтер-офицера и 146 солдат. Подготовка будущих танкистов состояла из нескольких этапов. Сначала были организованы две учебные роты для подготовки командиров танков, наводчиков и заряжающих (роты возглавили гауптштурмфюреры СС Арнольд Юргенсен и Карл-Хайнц Принц), учебная рота для радистов (оберштурмфюрер СС Шлаусс), учебная рота для водителей танков (оберштурмфюрер СС Замман), учебная рота для водителей грузовиков и тягачей (унтерштурмфюрер СС Роберт Мейер). Также
были созданы учебные группы для подготовки медиков и служащих административных служб. На должности командиров танков отбирались молодые люди со средним образованием, как правило, 1925 года рождения. Подготовка в учебных ротах проходила 10 недель, с индивидуальным подходом к каждому рекруту. Затем были сформированы танковые экипажи, созданы отдельные подразделения и началась тренировка в составе экипажа, взвода, роты. В основном все командиры танков были ветеранами «Лейбштандарта», то есть имели некоторый боевой опыт.
Штурмман СС Пауль Камбергер описал, как формировались отдельные части дивизии. Будучи студентом, в ноябре 1943 г. он добровольно вступил в дивизию, желая исполнить свой долг перед родиной. После краткосрочной военной подготовки в лагере Унна большая группа добровольцев (420 человек), сформировавшая вторую волну призывников в дивизию, на поезде была доставлена в бельгийский город Турнхоут.
В этом городе квартировал формирующийся 12-й разведывательный батальон СС. Прибывшие новобранцы собрались на площади перед казармами батальона и вскоре распределились по группам, в зависимости от предпочтений по поводу дальнейшей службы. Вскоре началось распределение по частям. «Около дюжины офицеров ходили вдоль наших рядов. Они остановились перед нашей группой, тех, кто хотел вступить в танкисты. Среди них началась короткая дискуссия, и затем один из них задал вопрос: "Есть ли среди вас студенты?" 10 или 12 рук поднялись вверх, шаг вперед, и мотоциклетное отделение связи было создано! Нас дополнили механиком, и мы сформировали 1-ю группу во взводе 1-й роты»[26].Фактически же создание разведывательного батальона проходило с 4 сентября по 1 декабря 1943 г.[27]
Вначале в танковом полку для учебных целей имелось лишь четыре танка Pz-IV и два Pz-III[28]. В конце ноября в полк прибыло еще 10 Pz-IV. По инициативе Макса Вюнше офицеры и солдаты полка на срок от 8 до 14 дней откомандировывались на танковый завод в Нюрнберге, чтобы со всех сторон изучить свои будущие машины. Также персонал полка откомандировывался на танковый полигон в Путлос, для усовершенствования огневой подготовки, и в Шонгау, где готовили зенитчиков. Водители для дополнительного обучения направлялись в Автомобильное учебное учреждение СС в Вене, а механики и техники — на завод во Фридрихсхафене. Особое внимание уделялось ремонтным службам, поскольку все понимали, что с момента вступления дивизии в бой нужно будет постоянно поддерживать численность техники на приемлемом уровне.
