Мой член, как никогда полный энтузиазма, уже толстый и твердый. Кейт опускается на локти, пожирая меня своим взглядом. На ее щеках румянец от острого желания, а бедра трутся друг о друга в предвкушении. Просто охренительно.Облизывая свои губы, ее взгляд останавливается на моем члене и она ждет, когда же я сделаю свой следующий шаг.
А я думаю о том, как возбуждающе было бы, если бы она поласкала себя. Может использовать такой метод: ты мне — я тебе? Я беру в руки свой член и провожу рукой вверх и вниз. Кейт заворожено следит за моими движениями. После нескольких медленных движений, я говорю:
— Знаешь, я никогда на самом деле не любил шампанское. Но, может, я просто пил не с того бокала. Надо проверить эту теорию.
Я беру стакан Кейт с тумбочки и сажусь рядом с ней на кровать. Она подвигается и заменяет мою руку своей, умело проводя ей по всей длине моего члена, лаская кончик своим большим пальцем.
И я не могу сдержать рычание.
Поднимаю стакан, чуть его наклоняю, и выливаю холодную жидкость на ее грудь. Она ловит ртом воздух, а рука ее просто фантастически сжимается вокруг моего члена.
Потом я наклоняюсь вперед, расплескивая шампанское, смешанное с соком. По ее груди, вокруг упругого основания ее великолепных вершинок, я слизываю каждую капельку, пробуя на вкус напиток… и ее. Пьянящее сочетание.
— М-м-м, как вкусно!
И как бы мне не нравилось чувствовать прикосновения ее рук, я беру запястье Кейт и завожу обе ее руки ей за голову, и теперь она оказывается лежа на спине. Вставая на колени на кровати, наклоняюсь над ней и капаю еще мимозы ей на грудь, а потом всасываю ее в себя, прикасаясь языком к ее соску, сначала к одному, потом к другому.
Она извивается на кровати и издает жадный, отчаянный стон, который только раззадоривает меня.
Еще несколько капель падают ей на живот. Кейт рефлексивно напрягается, но потом опять расслабляется, когда мои теплые губы скользят по ее коже, вслед за сладкой жидкостью.
Ее стоны превращаются в резкие вдохи, когда я облизываю и посасываю дорожку вокруг ее прелестного пупка, затем вниз к ее бедрам. И тут ее вздохи превращаются в громкое хныканье, когда я покусываю кожу на ее бедрах, вызывая в ней все большее желание.
Кейт любит креативить с прической своей киски. Сегодня у нее была там малюсенькая полосочка, и меня просто бросило в дрожь от желания погрузиться в нее своим лицом.
И я не заставляю себя долго ждать.
Поднимаю бокал и выливаю остатки жидкости между ее раздвинутыми ножками. Затем накрываю ее своим ртом, всасывая и облизывая, жадно выпивая струйку, как алкоголик, выпивающий свой последний стакан, прежде чем уйти в завязку.
Я как будто в бреду от вкуса, аромата, ощущения гладкой и скользкой кожи ее киски по моему языку. Издаю стон в ее лоно, а Кейт кричит от плотского наслаждения.
Двумя пальцами касаюсь ее клитора и делаю напористые быстрые круговые движения. Одновременно с толчками моего языка, бедра Кейт инстинктивно вздымаются вверх, когда она уже близка к развязке.
Бедра ее сжимают мою голову, и я сильно хватаюсь за ее ногу, и приподнимаю ее, не убирая своего рта с ее вагины. Она вся сжимается, когда последний долгий, похожий на звук пилы, стон срывает с ее губ.
Она становится расслабленной в моих руках. Изможденной и удовлетворённой.
А меня все еще волнует. Неподдельное удовлетворение того, что довел ее до оргазма. От того, что подарил ей наслаждение. Но как бы счастлив я от этого не был, моя собственная жажда наслаждения давит на меня, как рев толпы болельщиков на футболе в колледже.
Давай, давай, давай!
Поднимаюсь на колени и подцепляю своими руками под коленями Кейт, раздвигая ее ноги еще шире. Затем погружаюсь в нее одним мощным толчком.
Нет ничего лучше, чем это, ничего на земле нет более совершенного. Этот первый толчок, когда мой член погружается в лоно Кейт, такое тугое, влажное и теплое, — такой сильный восторг, который граничит с болью.
Запрокидываю голову назад, когда наслаждаюсь этим ощущением. Потом отвожу бедра назад, выскальзывая из нее, потом вхожу снова.
Держась за ее ноги, я трахаю ее сильно, но медленно. Когда погружаюсь в нее до самого основания своего члена, я качаюсь из стороны в сторону, создавая трение о ее сладкую вагину, до тех пор, пока она не восстанавливается после первого оргазма, и не подбирается ко второму.
С каждым движением моих бедер, Кейт выкрикивает, тяжело дыша:
— Да.
— Дрю.
— Еще.
В животе у меня нарастает и трепещет наслаждение. И когда Кейт выгибает свою спину и сжимается вокруг меня, в последний раз я делаю толчок вперед, и мой член начинает пульсировать внутри нее, а я в это время рычу и сыплю ругательства.
Без сил я падаю на Кейт, а она прижимается своими губами к моим в открытом, чувственном поцелуе. После этого я поворачиваю свою голову и тяжело дышу ей в шею.
Тихонько засмеявшись, она говорит:
— Ух, ты. Ты, видать, и, правда, сильно скучал по мне прошлой ночью, а?
Я улыбаюсь:
— Как ты догадалась?
Я перекатываюсь на бок, а Кейт прижимается ко мне. Когда стук ее сердца затихает, она жалуется:
— Теперь мне нужно опять идти в ванну. Ты заставил меня вспотеть.
Пробегаюсь своими руками по ее волосам.
— Мне нравится, когда ты вспотевшая. Оставайся такой.
Она морщит носик.
— Я воняю.
Прижимаюсь лицом к ее шее и делаю сильный вдох.
— Ты пахнешь потом и сексом… и мной. Это возбуждает. Туалетная вода «Оргазм» переплюнет Шанель №5.
Для парней есть что-то первобытное в том, что женщина покрыта их запахом, это самый примитивный способ заявить на нее свои права. Показать всем придуркам, что женщина более, чем занята. Это по-животному, конечно, но от этого не менее возбуждающе.
— Это мерзко. Я пошла в ванну.
Я усмехаюсь.
— Все что угодно, лишь бы ты была счастлива.
К тому же, это даст мне повод заставить ее попотеть еще раз. Еще один повод.
Через пять минут после традиционных обжималок, Кейт поднимает голову с моей груди и приказывает:
— Тебе надо убираться отсюда.
Хмурю свои брови:
— Уже вышвыриваешь меня? Чувствую, что меня использовали.
Она смеется.
Я говорю:
— Мне все понятно. Тебе нужно только мое тело.
Подражая моему тону, Кейт отвечает:
— Ну… да. Хотя твой ум может быть весьма забавным.
Шлепаю ладонью по ее заднице.
Шлеп.
Она взвизгивает и прыгает с кровати, чтобы я не мог ее достать.
