Глава 2. Анна
Ледяной февральский ветер раскачивал обледеневшие от утреннего дождя ветви почти голых деревьев, гонял остатки листьев по крышам домов и бил по стеклам витрин. Яркое солнце на миг выглянуло из-за туч, а потом с неба снова посыпалось нечто похожее на снег с дождем. Нет, это был совсем не тот снег, который красиво описывают в сказках - в нашем южном городке на лазурном побережье не бывает снега. И не тот дождь, который так любят воспевать в клипах и песнях. С неба сыпалась колючая крупа вперемешку с ледяными и острыми, как нож, каплями. Дикая смесь агрессивно била в лицо, и от нее не было никакого спасения. И почему я не взяла зонтик? Накануне протаскала его за собой весь день, а сегодня выложила на комод, поверив выглянувшему на короткое время из-за туч солнышку!
Что ж, кто без зонта, так это Аня.
Я уверенно стучала острыми шпильками кожаных сапожек по мокрому тротуару и ощущала, как тщательная укладка моих длинных волос цвета карамели медленно превращается в бесформенную массу. От этого жутко портилось настроение.
Мысленно проклиная новую французскую кондитерскую «Мсье Дюбуа», в которую мачеха послала меня за воздушными профитролями и корзиночками с масляным кремом, я распахнула стеклянную дверь кофейни.
Еще бы за подснежниками в лес послала по такой погоде!
Моя мачеха была сладкоежкой. Удивительно, как жизнь в офисе (она занималась продажей недвижимости на побережье) и употребление сахара не сказались на ее фигуре?
Настроение портилось не столько от пожелания мачехи, в офисе которой я числилась менеджером. Больше всего оно портилось от того, что несколько дней назад отец привел в дом своего партнера по бизнесу, Нодара Жоржолиани, и с тех пор тот шага мне не давал ступить.
«Через две недели тебе исполнится двадцать один год! Нодар – отличная пара!» — твердила мачеха и сводные сестры, и мой отец был с ними солидарен.
«Но ему почти сорок лет! У нас огромная разница в возрасте!» — отчаянно сопротивлялась родительскому давлению я.
«Он богат! За ним ты будешь, как за каменной стеной!» — уверяла меня старшая сводная сестра Софа. Сама она два года назад умудрилась ускользнуть от матушкиной опеки, выскочив замуж за абхазца, и теперь посылала нам приветы из солнечной Абхазии.
«Он ужасен», — хихикала вторая сводная сестра Эльза, с которой у нас была разница в возрасте всего полгода, и с которой мы вместе трудились в офисе отдела продаж на благо семьи Окуневых. Честно говоря, всю красоту и сообразительность забрала себе Софа, а Эльза… в общем, что получилось, то получилось. Мачеха не особо расстраивалась по поводу отсутствия у младшей родной дочери каких-либо данных. Она была уверена, что успех женщины прямо пропорционален ее удачному замужеству, а пока в семье Окуневых водятся средства на хорошее приданое, то волноваться не о чем.
Так или иначе, а Нодар Жоржолиани стал моим личным проклятием. Я ненавидела его всей душой и втайне от родителей мечтала сбежать из дома. Сегодня утром он прислал в офис огромный букет розовых роз, чем привел в восторг мою мачеху и дал Эльзе повод для колких шуток в мой адрес.
Конечно, мы с Эльзой повздорили прямо на глазах у новых клиентов мачехи. В наказание за дерзость Эльзу заставили перемыть всю грязную посуду в офисе, а меня отправили за пирожными.
Добравшись до стеклянной двери кондитерской, я нырнула внутрь и тут же утонула в ароматах сладкой выпечки и приятной суете. Уютный интерьер в светлых тонах и весенний антураж самого популярного заведения приглашал устроиться за одним из столиков у окна и наслаждаться чашкой горячего рафа.
Неудивительно, что в такой прохладный день все столики в кофейне были заняты влюбленными парочками. Погода погодой, а весна стучится в двери.
Отстояв очередь (в «Мсье Дюбуа» всегда была очередь за сладостями на вынос), я подхватила упаковку профитролей и двинулась к выходу.
В следующий момент меня грубо толкнул мелькнувший у столика байкер в кожаной куртке.
Толчок был такой силы, что моя рука дернулась. С пластикового контейнера слетела крышка и корзиночка с масляным кремом полетела в устроившегося за столиком у окна мужчину в стильном деловом костюме.
Я испуганно подняла глаза. Хищный взгляд его голубых глаз не предвещал ничего хорошего, и по коже побежал странный холодок. Кажется, где-то я его уже видела.
— Простите, я… я все уберу! — пролепетала сбивчиво. Оставив контейнер с уцелевшими пирожными на барной стойке, я кинулась к столику и выдернула салфетки из салфетницы.
Два громилы за соседним столиком метнулись в мою сторону, и я даже не успела пикнуть, как они вывернули мне руки.
Не спуская с меня своих пронзительно голубых глаз, мужчина в стильном костюме цвета маренго поднялся со своего места и грубо вырвал у меня салфетки.
— Бросьте вы девчонку! Ловите байкера! — с досадой прорычал охране он и принялся оттирать масляный крем со своего стильного пиджака.
Внезапно сбоку послышались выстрелы, и красивый фасад французской кофейни в один миг обрушился на столики.
Незнакомец в костюме цвета маренго толкнул меня к барной стойке, и его широкая спина укрыла меня от пуль и острых стекол.
В ноздри ударил аромат мужской туалетной воды, насыщенный и терпкий, как он сам, а острый взгляд голубых глаз прожег меня насквозь.
Кофейня потонула в панических визгах напуганных посетителей.
Охрана незнакомца бежала по улице, стреляя в ответ, но ловкий байкер уже запрыгнул на свой мотоцикл и уверенно лавировал среди медленно двигавшихся по мостовой автомобилей.
Несколько мгновений я смотрела в глаза накрывшего меня собой мужчины. Он был красив и притягивал, как магнит. А еще… от него пахло холодным февральским морем и чем-то истинно мужским, опасным и одновременно порочным. От дикого сочетания силы, власти и аромата моря у меня перед глазами все поплыло.
Все, чего мне хотелось – это сбежать из кофейни, внезапно превратившейся в сосредоточие истерии, но я не могла двинуться с места. Хищный красавчик с порочным взглядом голубых глаз будто заколдовал меня.
