Всеволоду Кузнецов
* * *
Куда, куда уходят корни корифеев?
Седалище России в провинции осело.
Как в кузне золотой Кащея,
Род Кузнецовых был замечен преуспело
Дед Васнецова знал, Цветаевой писал.
Кровь греческая возвысить может дружбу.
Потомок Всеволод от них не отставал.
Сейчас Болгарии агент он нужный.
Все чаще Лобня – отдушина твоя.
Провинции манеры стали милы,
Что в душу проросли, как горлиц воркотня,
Голубушкой родной, что накормила.
04.12.12.
«Ты спрятал сердце под латы…»
* * *
Ты спрятал сердце под латы.
И горько – не слышишь меня.
Зачем воевать, когда ты
Под грузом забытого дня?
По каплям разбавь свое горе.
В глазах твоих Божья роса.
Людей разбушуется море.
Откроются им образа.
Печального образа рыцарь
Ресницами грустно взмахнет.
Поймать бы дикую птицу.
Послушать, как сердце поет.
11.06.14.
Время, вперед!
Мчится время лишь вперед!
Мчится время лишь вперед!
Как стрела!
Сердце бьется – ты живешь.
Рана в сердце – ты поешь.
Песнь жива!
На часах ты постоишь.
Значит, время не проспишь.
Не теряй года!
Как ты выйдешь на рассвет.
Ты получишь свой привет
У окна.
Дождь прольется – не беда.
Смоет слезы все – года.
Время – врач.
Так в дорогу будет конь,
Мчится быстро, как огонь.
Время вскачь.
И секунды – циркачи
Путь простелют, что ткачи.
Все на матч!
Заряжайся в ритме год!
Время мчится все вперед!
Как стрела!
13.04.13.
Человек – фонтан
Он говорил одним лишь горлом.
И из него большой фонтан
Разбрызгивал стихи не стоном.
А подставляй скорей стакан
И руки мой в воде чистейшей
Из слов серебряных души
И промывай в струе добрейшей.
Рукою метко помаши
На улицу, что вся умылась
От слов его. Ведь он Фонтан.
Что в человеке сотворилось?
Он из ручьев стал великан.
Он из ручьев сложений строгих
Вдруг вырос над людьми гигант.
И с раной в печени глубокой
Встал перед всеми, как атлант.
Фонтан из раны слов сильнейший
Прошел сквозь стену наяву.
Разбил он камень в ней прочнейший
– За что, Фонтан? – Я так пою.
Фонтан – чудовище, наверно.
– Фонтан, ты, может, зверовек.
С такою силой откровенной
Ты сокрушаешь! – Человек,
Я просто очень-очень вольный.
И жизнь во мне так бьет ключом!
Я стих читаю, тем довольный.
И защищаю жизнь плечом!
18.08.13.
Человек-сообщество
Вот человек из 100 людей,
Сидящих на костях.
Не мышцы то, а из цепей
Сообщество. В болях
Оно создало крепкий стан
И сила – сцепленные люди.
То крепость из союзных стран.
И каждый член для чтенья труден.
И руки, пальцы – все урок,
Чтоб поле пропахали плугом.
Движенье мышц – сто тысяч ног
Не в пролежнях, а в действии упругом.
Статичен мощный стан. Он Бог —
Сообщество, что стало другом.
В нем я частичка, чтобы каждый смог
Со мной здороваться по кругу.
18.03.14.
Ритор
Трибуна каменная снится,
Где микрофон из гипса.
Античный мир спешит явиться,
Чтоб ритором учиться
На методе ошибок, проб,
Работать поспешите,
Заставьте действовать микроб
И здесь не согрешите.
К трибуне этой путь не прост,
Совсем к ней нет ступеней.
Преграды, очень скользкий мост,
Обломки, тысячи потерей.
Там микрофоны в бездну дней
Всем побросать несложно.
Из них река шипит, как змей.
Лишь в поиске художник.
06.03.14.
Имена
Дорогие имена, имена,
Даже лучшие самые.
Много-много, их даже стена.
Великая и многогранная.
Многогранная Лучших русских.
Новые старыми стали давно.
И цветы мигают тускло
В ночи памяти. Как грудь, как гумно,
Как сказка любимая, на сон грядущий.
Вот образ имени. Ангел глядит,
Как читаешь ты губами сущее,
Пробуя слезы китовые. Смыт
Прежний навет: манер, ужимки, —
Все по-иному, танцуй и пляши.
Я же в свой угол, чтоб видеть картинки,
Тот, что для имени, что для души.
16.11.15.
«Ура, друзья! Не будем с Вакхом…»
* * *Ура, друзья! Не будем с Вакхом
Мы громко пить на злобу дня,
Трудов забросив на чердак том.
Хламида – мысль небытия.
Сопреет затхлый лист осенний
Идей, как жертва бытию,
Удобрив землю для растений
Большого социума… Пою,
Чтобы настроить снова лиру.
Над нею мастер наш корпел.
Какие ж звуки явят миру
Идеи из духовных стрел?
09.06.14.
Имярек
Зачем нас сравнивать друг с другом?
Не задержать желаний бег.
Не подыграть плодом досуга.
Я цвет по сути, ты ж побег.
Меня увидеть сразу можно,
В расположении я всем.
Тебя же много, осторожно
Ты все же прячешься, и тень
Покрыть готова. Ах, проказа!
Сокройся лживости побег.
Дай мне цвести широким мазом,
Торжествовал чтоб имярек.
12.02.14.
Муза
Не прогоните Музу, критик.
Ее так сложно повстречать.
Позвал ее не хилый нытик.
Лишь локотки ему кусать.
Она приходит из прозренья.
Ее узнать – себя забыть.
И даже твердого решенья,
Как облака не уловить.
Она ведь знает бесконечность.
И Млечный путь из редких звезд.
Ее божественна беспечность.
Язык до обожанья прост.
Она дыхание и грозы
В свинцовом критике дыму.
Смертельную узнает дозу
И не оценит по уму.
Венок ее давно готовый
Для освященной головы.
Ходить лишь в праздничной обнове
Готов поэт в нем для строфы.
Где уложил, как бы по полкам,
Он рифму. С Музой сторговал.
Сейф завещал своим потомкам
Он в книге с Музой пополам.
25.09.13.
Поэма Огня
Мы долго шли вдвоем в мрачную погоду
И ноги уносили от лихих напастей.
Нам было хорошо, ведь не было несчастья,
Вдвоем мы сила, что крепнет год от года
Себе прощали обиды и лишенья.
Ведь впереди был путь неведомо куда.
Ловили тихо мы счастливые мгновенья.
И были рады даже малости тогда.
От радости бежали быстро мы по камням.
Так целый б век бежать, бежать…
Но вдруг звезда с небес упала так нежданно.
И в недра приняла ее Земля, как мать.
И я сказал тебе тогда: «Постой-ка!
Чего бежать, присядем, отдохнем.
Смотри, как сердце застучало бойко.
Костер погреться вместе разожжем.
– Да, – ты сказала, – огонь бушует в сердце,
Что даже звезды падают с небес.
Событье к новшеству открыло дверцу.
Остыть б! От бега путать начал бес.
– Конечно, я несу уж прутик.
Сейчас и хворост будет для костра.
Хотелось, чтобы посмешил нас шутик.
Он на язык остер, как та звезда остра.
– Я чувствую, как огнь-сердце будит
Во мне желанья, горячится кровь.
Их ветер зимний даже не остудит
Во мне и силы, и к тебе любовь.
– Приляг, поспи, и ты накопишь силы.
Я знаю, то был добрый знак.
Звезда разбросила волшебные удила.
Ведь мир придумал все же не чудак.
– Конечно, что-то, значит, будет.
– Давай поспим, а там посмотрим что.
И пусть за спинами нас кто-то судит.
Все это «зуд», чтоб мучить меньшинство
– Но ты постой, сюда идут, смотри ты.
Пришельцы держат факелы в руках.
– Вы что хотите?! Быстро говорите! —
Решил сразиться я на кулаках.
Их было четверо. А я лишь с Ольгой.
– Ну что, померимся мы силой, пацаны.
– Не будем воевать, хотели только
Зажечь мы факелы свои.
– Так, вижу я, вы с миром. Ладно,
Садитесь, и погреемся, братья.
Тогда, как лань от леопарда,
Кабан от нас не будет бегать зря.
Пойдет добыча на закуску.
Кабанчика бы нам. – Ура! Олег!
И мы с тобой. Хотим мы вкусно
Отведать кабанятины. В том человек,
Когда умеет ублажать в еде он.
– Ну что, вперед, братья, чтоб ритуал-обед,
Как та звезда, что пала за бугром,
Был ярким праздником на много-много лет.
Недолго Ольга у костра сидела.
