Современная наука проливает новый свет на эту проблему. В частности, Артур и Маргарет Лайли, учёные из Новой Зеландии, в 1960 году опубликовали результаты необычайно интересных наблюдений за поведением плода в утробе матери. В процессе исследований учёные сделали несколько фильмов, показывающих внутриутробное развитие «маленького человека» с первых недель до момента рождения.
В первые месяцы беременности плод как небольшая рыбка энергично передвигается и «плавает» в околоплодных водах. На третий месяц он открывает глазки и начинает различать свет и темноту, охотно поворачиваясь в более светлую сторону. После трех месяцев можно заметить, что плод начинает слышать биение сердца матери и шумы в кишечнике, а также сжимается, демонстрируя защитную реакцию на резкие звуки из внешнего мира.
Взволнованность, раздражительность, резкий крик, внезапный страх или гнев матери заметно увеличивают число сокращений сердца ребёнка. Можно с полным основанием утверждать, что дитя вместе с матерью переживает все опасности, с которыми ей приходится сталкиваться, и нервные стрессы. Трудно в это поверить, не правда ли? Однако наукой доказано, что страх и чувство злости, испытываемые матерью, способствуют усиленному выделению из надпочечников (желез внутренней секреции) адреналина, попадающего в систему кровообращения. Этот гормон проникает через плаценту в кровь плода, что приводит к учащению сердцебиения у ребёнка.
Если бы мы захотели, рассказывая о физиологических процессах, описать эмоциональные переживания взрослого человека, то оказалось бы, что большинство протекающих при этом реакций вызваны теми или иными нейрогормональными раздражителями.
Я полагаю, что могу себе позволить рассматривать эти выявленные наукой процессы как проявление совместного реагирования на отдельные воздействия внешнего мира двух существ, неразрывно связанных между собой тесными эмоциональными узами. Выяснилось, что уже на пятом месяце беременности ребёнок в утробе матери ведёт себя как маленький человечек. Он не только двигается, почёсывает себе головку, животик, но и играет с пальчиками ручек и ножек, открывает глаза и сосёт палец, глотает и выплёвывает околоплодную жидкость. Малыш очень не любит лежать на твёрдом и чрезмерно изогнутом вперёд позвоночнике матери, который на него давит, поэтому он делает резкие движения, когда мать ложится вечером отдыхать. Ребёнок вращается, сползая с позвоночника матери, и занимает удобное положение на боку.
Новозеландские учёные располагают также кинокадрами, показывающими реакцию семи— и восьмимесячного плода на попытки сделать внутриматочные уколы (к этому средству прибегают с целью спасения жизни ребёнка при резус-конфликте крови плода и крови матери). Ребёнок при этом извивается, как вьюн, и защищается ручками, чтобы увернуться от иглы и избежать боли.
Многие аналогичные наблюдения привели к кардинальному изменению точки зрения на проблему начала жизни ребёнка. Формально жизнь начинается тогда, когда младенец сделает первый вдох, а фактически ещё в утробе матери у него действует много механизмов вполне самостоятельной жизнедеятельности.
Глядя на это живое существо — защищающееся, чётко реагирующее на приятные или неприятные для него раздражители, я не совершаю, по-видимому, большой ошибки, когда говорю о взаимной любви матери и ребёнка в эмбриональный период его развития. Младенец выступает в роли потребителя, а мать — как даритель этой любви.
На протяжении жизни человека соотношение между дарением и получением любви постоянно меняется, перевешивая то в одну, то в другую сторону. Ещё Бальзак писал, что «в любви обязательно есть тот, кто целует, и тот, кого целуют».
Беременность для женщины — это огромная школа бескорыстного чувства, влияющая на весь уклад её жизни. Уже в этот период будущая мать может показать, на что она способна. Ребёнок в утробе матери — обожаемое существо, ради которого совершают прогулки, чтобы к нему поступало больше кислорода, ради него также прибегают к специальной диете, чтобы он был здоровым и сильным, стараются всегда сохранять самообладание и поддерживать хорошее настроение, чтобы создать ему наилучшие условия.
В благоприятной спокойной атмосфере ребёнок, отвечая на материнскую заботу, нормально растёт и развивается и, наоборот, хиреет в обстановке нервозности и раздражительности.
Роль первой фазы любви — любви матери к вынашиваемому плоду, а также значение эмбрионального периода для последующего нормального развития ребёнка представляются крайне важными, хотя нередко недооцениваются.
После рождения малыша наступает этап младенчества, во время которого продолжается процесс формирования любви матери и ребёнка, начатый в эмбриональный период. Характерные черты этого этапа хорошо подмечены американским философом и психологом Эрихом Фроммом в его книге «Об искусстве любви»: «Ребёнок, хотя он уже живёт вне утробы матери, по-прежнему целиком от неё зависит. Когда малыш растёт и развивается, он приобретает способность воспринимать вещи такими, какими они видятся в действительности; удовольствие, испытываемое при сосании груди, уже не ассоциируется с материнским соском, а материнская грудь — это не обязательно сама мать. Ребёнок начинает, например, разбираться, что жажда может быть утолена не только молоком из материнской груди, но и молоком из бутылки.
Малыш познает своё влияние на людей: понимает, что его возьмут на руки, если он заплачет, знает, что ему будут улыбаться, когда он начнёт есть, и т. д.
Весь этот опыт кристаллизуется и концентрируется в понимании: я любим. Я любим, потому что я дитя матери. Меня любят, так как я беспомощен. Любят за то, что я такой хороший и удивительный. Я любим, потому что необходим матери. Выражаясь более конкретно, меня любят за то, кто я есть, или ещё точнее: меня любят просто потому, что я есть.
Ты не осознаешь того, что мать тебя любит. Ты ничего не обязан предпринимать, чтобы быть любимым, — любовь матери не связана с выполнением каких-либо условий. Единственное, что от тебя требуется, — быть её ребёнком. Любовь матери — счастье, за которое не надо бороться, не надо никому доказывать, что ты достоин этой любви. Однако тот факт, что материнская любовь ничем не обусловлена, имеет и негативную сторону. Этой любви не только не надо добиваться — её нельзя также завоевать, искусственно вызвать или подчинить себе. Если она существует, то это благодеяние, дар судьбы, а если её нет — то кажется, что вся красота мира померкла и исчезла из твоей жизни, и уже нельзя ничего сделать, чтобы её возродить».
Тепло и нежность материнского чувства, наполняющего жизнь младенца, — основа, на которой потом рождаются инстинкт любви, потребность в союзе и интимном контакте с другим человеком. Огромное значение периода младенчества в жизни ребёнка для нормального развития эмоциональности в зрелом возрасте подтверждается многочисленными исследованиями жизни животных.
Наблюдения зоологов показывают, что неразвитость некоторых инстинктов у животных в ранний период их развития приводит к ущербности, отягощающей все их дальнейшее существование.
На птицеводческой ферме был проведён, например, такой опыт: отобрали несколько десятков цыплят сразу после того, как они вылупились, и в течение нескольких дней кормили, вкладывая им корм в клюв — то есть таким же методом, каким птицы в гнёздах выкармливают своих птенцов. Цыплята, которые были приучены принимать пищу только таким образом, не могли потом, достигнув размеров взрослой курицы, самостоятельно клевать корм и были обречены либо на искусственное вскармливание, либо на гибель. Этот эксперимент показывает, что инстинктом клёва птице необходимо овладеть в первые недели жизни, и если он не разовьётся именно в это время, то в дальнейшем упущенное восполнить невозможно.
Подобные опыты проводились в США с молодыми обезьянками, которых с самого рождения поместили в отдельные клетки, куда им подавали пищу и где они были ограждены как от эмоциональных контактов со своими матерями, так и от общения со сверстниками. После того как животные подросли, обнаружилось их неумение устанавливать и поддерживать сексуальные отношения с другими обезьянами, общество которых, судя по всему, их не привлекло.
Учёные давно пришли к выводу, что у животных, лишённых материнской любви и общения с представителями своего вида, не развивается в достаточной мере сексуальное влечение. Одного биологического инстинкта, как показывает опыт, крайне недостаточно.
Можно сказать, что материнская любовь является своеобразным витамином, необходимым для нормального развития ребёнка. Этот витамин профессор Владислав Шенайх, большой друг детей, предложил назвать «витамином М».
Дети, воспитываемые в грудном возрасте без «витамина М», вырастают в людей, лишённых инстинкта любви и потребности соединить свою судьбу с другим человеком. Можно было бы привести много примеров, доказывающих это.
