на этом.
Я прикусила губу, не в состоянии отвести от него взгляд.
Что за преступление он совершил?
Я старалась отвести от него взгляд, но все было тщетно. И это было не только потому, что он обладал притягательной красотой… Что-то в его выражении лица было мне знакомым, и говорить об этом, мне хотелось все больше с каждой следующей минутой.
В сознании всплыли слова управляющего банком: «Если бы Вы были более состоятельным человеком, обладали большим капиталом...»
— Ты тоже потерял надежду, Грейсон Хоторн? — пробормотала я еле слышно.
Интересно почему?
Я продолжила наблюдать за ним, он поднес пальцы к вискам и помассировал их, осматриваясь растерянно. Женщина, которая прошла мимо, обернулась и медленно обвела его тело плотоядным взглядом. Он даже не заметил ее пристального внимания к его телу, и к счастью для неё, она вовремя спохватилась и обернулась, благодаря чему избежала столкновения со столбом. Я хихикнула. Взгляд Грейсона опять устремился в никуда. Пока я продолжала наблюдать за ним, я заметила бездомного старика, который направлялся в сторону Грейсона, он шел с протянутой шляпой, тем самым прося у людей пожалеть его и дать немного денег. Прохожие старались быстро обойти его, отводя взгляд в сторону. Когда старик подошёл к Грейсону, я сжала губы в тонкую линию.
Прости, старик. Похоже ты выбрал не того человека, потому что он сам в отчаянном положении.
Но, к моему удивлению, Грейсон потянулся в карман, достал бумажник, засомневавшись лишь на долю секунды, затем аккуратно положил в него выписки со счетов. Я сначала не была уверена в том, что он сделал, но потом заметила темную внутреннюю часть его бумажника и поняла, что он отдал старику последние деньги. Он кивнул ему, в то время как старик отчаянно благодарил его за щедрость. Затем Грейсон смотрел в течение некоторого времени, как удаляется бездомный. Спустя пару минут он резко развернулся и направился в противоположную сторону, заворачивая за угол.
В моем разуме зазвучали слова бабушки, и они были настолько реальны, как будто она говорила откуда-то снаружи моей машины: «Наблюдай за людьми, когда они думают, что на них никто не смотрит. Так ты узнаешь, какие они на самом деле».
Пронзительный звонок сотового испугал меня, и я тихо вздохнула, хватая быстро мою сумочку с пассажирского сидения, чтобы достать телефон.
Кимберли.
— Привет, — пробормотала я растерянно.
Последовала секунда, наполненная тишиной.
— Кира? Почему ты шепчешь? — проговорила она тихо.
Я прочистила горло, откинулась на кресло.
— Прости, телефон немного испугал меня и застал врасплох. Я сижу в машине, сейчас я в Напе.
— Смогла снять остаток со счета и закрыть его?
— Ага. Там было ещё пару тысяч.
— Ну что ж, это замечательно. Это хоть что-то, так?
Я расстроено вздохнула.
— Да. Это поможет мне немного продержаться.
Я услышала, как сыновья Кимберли на заднем фоне радостно смеялись, и она, прикрыв телефон ладонью, шикнула на них, говоря им что-то серьёзным голосом на испанском, перед тем как вернуться к разговору.
— Детка, ты знаешь, что у тебя всегда есть место у нас на диване, если хочешь.
— Знаю. Спасибо большое тебе, Кимми. — Но я не могла сделать этого, даже несмотря на то, что она была моей лучшей подругой. Она вместе со своим мужем ютилась в крошечной квартирке в Сан-Франциско с их четырехлетними близнецами. Кимберли забеременела, когда ей было восемнадцать, и затем она узнала шокирующие новости, что беременна близнецами. Они с Энди добились успеха, несмотря на все препятствия, что были у них на пути, но все равно сейчас у них были не самые лучшие времена. И самая последняя вещь, что им сейчас была бы нужна, так это бездомная подруга, которая занимала место на их диване.
Бездомная.
До меня дошла жестокая реальность этого слова, я была бездомной.
Я сделала глубокий вздох, чтобы немного успокоить себя.
— Знаешь, несмотря ни на что, я придумаю, что делать дальше, — проговорила я, прикусывая нижнюю губу, и ощутила, как чувство решительности наполнило меня, сменяя отчаяние от осознания, что я бездомная. Восхитительное лицо Грейсона всплыло у меня в сознании на краткий миг. — Кимми, а ты когда-нибудь ощущала, как будто... перед тобой четко виден способ, который станет решением всех проблем? Как будто все просто как дважды два?
Кимберли замолчала на некоторое время.
— О, нет. Нет, нет. Я прекрасно узнаю этот голос, ты что-то замышляешь, и я попытаюсь — хотя может и неудачно — отговорить тебя! Ты же не обдумываешь, тот план, по поводу размещения объявления в интернете о поиске мужа, потому что это...
— Точно, — перебила ее, — тебе не отговорить меня.
Кимберли сердито простонала на том конце трубки.
— Тебя опять посетила одна из твоих спонтанных, бредовых, опасных и ОЧЕНЬ ХРЕНОВЫХ ИДЕЙ, не так ли?
Я улыбнулась сама себе.
— ОУ, прекрати! Мои потрясающие идеи, которые ты называешь ОЧЕНЬ ХРЕНОВЫМИ, редко бывают бредовыми и почти никогда опасными!
— О да, я ещё не забыла, как ты собиралась продавать маски для лица из трав, что росли в твоём саду!
На моих губах растянулась улыбка, я прекрасно знала, какую игру она затевает.
— Что? Да мой состав был почти идеальным. Ну почти, я была близка к тому, чтобы он стал идеальным. Если бы не моя испытуемая....
— Ты сотворила со мной невообразимое, моё лицо было зелёным. И странный окрас не сходил с него почти неделю.
Я рассмеялась.
— Ладно, ладно, отлично, твоя взяла, тот план определенно не сработал, но нам было по десять.
— Ах, ладно, а когда мы ускользнули из дома на вечеринку к Картеру Скоту, когда нам было по шестнадцать...
— Нет, нет, тот план бы определённо удался, если бы… — начала я поспешно защищаться.
— Ага, поэтому пожарная команда приезжала чтобы снять меня с твоей крыши.
— Ты всегда была такой трусихой, — сказала я, усмехаясь.
— Нет, нет, постой-ка, а тогда, когда ты приехала на летние каникулы и решила устроить азиатскую вечеринку, когда мы все напялили те кимоно, и затем ты чуть не убила нас.
— Упс, перепутала ингредиенты. Откуда я знала, что нужно было иметь лицензию, чтобы готовить ту рыбу? Как бы там ни было, это было очень давно.
— Да ну, это было два года назад.
Она пыталась говорить невозмутимо, но я
