помогающие прочитать память или заставить выполнять приказы. Шив чувствовал, что новое тело обладает подходящими умениями, требовалось только их отточить.
Более того, в геноме нового вместилища существовала даже возможность мысленного управления растениями и животными! Вот чего Палпатин никогда не встречал раньше. Новое тело нравилось ему всё больше. Мысли целителей Шив читал с лёгкостью, почти не затрачивая усилий, и улыбался про себя открывающимся возможностям. «Ну что ж, — подумал про себя Палпатин, — вот завтра всё и проверим на родственниках моего нового тела. Обязательно надо будет влиться в местное сообщество и вновь занять положение, соответствующее моим талантам. А лет через двадцать, возможно, мне удастся объединить местное общество пользователей силы и открыть путь к звёздам». Под эти волнующие мысли он и заснул.
На следующий день Палпатина разбудил шум за дверью. Через секунду в палату ворвалась сухая строгая леди. На её шляпке красовалось чучело какой-то хищной птицы. Словно собачку на поводке, женщина втащила за собой нескладного пухлощёкого мальчика лет десяти, с глуповатым выражением лица. Однако Шив заметил быстрые любопытные взгляды мальца, которыми тот оценивал окружающую обстановку, и решил про себя, что младший Лонгботтом не безнадёжен.
— Здравствуй, сынок! — обожгла его взглядом пожилая леди в шляпке. — Я всегда верила, что ты придёшь в себя. Нас, Лонгботтомов, не сломить пытками!
— Здравствуйте, мама, — кротко улыбнулся Палпатин. — Я тоже счастлив видеть вас в добром здравии.
Из-за её спины высунулся пухлощёкий мальчик, и Шив вновь растянул губы в добродушной улыбке.
— Что же ты прячешься, сынок? Подойди поближе. Хочу посмотреть, какой ты вырос.
Женщина немедленно дёрнула ребёнка за руку, заставляя выйти из-за своей спины. Тот совсем стушевался и, опустив голову, стал переминаться с ноги на ногу.
— Обними же своего отца, Невилл! — рассерженно прошипела пожилая женщина, и мальчик сделал несколько неуверенных шагов к Палпатину. Тот с явным трудом сел на кровати, опустил ноги на пол и протянул к Невиллу руки. Мальчик сделал ещё один неуверенный шаг и наконец попал в объятья Палпатина. Старая леди со слезами на глазах смотрела на единственного сына, который всё же сумел перебороть последствия запретного пыточного заклинания. Палпатин, обнимая мальчика, думал, что надо поскорей восстановить новое тело до приемлемого уровня. Собственная слабость раздражала. Правда, внешне Палпатин ничего из того, что думал на самом деле, не показал. Пользуясь ментальными способностями, Шив говорил то, что мечтала от него услышать эта женщина.
Они ещё долго общались втроём. Леди Августа, так звали мать Фрэнка, обстоятельно рассказывала ему о делах рода. О том, что теплицы пришли в совершеннейший упадок, а сейфы в Гринготтс показали дно. На обучение Невилла золота она наскребла, но большая часть сбережений уходила на поддержание жизни Фрэнка и его жены. Родственники не торопились им помогать, каждый был занят своими проблемами.
— Надеюсь, ты не вернёшься на службу в Аврорат? — с тревогой посмотрела на него женщина. — Сейчас хоть и мирные времена, но мракоборцы много не зарабатывают.
— Военная служба меня больше не интересует, мама, — покачал головой Палпатин. — Я займусь делами рода. Думаю, с трибуны Визенгамота можно добиться большего, чем гоняя шпану в Лютном.
Лицо Леди Августы окончательно просветлело от этих слов. Она в глубине души опасалась, что её своенравный и резкий Фрэнк вновь захочет вернуться на службу в Аврорат.
— Хорошо, сын мой. Как только здоровье тебе позволит, — торжественно кивнула она. — Я немедленно передам тебе звание главы рода и все полномочия. А сейчас отдыхай, восстанавливай силы. Мы будем с нетерпением ждать, когда целитель Сметвик даст разрешение переместить тебя в мэнор.
Она осторожно погладила его по голове, а Шив поймал её сухую ладонь и приложился к ней почтительным поцелуем. Опыт политика и воспоминания Фрэнка подсказывали, что именно такое поведение будет воспринято старой леди наиболее благосклонно.
— До свидания, отец, сэр, — пискнул Невилл, когда бабушка напористо потащила его из больничной палаты, только чудом не зацепившись шляпкой за притолоку двери.
«Какая властная женщина, — хмыкнул про себя Палпатин. — Она поможет мне лучше понять местное общество».
* * *
Через неделю Шив был готов покинуть лечебницу. Он минуту со скорбным видом постоял возле постели с телом жены Фрэнка, закрыв лицо руками, будто прощаясь навсегда. Затем вместе со Сметвиком спустился в холл лечебницы, где камином переместился в мэнор.
Здесь его уже ждала леди Лонгботтом. Женщина выяснила, что он полностью здоров, и тут же потащила его в алтарный зал, чтобы передать звание главы рода и все прилагающиеся к этому обязанности и проблемы.
Ещё через два часа Палпатин сидел в кабинете отца Фрэнка и изучал накопившиеся бумаги, свидетельствующие о плачевном состоянии рода Лонгботтомов. Впрочем, в процессе изучения отчётов в голове опытнейшего политика и финансиста из совсем другой эпохи рождалась масса идей, как поправить пошатнувшееся положение некогда знаменитого рода гербологов.
Он погладил прохладную поверхность весьма занимательного артефакта, который позволял концентрировать и проводить силу. Местные называли подобные вещи «волшебными палочками». Шив вспомнил, как леди Августа в первый же день торжественно вручала ему палочку Фрэнка.
— Я планировала отдать её Невиллу, когда тот поступит в Хогвартс, — вздохнула Августа. — Думала, с её помощью мальчику легче будет колдовать. Он ведь впервые смог ощутить магию совсем недавно и крайне слаб, почти сквиб. Так что теперь пойдёте к Олливандеру за новой палочкой. Надеюсь, ты сам сводишь Невилла за покупками к школе?
— Конечно, мама, — коротко кивнул Палпатин. — Эти месяцы я буду разбираться с делами, а в августе сходим с ним на Косую аллею.
— Тогда я, пожалуй, отправлюсь погостить к леди Марчбэнкс, — довольно улыбнулась Августа Лонгботтом. — После твоего чудесного воскрешения мы с ней не виделись, и мне не терпится поделиться радостью с подругами. Думаю, что и Минерва не откажется присоединиться к нам этим летом. Сынок, я бы не хотела, чтобы твои прежние товарищи по «Ордену Феникса» вновь затащили тебя в очередные неприятности. Будь осторожен и не давай никаких клятв.
— Не волнуйтесь, мама, — Палпатин серьёзно посмотрел тогда на леди Лонгботтом. — Больше всего меня сейчас беспокоит состояние нашего рода. Да и желания бегать с палочкой наперевес по чьим-то приказам тоже нет. Будьте спокойны на мой счёт. После воскрешения я не чувствую на себе никаких обетов.
Она важно кивнула Палпатину на прощание, кинула в камин горсть летучего пороха и мгновенно исчезла в
