Вампиры, оборотни, демоны, ведьмы и тому подобные существа всегда казались людям обычными сказками, героями интересных историй и древних легенд. О них писали в книгах, о них снимали фильмы, они всегда были не более, чем обычными персонажами, жизнь которым дарили их авторы-создатели, и все это, наверное, было бы очень смешно, если бы одним прекрасным, не предвещающим ничего плохого днем те самые «персонажи» вдруг не заявили о своей реальности.
В книгах по истории никогда не упоминалось о том, кто же первым решил выступить против людей, однако абсолютно каждый из нас, так званых иных, знал, что пятнадцать лет назад некий Фредерик Безжалостный, демон и, если уж на то пошло, родственник нашего любимого шефа, поднял восстание, собрав за собой тех существ, которые не желали мириться с властью людей, и развязал войну. Впрочем, даже войной это назвать нельзя было, скорее уж бессмысленной, кровавой бойней, в которой каждый день представители обеих сторон умирали пачками. Люди никак не могли смириться с тем, что им противостоит нечто сверхъестественное, проявления магии в любом ее виде их пугали, что уж говорить, например, о тех же демонах, вампирах или оборотнях.
Иные же, многие века скрывавшиеся в тени и смиренно притворяющиеся обычными, не рассчитали силы, держались лишь на одном желании и гордости и уж никак не ожидали активного вооруженного сопротивления. Дабы подавить восстание, люди впервые в их истории сплотились, использовали все свои возможности, и все это затянулось на долгих десять лет, за время которых популяция в обеих сторонах заметно сократилась. Из-за творящегося хаоса мир пришел в упадок, многое изменилось, а страны, существовавшие раньше, просто стирались с лица земли.
Пока больное желание доказать свое превосходство не завело всех в тупик, нужно было что-то делать, и совсем не странно, что в какой-то определенный момент и людям, и иным захотелось переговоров.
В ходе обсуждений прошло еще достаточно времени, в ожидании изменений погибло еще несколько тысяч, и когда, наконец, представителями обеих сторон было заключено соглашение, получившее в истории название Золотого, весь мир, кажется, вздохнул с облегчением. Вокруг не осталось почти ничего живого, население сократилось почти в четыре раза, и возрождать планету из пепла оказалось необыкновенно сложно. Противникам, ранее стоящим по разные стороны баррикад, приходилось работать сообща, все старались ради общего блага, пытаясь вернуться к жизни, которая была когда-то раньше, еще до войны, и поначалу это было очень трудно.
Ни иным, ни людям явно сложившаяся ситуация не нравилась, каждому приходилось нелегко, но даже это было лучше, чем кровопролитная бойня, которая стала для многих просто непрекращающимся кошмаром. Мы учились привыкать друг к другу, мы учились доверять друг другу и учились держаться вместе, чтобы в будущем не допускать ошибок, которые ранее из-за непомерных амбиций привели к катастрофе. Постепенно жизнь возвращалась в свою колею, мир возрождался из руин подобно фениксу, и очень скоро совместная жизнь стала такой же привычной, как и приевшаяся ненависть.
Впрочем, были и такие, кто, пусть и смирившись с новой реальностью, не был в восторге от такого положения дел. Те, кто потеряли на войне родных и близких, те, кто остались в полнейшем одиночестве, те, кто остался с пустыми руками. Чертова взаимная ненависть у многих отобрала последнее, и в таких несчастных все еще жила нетерпимость. Пусть и пришедшие к соглашению, иные все равно держались иных, люди цеплялись за людей, и каждый понимал, что пройдет очень много времени прежде, чем что-то изменится.
Одним из таких людей был Николас Харт. Некогда обычный полицейский, во время войны он, как и остальные, отправился на фронт в составе армии людей, он воевал за свободу и за знакомый, привычный мир, однако после принятия соглашения оказалось, что потерял он гораздо больше, чем получил. Сам мужчина об этом никогда не говорил, его историю я слышала лишь однажды, да и то, пересказанную в жуткой спешке и свистящим, едва слышным шепотом, однако из сбивчивого рассказа мне удалось узнать самое главное — во время атаки отряда иных на лагерь людей погибла молодая жена Харта, а в последние месяцы войны его родной город был сожжен дотла.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
У мужчины не осталось ничего, что бы он любил, а буквально пронизывающее равнодушие в льдистых карих глазах стало ему единственным верным другом. Иных Ник искренне ненавидел, при любом удобном случае он всегда демонстрировал негативное к ним отношение, и в подобных условиях сам факт того, что брюнет работал в отделе Магических расследований и аномального координирования, сам по себе был невероятно странным.
Наш отдел был создан для поддержания правопорядка среди обеих сторон населения, поначалу делать это было невероятно сложно, однако со временем стало легче. Для того, чтобы действия отдела были как можно более эффективными, его сотрудниками были и люди, и иные, они работали вместе, составляя собой группы по двое человек, обязательно — представители ранее противоборствующих лагерей, и подобным образом мы опять-таки учились работать вместе, пройдя жесткий отбор и получив специальное образование.
Ведьмам, таким, как я, в войне повезло, наверное, больше всех — скрываться среди людей нам удавалось куда лучше, чем остальным иным, и к моменту составления соглашения множество наших сестер выжило. Контролировать собственные силы у нас получалось куда лучше, чем у тех же оборотней или демонов, изменение мира вокруг для нас прошло не так болезненно, и приспосабливаться к новой жизни было почему-то легко.
Возможно, причиной этого была специфическая натура ведьм, которых все считали не слишком далекими и не слишком умными, серьезное отношение к вещам никогда не было нашей сильной стороной, а видеть мир сквозь яркую, сияющую призму было куда приятней, нежели сквозь кровавую пелену вечного страха и боли. Всерьез нас не воспринимали даже иные, чего уж говорить о людях, да и сами ведьмы никогда не стремились лезть на рожон — осторожные и в чем-то даже эгоистичные, ведьмы в первую очередь заботились о самих себе, предпочитая жить в свое удовольствие и по-тихому делать гадости ближнему.
Мое же нежелание продолжать семейную традицию и становиться такой себе недалекой дурочкой буквально привело в ужас любимую maman и стало началом затяжных скандалов, отголоски которых звучали во время семейных обедов даже спустя пару лет.
Твердо уверенная в том, что единственным ее призванием является удачное замужество и сведение очередного несчастливого избранника в могилу, Талула Блэквилл искренне не понимала горячей тяги единственной дочери к обучению в Академии Магического Правопорядка, как не понимала и того, почему после учебы я прошла отбор и стала офицером элитного подразделения Управления полиции столицы Объединенного Государства. Каждый день мне приходилось сталкиваться с грязью в самом ужасном ее проявлении, с таким трудом установленный порядок еще был слишком шатким, и на то, чтобы его поддерживать, уходило слишком много сил.
Впрочем, я никогда не жаловалась, моя работа мне необыкновенно нравилась, несмотря на сложный характер начальства и, в большинстве своем, несерьезное отношение ко мне коллег по работе. Мне искренне хотелось быть полезной, искренне хотелось сделать хоть что-то, чтобы изменить последствия войны. Шаткий мир был куда лучше взаимной ненависти, и тот факт, что мой собственный напарник никак не может это понять, меня изрядно раздражал.
Мы с Хартом не сработались с первых же дней нашего сотрудничества, и даже сейчас, по истечению двух лет совместной работы отношения с мужчиной старательно подпитывались искренним презрением друг к другу, чередующимся редкими попытками подгадить напарнику перед лицом начальства. Того факта, что ненавидит меня за одну лишь мою принадлежность к иным, Ник совсем не скрывал, меня такое отношение буквально выбешивало, и постоянные перепалки уже давно стали любимейшей темой для обсуждений в нашем отделе.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
