запылала в его груди:
«Артаксеркс!». — прорычал он и выкинул копье; со звуком восклицания копье пролетело сквозь щель между царскими стражниками и ударило персидского царя в грудь.
Персидский царь закричал и упал с колесницы.
Внезапно наступила сумятица, как только все увидели падение персидского царя.
Кир Младший, наконец, выплеснул свой гнев, он дико захохотал, как будто персидская корона прибыла к нему, и не услышал позади себя офицера кавалерии, который кричал: «Ваше высочество, берегитесь! Осторожно!».
Смех резко оборвался. Из хаотичной толпы вылетело копье и попало ему в глаз.
Не проронив ни слова, Кир Младший свалился с коня…
***
Гоплиты — воины-граждане древнегреческих городов-государств, вооруженные преимущественно копьями и щитами.
Глава 3
«Братья, я принес вам поесть». — сказал Иелос, входя в маленькую палатку.
В тихой военной палатке вдруг стало оживленно: несколько человек, которые лежали, тут же встали и, как голодные волки, быстро схватили еду из рук Иелоса.
«Я бы умер от голода, если бы ты не вернулся». — Матонис жевал полусырое конское мясо, к которому он обычно относился с презрением, но сейчас оно было неописуемо вкусным во рту.
«Я получил еду от Антониоса. Менон попросил их сформировать специальную команду и, рискуя подвергнуться нападению персов, притащить с поля боя мертвых лошадей». — Иелос вздохнул, посмотрел на человека, лежащего во внутренней части шатра, и спросил с беспокойством: «Как Давос? Проснулся ли он?».
«Он очнулся. Но все это время он был в оцепенении, казалось, он не узнавал тех, кто с ним разговаривал, и не произносил ни слова. Похоже, сейчас он спит». — мрачно ответил Гиоргрис.
«Я думаю, он сейчас сидит в лодке Харона и плывёт по Лето». — сказал Оливос, их друг.
«Заткнись!». — Матонис с раздражением уставился на него, поднял руку и дал ему подзатыльник.
Оливос, сперва удивлённый, вскоре напал в ответ.
Затем Иелос силой разнял двух мужчин и закричал: «Мы все из одного города в Фессалии. На земле за тысячи миль от дома и в окружении врагов. Если мы не объединимся, мы не сможем вернуться».
В шатре внезапно наступила тишина.
Иелос почувствовал тяжелую атмосферу, поэтому утешительно сказал: «Я видел нескольких воинов, которых сильно ранило в голову. Сначала они растеряны, но после отдыха придут в норму. Может быть, к завтрашнему утру Давос сможет встретить нас с улыбкой».
«Давос воин-ветеран, как он мог упасть во время преследования? Думается мне, кто-то-». — Оливос только начал, но когда он увидел, что Матонис снова смотрит на него, он тут же закрыл рот.
«Иелос, Кир Младший победил или потерпел поражение?». — Временное молчание заставило Гиоргриса, еще одного их напарника, не удержаться и высказать наиболее волнующую, но страшную проблему, с которой все они столкнулись.
Ранее, только вернувшись на поле боя после преследования убегающих врагов, они обнаружили, что персидские войска все еще там, а войска Кира Младшего исчезли. Поскольку было уже поздно, обе армии не хотели продолжать сражение, поэтому после некоторого противостояния персидские войска отступили.
Только тогда греческие наемники обнаружили, что их лагерь разграблен. Из-за усталости и голода у солдат, естественно, не было сил думать и задавать этот очень важный вопрос.
«Кир Младший возглавлял конницу. Независимо от того, победили они или потерпели поражение, он может легко покинуть поле боя и присоединиться к нам завтра, чтобы снова сразиться с персидским царем». — легкомысленно ответил Иелос.
«Но армия персидского царя была намного больше нашей. Если Кир Младший действительно потерпел поражение, то завтра к нам присоединится меньше войск». — обеспокоенно сказал Гиоргрис.
«Чего ты боишься? У нас более 10 000 гоплитов! Персы пугливы, как кролики! Сколько бы людей ни осмеливалось сражаться с нами, я все равно не убил достаточно, чтобы быть довольным! Поэтому, если завтра будет еще одна битва, я только рад!». — Как только Матонис слышит Гиоргриса, он подбадривает всех по-своему.
«Даже если Кир Младший потерпел поражение, мы разгромили их левый фланг и убили многих из них. Завтра у них будет лишь меньше солдат, чем сегодня!». — Иелос был не менее уверен, чем он.
«Проклятые персы разрушили наш лагерь, украли нашу еду и похитили много моих серебряных монет! Завтра мы победим их и вернем наши вещи!». — гневно сказал Матонис.
«Правильно!». — Все тут ненавидели врага: «Мы должны не только вернуть наши вещи, но и забрать их вещи».
«Да!». — Оливос вспомнил о чем-то и взволнованно сказал: «Я слышал, что они также захватили женщин Кира Младшего, и только одной удалось сбежать. Это та, о которой я рассказывал вам в прошлый раз: красивая женщина, похожая на Афродиту. Я слышал, что Клеарх взял ее в свой лагерь. Он точно повеселится сегодня». — Оливос сглотнул, говоря это.
«Оливос, ты должен завтра победить персидского царя и схватить одну из его женщин».
«Это отличная идея! Матонис, ты иногда бываешь умным».
Пока несколько человек разговаривали и смеялись, из глубины шатра донесся хриплый голос: «Не думайте, что Кир Младший просто потерпел поражение, он умер!».
***
Тиссаферн подошел к шатру персидского царя, а евнух Масабатес уже ждал у входа: «Царь ждет тебя. Скорее входи».
Когда Тиссаферн отдал свой меч царскому стражнику, стоявшему рядом с ним, он обнаружил, что евнух, которому персидский царь доверял больше всех, был несколько меланхоличен и не мог не думать: «Сильно ли ранен царь?».
Как только он вошел, в нос ударил насыщенный аромат ладана, смешанный с запахом нескольких трав.
Артаксеркс лежал на диване на боку, одетый в великолепное алое платье, его обнаженная грудь была обернута белой тканью, из которой сочилась слабая кровь. Рядом с ним сидела красивая служанка, нежно растиравшая его плечи, а рядом стоял врач Ктесий.
Ктесий сразу же удалился, как только увидел вошедшего Тиссаферна.
Артаксеркс попросил его подождать у палатки, чтобы в случае каких-либо изменений в его состоянии немедленно вызвать его.
Увидев, что греческий врач вышел из шатра, Тиссаферн полусогнулся и склонил голову, а затем сказал: «Ваше высочество, прошу наказать меня за поражение в битве».
Артаксеркс промолчал, отчего Тиссаферн начал испытывать некоторое беспокойство, поэтому он опустился на колени.
Прошло много времени, прежде чем он услышал слова Артаксеркса: «Ты потерпел поражение, Тиссаферн. Но ты хотя бы осмелился сражаться. Я слышал, что ты провел свою конницу вокруг греческих гоплитов и атаковал их тыл, но был разбит их пельтастами и чуть не был сражен греческим копьем».
«Да, ваше высочество, все так и было». — Тиссаферн вздохнул с облегчением.
«Ты гораздо храбрее тех,
