запах снова наполняет мои легкие, на этот раз сильнее и…
Искусственный.
Мое тело не реагирует. Ничего не происходит.
Он пахнет приятно, слегка теплым и мускусным, но это подделка.
Передо мной не Альфа.
— Держись от меня подальше! — Кричу я, мой голос гремит в маленькой комнате. — Отойди!
Он Бета.
Знание придает мне сил, даже когда он подходит ближе. Он силен, с мускулистыми предплечьями и мощными бицепсами, но он не Альфа.
И я собираюсь убить его, решаю я.
Но не раньше, чем я выясню, что ему известно об Эйприл.
Я готовлюсь к удару, полностью ожидая, что он схватит меня или еще чего похуже, но он просто стоит передо мной, возвышаясь надо мной всем телом. Его сальная черная челка падает ему на глаза, когда он говорит.
— Ты будешь есть и пить, — говорит он монотонным голосом. — И ты будешь говорить потише.
— Что? — Я шепчу. — О чем ты говоришь?
— Ешь и пей, — повторяет он. — И сиди тихо. Это все, что тебе нужно делать.
Холодок пробегает у меня по спине.
Мои руки не перестают трястись. — Полиция уже в пути, — вру я, увеличивая расстояние между нами и отступая к темной ванной, гремя цепью. — Я знаю детективов. Они ищут меня.
Даже когда это слетает с моих губ, я знаю, что звучит нелепо.
Это, кажется, выводит его из ступора. Он прищуривает глаза и наклоняет голову. — Лгунья, — говорит он низким голосом. Я замечаю, как подергиваются его пальцы, когда он делает глубокий вдох. — Имей в виду… Я единственный, кто может сохранить тебе жизнь. — Его взгляд скользит по цепи, которая тянется по полу. — Без меня ты умрешь с голоду.
Я нервно сглатываю.
Это именно то, что, по словам Лэндона и Ривера, может произойти.
И я поспорила с ними. Я выгнала их и сказала, что они не мои Альфы.
Они уже знают, что я пропала? Они хотя бы потрудятся проверить?
— Зачем ты это делаешь? — Мягко спрашиваю я. — Чего ты от меня хочешь?
Он проводит дрожащей рукой по волосам, убирая челку с глаз. — Я уже говорил тебе, — огрызается он, заставляя меня подпрыгнуть. — Ты что, тупая?
Мой рот закрывается, и ледяной страх пробегает по позвоночнику.
Я встречаюсь взглядом с его налитыми кровью глазами, и в них что-то щелкает.
Подергивающиеся пальцы. Расширенные зрачки.
Он находится под влиянием чего-то.
Вероятно, О.
Я качаю головой и опускаю глаза в пол.
Не провоцируй его. Сотрудничай. Сохраняй спокойствие.
Я ерзаю, чувствуя, что он наблюдает за мной. Несвежий, поддельный аромат феромонов наполняет мой нос и сбивает с толку.
Зачем ему притворяться Альфой?
Передо мной ответ, если я смогу сосредоточиться достаточно долго, но головная боль пронзает мой череп.
Я хочу пить и проголодалась.
Но я открываю рот в последний раз, отчаянно нуждаясь в ответе, даже если это причинит мне боль.
— Ты забрал Эйприл? — Хрипло шепчу я.
Тишина.
Когда я, наконец, снова поднимаю взгляд, он смотрит мимо меня, словно в трансе. Он моргает один раз, затем поворачивается и выходит из комнаты. Дверь за ним закрывается, и я слышу щелчок замка, опускаясь на пол и закрывая лицо руками.
4
ВИНСЕНТ
Окрестности ярко освещены синими и красными звуками полицейских сирен.
Я сворачиваю на улицу по адресу, который прислал мне Лэндон, и вижу чертов хаос. Входная дверь Скайлар открыта, и на пороге стоят трое полицейских. Ривер стоит на подъездной дорожке с Беном. На улице выстроились четыре патрульные машины, а жители соседних домов стоят на лужайках перед своими домами, наблюдая за происходящим.
Я узнаю некоторых других полицейских, когда выхожу из своей машины, и все они переглядываются, увидев меня.
Отлично.
Когда я направляюсь по подъездной дорожке, избегая неловких взглядов, Бен прекращает свой разговор с Ривером и смотрит на меня широко раскрытыми глазами. Но прежде чем я успеваю что-либо сказать, появляется шквал черноты, а затем мою правую скулу пронзает боль.
— Ты, ублюдок! — Ривер рычит, сопровождаемая растерянными криками офицеров. — Это твоя вина, ты, кусок дерьма!
Я действительно не хотел, чтобы сегодняшний вечер начинался вот так.
Я здесь ради Скайлар. Не Ривера, не Лэндона или кого-либо другого.
Только ради нее.
Инстинкт заставляет меня замахнуться кулаком в ответ, и я наношу хороший удар по Риверу, прежде чем нас обоих растаскивают офицеры.
— ЭЙ! — Кричит Лэндон, вставая между нами. — Ривер, прекрати это дерьмо прямо сейчас, черт возьми, или, клянусь, я заставлю их арестовать тебя.
Мой удар оказался лучше, чем ожидалось; Ривер сплевывает полный рот крови на подъездную дорожку, оскаливая на меня зубы. — Это все из-за тебя, — шипит он, игнорируя Лэндона. — Ты доводишь ее до слез, мать твою…
— Ривер! — Лэндон рычит, его голос пропитан ядом. — Заткнись нахуй.
Я смотрю на Ривера, желая выплюнуть ему в ответ слова, вытащить все, что я в нем терпеть не могу. Он ведет себя как гребаный ребенок, он слишком эмоционален, ему не следовало становиться детективом.
По крайней мере, он все еще один из них, говорит виноватый голос внутри меня. По крайней мере, он не ушел.
Я делаю глубокий вдох, не обращая внимания на боль в щеке. Мы ссоримся не в первый раз, и я сомневаюсь, что в последний.
— Я здесь не из-за твоего дерьма, — спокойно говорю я, когда двое полицейских, удерживающих меня сзади, отпускают меня. — Я здесь совсем не из-за тебя. Просто держись подальше от меня, Кейн.
Я игнорирую его убийственный взгляд и иду по подъездной дорожке, следуя за выцветшим ароматом Скайлар. Мой внутренний Альфа пробуждается к жизни после стольких лет игнорирования, и чувство вины сжимает мою грудь.
Возможно, этого бы не случилось, если бы я не был так холоден с ней.
Возможно, она не выгнала бы Лэндона и Ривера, оставив ее распростерто лежащей и уязвимой.
Черт.
Металлический запах хлороформа становится сильнее, когда я вхожу в дом, и я стискиваю зубы.
Черт.
Я слышу обрывки разговора, когда стою в ее гостиной, осматриваясь по сторонам.
— Проверяю записи с камер наблюдения соседей…
— Следы борьбы возле задней двери…
У меня звенит в ушах.
Прошло два часа с тех пор, как Лэндон позвонил мне.
Два гребаных часа.
Сейчас она может быть где угодно.
— Что вы, идиоты, делали? — Я рявкаю на двух офицеров Бета. — Просто стояли без дела?
Они должны делать больше, чем просто бездельничать. Можно сделать гораздо больше, чем просто обычную бумажную волокиту.
Но они не обязаны мне ничего объяснять.
Один прищуривается, глядя на меня. — Пошел ты, Джексон, — говорит он. — Ты не имеешь права приходить сюда и указывать нам, как делать нашу работу. Тебя вообще не должно здесь быть.
— С ним все в порядке. — Бен говорит, входя в дом, останавливая меня, прежде
