Читаем без скачивания Рассказы - Дэймон Найт

Фолк откинулся на стену, осознавая сказанное.

— Может быть, сеть охватывает всего десяток звезд, — предположил он.

Уголки тонких губ Вольферта опустились.

— Не говорите глупостей, — сказал он. — Неужели раса, способная построить это, — он обвел рукой стеклистый параллелепипед, — ограничилась бы десятком звезд? Или тысячей? Черт побери! Да они владели всей Галактикой! — Он принялся нервно набивать трубку. — Шестьдесят миллиардов звезд. А, если верить последним теориям, все звезды главной последовательности имеют планеты.

Он снова показал рукой на Дверь.

— Почти триста шестьдесят кубических футов. Хватит места для одного человека и припасов на месяц. Или для пятнадцати человек и припасов на неделю. Такова предельная численность отряда колонистов, который мы могли бы послать… И никаких гарантий, — резко добавил он, — что они попадут туда, где смогут прожить хотя бы минуту.

— Да, это обескураживает, — согласился Фолк. — Но я по-прежнему не понимаю, зачем здесь вы, да еще с пистолетом. Если представитель расы, построившей Дверь, явится сюда — должен сказать, его появление представляется мне крайне маловероятным — это будет очень важным событием.

Только зачем убивать его, как только он выйдет?

— Проклятье! — яростно сказал Вольферт. — Это не я решал. Я просто работаю здесь.

— Я понимаю, — сказал Фолк. — А вы не догадываетесь, каковы причины такого решения?

— Страх, — не раздумывая, отозвался Вольферт. — Слишком многое поставлено на карту. — Он снова прислонился к стене и принялся жестикулировать трубкой в такт словам. — Отдаете ли вы себе отчет, что мы могли бы основать колонии в других звездных системах и без этой находки, самостоятельно? Да-да, именно так. Не сейчас, конечно, но через пятьдесят лет, или через сто — если бы мы над этим работали. Если найти источник энергии, которого бы хватило на разгон корабля в течение восьми месяцев, земная экспедиция достигла бы ближайших звезд на протяжении человеческой жизни. А знаете ли вы, почему этого не будет?

Они боятся. Они боятся основать колонии даже здесь, на Марсе, или на спутниках Юпитера — потому что до них будет слишком долго лететь с Земли.

Пять лет, десять лет. Представьте себе, что в такой колонии что-то пойдет не так. Например, появится человек, который, подобно вам, имеет иммунитет к аналогам. Или кто-то сумеет избежать обработки. А потом этот человек доберется до аналоговых машин и перестроит программу. Допустим, он изменит только одну директиву: "Вы не должны делать ничего, что противоречит политике и интересам Земли". И вот мы имеем два различных сообщества, а не две части одного. А дальше…

Фолк угрюмо кивнул:

— Война. Да, теперь я понимаю. Они не осмелятся пойти даже на минимальный риск, что такое случится.

— Речь не идет о смелости, Фолк. Они просто не могут этого сделать.

Такова одна из директив аналоговой обработки власть предержащих.

— Значит, человек никогда не попадет на звезды.

— Ну разве что, — сказал Вольферт, — из этой Двери когда-нибудь появится кто-то, кому известно, как она работает. Лучеметы установлены на большую мощность, но не максимальную. Мы надеемся, что они не убьют пришельца, только оглушат его. Если это его не остановит, и он попытается уйти обратно в Дверь, я буду стрелять, чтобы обездвижить его. Ранить, а не убить. Моя аналоговая программа изменена не так сильно, как вы подумали.

Но остановить его надо непременно, чтобы он не вернулся к себе и не предупредил остальных держаться подальше от этой станции. Потому что если мы получим точное знание, как управлять системой Дверей, чтобы осуществлять переброску в заданный пункт, а не наугад…

— …тогда человечество сможет основать колонии, — закончил за него Фолк. — Все они будут от Земли — рукой подать. Все одинаковые. Маньяки расползутся по всей Вселенной… Знаете, я надеюсь, что никто никогда не придет через эти Двери.

— Думаю, ваши надежды оправдаются, — сказал Вольферт.

2

Фолк обошел купол станции вместе с Вольфертом. Время от времени они останавливались, чтобы Фолк отдохнул. Смотреть, в общем-то, было не на что. Кроме комнаты с Дверью и спальни, которые соединяла не замеченная Фолком прежде смотровая щель, на станции было еще шесть помещений.

Комната, где находились радиостанция, радарная аппаратура и компьютер, управляющий касательными орбитальными траекториями грузовых ракет. Другое помещение занимала энергостанция и компрессор, который поддерживал необходимое давление воздуха. Еще были кухня, ванная комната и две кладовки.

В комнате с радиоаппаратурой было окно. Фолк долго смотрел на марсианскую пустыню, окрашенную сейчас в фиолетовый цвет, ибо солнце как раз опускалось за горизонт. Совершенно чужой пейзаж. Звезды непривычно ярко блестели в почти черном небе, и Фолк обнаружил, что его взгляд невольно устремляется к ним.

Он мысленно провел огненные нити между звездами. "Кошачья колыбелька" из звезд. Мысль о том, что завтра он будет стоять на планете под лучами одного из этих далеких светил подействовала на него, как ледяной душ.

Сознание отворачивалось от этой мысли, как от размышлений о собственной смерти. И в то же время идея притягивала его. Фолк чувствовал себя, как мальчишка на краю черного омута, неподвижная вода которого может скрывать сокровища — или смерть. Он боялся нырнуть, но знал, что иначе поступить не сможет.

Как может человек не стремиться перешагнуть порог, зная, что дверь открыта?!

Вольферт внезапно сказал:

— Вы не спросили, доложил ли я на Землю о том, что нашел вас в грузовой капсуле.

Фолк перевел взгляд на него.

— Доложили, конечно, — спокойно сказал он. — Это не играет роли. Я уйду раньше, чем они успеют что бы то ни было предпринять. Вы скажете им, что я одолел вас и сбежал через Дверь. Они не смогут доказать, что это ложь. Разве что ваша аналоговая программа включала запрет лгать…

— Нет, — сказал Вольферт. — Я способен на ложь. Пусть будет так, только лучше я скажу им, что вы так и не оправились после замораживания.

Умерли во сне. А труп я сжег. Но почему вы решили, что я вам помогу?

— Просто потому, что вы здесь, — сказал Фолк. — Вы — доброволец, ведь при помощи аналогов пока еще не умеют заставлять людей выбирать нелюбимую работу. Хотя, я думаю, до этого тоже дойдет. Когда вы заговорили, я сразу понял, что вы умный человек. Стало быть, вы отшельник. Вам, как и мне, не нравится сумасшедший дом, в который превратили Землю.

— Не знаю, — медленно произнес Вольферт. — Быть может, вы преувеличиваете наше сходство. — Он опустил взгляд на свою неизменную трубку и принялся утаптывать табак ногтем большого пальца. — Я не настроен так радикально против аналоговой обработки или против нынешнего правительства. Я вполне приспособился к современной системе, и неплохо чувствую себя в своем маленьком личном мирке. Я понимаю, что когда-нибудь человечество придет к катастрофе, но это меня не слишком волнует. Меня к тому времени уже не будет на свете.

Он искренне глянул на Фолка.

— Но звезды манят меня, — признался Вольферт. — Это не рациональная позиция, а эмоции… Видите пистолет? Он не заряжен. Никакое оружие из того, что у меня есть, не заряжено. В моей аналоговой программе забыли предусмотреть этот пункт.

Фолк уставился на него.

— Послушайте, — внезапно сказал он, — вам ведь ввели директиву, которая запрещает вам шагнуть в Дверь? Я угадал?

Вольферт кивнул.

— Но почему бы мне не стукнуть вас по голове и не перетащить через

Дверь в бессознательном виде?

Вольферт сухо улыбнулся и покачал головой.

— Не стоит, — сказал он. — Кто-то должен остаться с этой стороны.

— Зачем?

— А что, если где-нибудь там вы откроете секрет управления Дверью? Вы ведь отчасти надеетесь на это, верно? Вы не просто ищете место, где бы укрыться. На Земле можно найти тысячу таких мест. Вы ищете знаний и, несмотря на то, что я вам рассказал, вы все-таки надеетесь вернуться, принести с собой знание и переделать Землю.

— Это звучит малость по-донкихотски, — сказал Фолк. — Но, кажется, вы правы.

Вольферт кивнул и снова отвел взгляд.

— Ну вот… кто-то ведь должен вас встретить. С незаряженным пистолетом. Если я отправлюсь с вами, уж они позаботятся о том, чтобы следующий охранник был непохож на меня.

Он на мгновение встретился глазами с Фолком.

— Не тратьте время, жалея меня, — бросил он. — Возможно, вы не поверите, но я вполне счастлив здесь… один.

От Фолка не укрылась пауза, которую он сделал перед словом "один".

Фолк уже удивлялся тому, что правительство послало на Марс не семейную пару, а одиночку, который мог рехнуться здесь от одного только одиночества. Теперь Фолк вдруг понял, в чем он ошибся. Несомненно, Вольферт был не один. Вероятно, у него была жена — лучшая из жен, которая никогда не ворчит и не хочет вернуться на Землю. Жена, которую не надо кормить, и которая не заняла места на корабле, которым Вольферта доставили на Марс. И какое значение имело здесь, на станции, что никто кроме Вольферта ее не видит?