катере в сопровождении капитана КГБ в море ночью (по блату).
С кавказцем, купившем двух девушек, после ресторана ездили в горы. Вереница машин бывших в жесткой эксплуатации. Большая часть имевшая тюнинг в местных гаражах. Двадцать неуправляемых, молодых людей с оружием. И в горы! Я со страху искал защиту у Лики. Она же могла шутить. И шутки, как мне казалось, были на гране. Слава Аллаху другие девушки были распутны и не впервой и все обошлось.
В другое приключение мы посетили участок милиции. Возвращались с сочинской дискотеки Лика устала. Интересная лавочка, увитая местным плющом. Моя дама присела на лавочку. Как положено даме ножки вместе, ручки на ножки, в ручках сумочка. Секунд пятнадцать и из темноты выпрыгивает «шимпанзе», хвать сумочку и бежать. Я замешкался, а потом, с дуру, за ним. Впереди Сочинский стадион. Добежал я до его середины и кричу: – «Хулиган отдай сумку там паспорт». Ну не дурак я?
Вернулся к Лике, ее трясет!
– Ты куда убежал, тебя ж зарезать могли.
Любит.
– Мне страшно дальше идти. Давай на такси.
И тут милицейская машина. Останавливается.
– Ребята что случилось?
– Сумку украли.
– Когда?
– Пять минут назад.
– Садитесь, поехали ловить.
Конечно, наша ловля не принесла результатов. В участке, где мы писали заявление, Лику привели в чувство. Выдали справку, что украли паспорт. И отвезли нас на квартиру.
Приключения, море, интересная и не трудная работа, приносившая доход который сразу же и уходил – «маленькая жизнь».
Но надо возвращаться.
Мы летели вместе, я видел, что ее в аэропорту встречал муж. Высокий по-военному статный, красивый молодой парень. Не может женщина такого бросить. У меня сдавило горло при прощании с любимой. Я быстро отвернулся от несносной картины и буквально сбежал. Мне кажется, Лика заметила.
Она позвонила мне в тот же вечер. Сказала что любит, что есть комната где мы можем встречаться. На первом же свидании она осталась на ночь. Утром меня трясло: – «Как же ты вернешься домой?»
– Я от него уйду!
Молчание. Не слезинки.
Через три месяца мы сняли квартиру, ту квартиру «так себе», на Юго-западе.
Глава 4.
Утром я вспомнил про эротические картинки. Зачем мне лезут в голову эротические картинки не с Ликой. Вот же «кабель».
Однако надо готовиться к лыжной пробежке. К двенадцати часам погода великолепна. Ясно, пять градусов мороза, снег прошел утром. На деревьях шапки снега. Выхожу.
Дом стоит параллельно МКАД, километрах в пяти перпендикулярно МКАД проходит Киевское шоссе. Если пересечь и то и другое шоссе я попадаю в прекрасный лесной массив, туда, где расположен русский «пентагон». Здание действительно похожее на пентагон и возможно тоже военного назначения, но значительно меньше прародителя. В этом парке накатана лыжня, я уверен в этом, я наблюдал там лыжников, возвращаясь из института. Направлюсь в этот парк.
Переходя через МКАД по воздушному переходу, вспоминаю время, когда я был школьником-спортсменом, тренировались мы в кузьминском лесу. Лес пересекала вот уже лет семь как построенная дорога – МКАД. После тренировки, если оставались силы, мы ходили «на горки». Через МКАД. Горки – насыпь, стрельбище. База Московского высшего командного училища. Сейчас это стрелковый комплекс, построенный к олимпиаде 80 в живописном уголке леса.
В то время лыжники могли пересечь МКАД шагом, не снимая лыж. Посмотрел на право, перебежал, посмотрел на лево перебежал. Сейчас это не реально.
И еще в 70-х в Кузьминках водились лоси. Мы наблюдали лосиху и детеныша. Конечно, близко не подходили.
А вот еще воспоминание из детства. В Люберцах в то время работал Вертолетно-ремонтный завод. Как водится, он был огорожен бетонным забором. Забор примыкал к лесу. По забору всегда накатана лыжня. И лыжников там бывало придостаточно. Но детей по этой лыжне родители никогда не водили. А потому, что на заборе, углем, в протяжение метров в триста, в полный рост были нарисованы порнографические картины. Каждый год они подновлялись неизвестным художником. Мне в ту пору было лет 12-14. Тренеры наши не стеснялись нас туда водить. Мне, откровенно говоря, это удивительно. Словом – яркое воспоминание.
Что ж встаю на лыжню. Ноги руки то помнят. Как меня всего распирает от физического наслаждения. Не очень приятно идти по открытой местности, ветерок, но до «Киевки» доберусь, пересеку ее, а там лес. Легким шагом этот отрезок займет у меня 30 минут. Я несколько волновался, что новые лыжные ботинки натрут ногу, но обошлось, покупал дорогие, деньги были. Перешел «Киевку», ура есть переход.
И вот я в парке. Просека, по две отличные лыжни справа и слева. Прогуливается народец, и стар, и млад по обе стороны, некоторые даже с собачками. Спортивные костюмчики не отличаются разнообразием. Снаряжение тоже. Лыжи в 90 процентов случаев деревянные, и в 20 процентов случаев имеют возраст 20 лет, времен когда их еще смолили. К ним бамбуковые палки. И это грустно, чувствуется, трудно люди переживают постперестроечные последствия и прелести приватизации.
Снежок меленький закружил. Но в лесу это не мешает. И ветер сейчас мне в спину. Иду ровно, дышу ровно. Стараюсь не забываться и в пол не смотреть. Нужно насладиться видом зимнего леса. А вид замечателен. Лес смешанный, парк не регулярный, все случайно. Случайно валяется огромная береза, на ней растут грибы. В старом дубе дупло и около него толпится народ. Подъезжаю ближе – кормят белку. Случайная лавка. На ней старичок, но долго не сидит. Встал и бодренько так отправился по лыжне. Тут и там кормушки для птиц – пакеты из-под молока. Прошлогодняя листва на деревьях и кустарнике. В кустарнике воробьи. Не случайно только одно. Снег! Огромные шапки снега после ночного снегопада. Свежие толстые. Развлечение сбивать их лыжной палкой на голову подруги. Но я один и сбиваю на себя, тоже удовольствие.
– Денис привет!
Вообще то, меня зовут Гена. Но я готов быть Денисом, некоторое время. Передо мной Вера. Довольно милая стройная невысокая девочка. В синей олимпийке и джинсах стрейч, в вязаных гольфах и на пластиковых лыжах. Вера студентка нашего вуза с факультета иностранных языков. Мы иногда встречались в компании общих друзей, но близко знакомы не были. Неудивительно, что она не помнит моего имени.
– Познакомься моя мама. Светлана.
– Очень приятно.
Рядом с Верой лет 50-ти женщина в брюках, кожаной куртке, на деревянных лыжах. Зачем это? Вариантов объяснить такой вид я нашел два. Первое – мама редко ходит на лыжах, второе – все свое тепло и зарплату она отдает дочери.
Фигуры не было. Кожаная куртка квадратного
