Тренерский штаб был настолько впечатлен моей фееричной игрой против софийского ЦСКА, что сегодня я вышел в стартовом составе на позиции левого вингера. На предматчевой разминке я внимательно осмотрел стадион «Сантьяго Бернабеу». Это просто завораживающее зрелище. Кстати, на этом матче должен присутствовать испанский принц. Интересно, какой шарф будет висеть у него на шее? На игру обещали аншлаг. А это около восьмидесяти тысяч болельщиков! Билеты перепродавались по совершенно невероятным ценам.
Мне очень хотелось думать, что многие зрители придут на стадион, чтобы посмотреть на меня. Глянуть на семнадцатилетнего футбольного вундеркинда, как меня назвали журналисты в статье спортивного издания «Marca». Статья была опубликована на третьей полосе газеты и имела заголовок: «Русский танк не знает преград!». Но это были всего лишь слова. На самом деле никто не верил в победу моей команды. Как сообщил мне Антонио Иглесиас, на ставках лидировал «Реал». Кстати, агент снова получил через меня билет в главную ложу для почётных гостей.
В дебюте встречи «сливочные» ошеломили нас своей активностью. Мы оказались буквально прижаты к своей штрафной. Счёт мог быть открыт уже на второй минуте, когда после розыгрыша углового Серхио Рамос пробил головой, и мяч, отскочив от нашего защитника, пролетел чуть выше перекладины.
Но следующий «стандарт» стал для нас роковым. После подачи Бекхэма со штрафного на дальнюю штангу скидку головой выполнил Зидан, и абсолютно свободный Рауль из пределов вратарской играючи расстрелял наши ворота. Почти весь стадион вскочил с кресел и начал ликовать. Однако спустя пять минут мы каким-то чудом смогли сравнять счёт, воспользовавшись своим единственным шансом.
Франсиско Руфете навесил с угловой отметки в штрафную. Я выпрыгнул и на втором этаже поборолся с Гути. Мяч, коснувшись моего лба, отскочил в затылок испанца и, изменив траекторию полёта, залетел в сетку ворот. Стадион затих, но не прошло и пяти секунд, как болельщики «Реала» разразились гулом недовольства. Гути находился в ступоре. Он до конца не понимал, как мяч оказался в его воротах. Пока я бежал к ближайшей телекамере, успел подумать: «Интересно, этот гол запишут на меня или он будет значиться в протоколе как автогол? Хотя какая мне разница. Главное, что мы сравняли счёт».
Спустя некоторое время Гути мог исправиться за свою ошибку, но его удар с десяти метров был заблокирован защитниками моей команды, и мяч ушёл на угловой. После напряженного начала игра немного успокоилась, игроки затаились. Но в середине тайма в течение двух минут любая из команд снова могла повести в счёте. Сначала после передачи Барахи я выскочил один на один с Касильясом и попытался перебросить мяч через вратаря, но не попал в створ ворот. Мяч лишь задел перекладину и тут же улетел за пределы поля. А затем нас спас Сантьяго Каньисарес. После удара настойчивого Дэвида Бекхэма он каким-то чудом вытащил мяч из «девятки». В дальнейшем шла лишь яростная борьба за инициативу, в результате которой некоторое время мы играли вообще без ворот.
Один из самых интересных эпизодов первого тайма произошёл уже в добавленное время. Я перехватил передачу Зидана на Гути, и испанцу пришлось нарушить правила, чтобы я не вышел один на один с голкипером. Я думал, что это будет прямая красная карточка, но судья показал нарушителю только «горчичник». Это меня очень разозлило. Я подбежал к арбитру и начал громко высказывать своё недовольство его действиями. За что тут же схлопотал карточку жёлтого цвета и немного прифигел.
— Это что за дела такие⁈ — подумал я и схватился за голову. Затем в расстроенных чувствах повернулся к нашей скамейке запасных и увидел, что меня зовёт недовольный сеньор Кике. Пришлось бежать к нему.
— Алекс, ты что творишь⁈ Успокойся и думай только об игре. Этот судья знаменит тем, что любит раздавать карточки налево и направо, — спокойным, но требовательным голосом сказал он.
— Но там же железно была красная! — продолжал я возмущаться. — Вы же видели. Он меня руками в наглую остановил.
Кике Флорес вздохнул и лишь махнул рукой в мою сторону, а я побежал в штрафную «галактикос». К мячу подошёл наш штатный исполнитель штрафных Руфете. Его удар с двадцати метров был неточен и попал в «стенку». После чего судья отправил команды на перерыв.
— А ты очень хорош, Алекс! — услышал я английскую речь и сразу понял, что похвала исходит от Дэвида Бекхэма.
— Спасибо, Дэвид! — повернул я голову вправо и поблагодарил англичанина. — А можно после игры получить на память твою футболку?
— Конечно. Но тогда и ты мне футболку должен подарить. Договорились? — согласился англичанин и похлопал меня по плечу.
В раздевалке мы молча выслушали стратегию на второй тайм. Мне ещё раз напомнили, чтобы я держал себя в руках и не пытался доказывать арбитру, что дважды два — это четыре.
Второй тайм обе команды начали очень осторожно. Однако к шестидесятой минуте мадридцы постепенно вновь перехватили инициативу и смогли пробиться к нашим воротам. Наш голкипер с огромным трудом, но парировал удар с семи метров бразильца Роналдо.
Спустя десять минут Гути мог быть удалён за удар Барахи по лицу, но судья, находившийся далеко от места нарушения, не видел этого эпизода и не предъявил грубияну вторую жёлтую карточку. Как же нам не повезло! Просто нет слов, одни эмоции.
Видимо, кто-то на небе меня услышал. Не прошло и пяти минут, как защитник Эмилиано Моретти диагональным пасом нашёл меня на углу штрафной. Приняв мяч на грудь, опустил его на газон и нанёс роскошный удар в дальний верхний угол, забив свой третий гол в Ла Лиге. Вся команда налетела на меня, и на радостях получилась куча-мала. Эти чертяки даже не дали мне отпраздновать гол в своём фирменном стиле. Пока я валялся на траве, наш тренерский штаб и запасные игроки прыгали у кромки поля и орали как ненормальные. Мы наконец-то повели в счёте! 2:1.
Но уже через несколько минут, к сожалению, для меня матч закончился. В очередной раз решил воспользоваться своей скоростью и попытаться убежать по бровке, но против меня очень грубо сыграл полузащитник хозяев поля, датчанин Томас Гравесен. Удар пришелся в нижнюю часть спины, и я оказался вне футбольного поля. Было очень и очень больно. Видимо, был задет нерв, так как любое движение отдавало болью в правую ногу. Вот же непруха!
Врачи команды тут же меня осмотрели и вынесли решение о замене. Мне помогли подняться. Я закинул руки на плечи медиков и поковылял прямиком в раздевалку. Хорошо, что за этот фол датчанин получил прямую красную. Теперь моей команде будет немного полегче.
В раздевалке мне помогли снять футболку, и я подвергся более детальному осмотру врачей. На боку был огромный синяк. Меня уложили на противоположный бок и приложили к синяку большую упаковку со льдом. Минут через пять открылась дверь, и вошёл легендарный Дэвид Бекхэм.
— Ну, как ты, герой? Уделал ты нас сегодня.
— Терпимо. Жить буду, — я осторожно присел и убрал лёд, открывая его взгляду гематому. — А что, матч уже закончился?
— Нет, — махнул рукой англичанин. — Меня удалили за две жёлтые. Представляешь, в течение одной минуты их получил. Отличная была игра. Давно я не испытывал такого азарта. Держи, — он снял свою футболку. — Приятно было с тобой познакомиться, Танке. Маркер есть? Подпись свою поставлю. А ты мне распишись. У меня старший сын футболки коллекционирует. Думаю, что от твоей футболки он будет в полном восторге.
Тут же нашёлся маркер. Я поставил закорючку на своей майке и отдал её Дэвиду. Англичанин подержал её в руках и растянул губы в улыбке.
— Если писаки пронюхают, то решат, что мы фанаты друг друга.
И мы дружно хмыкнули этой шутке. В этот момент вошли ликующие одноклубники и тренеры.
— Всё-таки мы не смогли спасти матч, — сам себе сказал Бекхэм. Затем похлопал меня по коленке и продолжил: — Ладно, Алекс, мне пора сваливать из вашей раздевалки. Рад был знакомству. Пока. Англичанин закинул мою футболку на плечо и направился на выход.
