И вот, они, наконец, разоблачены. Но в какой {16} романтической обстановке. По одной версии — женщина похитила документы, которые через Сухотина были переданы Нилусу. Почему именно Сухотину и Нилусу? По другой версии — за заговорщиками наблюдал агент русской царской охраны, усилиями которого часть «Протоколов» была переписана, и копия попала опять таки к Нилусу. Всюду «dames voilées», — все так вычурно, нелепо, бессмысленно запутано.
В этой среде изобличаемых и изобличителей все задрапировано для взоров критики. Здесь выступают лишь анонимы, псевдонимы, неизвестные лица, мертвецы и противоречащие друг другу варианты. Истина блокируется замаскированными и фантастическими персонажами. Истину душат привидения абсурдных фактов. Ложь выступает в личине комизма.
Идея заговора ради достижения всемирного господства, его целей, его средств, его методов, вся до того пропитана логикою безумия, что она могла родиться лишь как продукт фантазии легкомысленного подделывателя.
Сионские мудрецы путем золота восстают против власти золота, чтобы основать новое царство золота. Путем анархии они стремятся достигнуть для себя прочной власти. Воздействием демагогии на массы они хотят создать дисциплину масс. Разрушительною пропагандою неверия они думают подготовить торжество своей истинной религии.
Но почему разрушение не может быть длительным разрушением, за которым не следует никакое созидание? Глубокомысленные сионские мудрецы, если бы они действительно существовали, должны были бы, во всеоружии исторического опыта, взвесить все шансы и возможности успеха своего заговора. Социальная и политическая борьба может породить смуту, длящуюся десятилетия и столетия, без финала прочного правопорядка — хотя бы и под державою иудейского царя, о котором мечтают сионские {17} мудрецы.
Такова борьба классов между богатыми и бедными в древней Греции, которая длилась века (от VII до II–го века до Р. X.) и которая, в не прекращавшемся пароксизме античного «большевизма» сыграла существенную роль в эволюции, приведшей к гибели Греции. Политическая анархия, сопровождавшая разложение Западной Римской Империи, продолжалась века и привела к установление феодального строя. Социальная смута, возникшая в империи Сассанидов в V и VI веках под влиянием маздакизма — своего рода иранского большевизма — длилась несколько десятков лет и была побеждена террором, потопившим движение в океане крови.
Сионские мудрецы — если бы они существовали в действительности, а не в творчестве подделывателей — должны были бы считаться со страшным риском своего предприятия — для своего дела и иудаизма. Они должны были бы знать, что за революциею часто следует контрреволюция и торжество реакции и, стало быть, антисемитизма, наступление периода новых страданий для еврейства. Входит ли в план Сиона и культивирование антисемитизма?
Другая черта безумия, присущая сионскому заговорческому плану, заключается в том, что конспираторы разрушают все то, что они в сущности будут восстанавливать и укреплять после переворота. Их идеал есть идеал интегральной реакции.
Иудейский правитель, это — самодержавный монарх, восточный деспот, царь божество, фараон, или богдыхан. Страна — его собственность, и подданные — его рабы. Всякий след свободы в его царстве искоренен, и люди становятся автоматами, без воли, без мысли, без инициативы, пассивно повинующимися установленным властям. В его воображаемом сионском царстве установлены порядки, проникнутые духом «тоталитарного» черносотенства. Идеал сионских мудрецов — в известной степени лишь копия того, что установлено, в самодержавных монархиях, в полицейских государствах, в странах цезаризма, бонапартизма, новейших диктатур. «Протоколы» заключают в ceбе восхваление абсолютного деспотизма, династического правления, аристократических {18} привилегий. Они проникнуты презрением к народу и ненавистью ко всем завоеваниям демократии. Они прославляют русское самодержавие, папство и даже орден иезуитов.
Разве царь иудейский, помощник Божий и патриарх–папа, глава светской и церковной власти, не напоминает русского самодержца? Разве тайная охрана иудейского царя, рекомендуемая "Протоколами» — не копия же охраны русского самодержца? Разве аресты по первому подозрению, казни, террор, административные ссылки неблагонадежных и другие подобные меры, рекомендуемые «Протоколами», не были реальною практикою царского режима, равно как, с другой стороны, Третьей Империи во Франции в эпоху после–декабрьского переворота, а впоследствии и гитлеровского режима? («Протоколы» №.№ 15, 17, 18). Разве апология шпионства и доноса не напоминает реабилитации политически–сыскных дел мастерства, российскими теоретиками реакции? Идея приравнения политических преступлений к уголовным, формулированная как проект для ведения борьбы с крамолою при царе иудейском, давно была осуществлена в царской России при Дурново, в царствование Александра III («Протокол» № 19).
«Обезврежение университетов», проектируемое в «Протоколах», лишение их автономии, проект превращения профессоров в послушных начальству, чиновников, система обезличения студенчества и изменение программы преподавания все это было осуществлено в царской России, после отмены университетского устава либерального периода 60–х годов («Протокол» № 16). Tе меры обуздания или же развращения прессы, которые так усердно предлагаются в «Протоколах» (№ 12), в виде цензурного контроля, залогов, штрафов, закрытия органов печати и пр., практиковались самым беспощадным образом в самодержавной России.
Одним словом, самодержавная Россия и другие полицейские абсолютистские монархии были своего рода обетованными странами для Сионских мудрецов, а смысле совершившегося уже воплощения идеала и некоторых наиболее существенных стремлений, высказанных в «Протоколах». Не явное ли безумие со {19} стороны Сионских мудрецов — если бы таковые существовали, — из–за «царя Иудейского», так сказать, pour le roi de Prusse, подкапываться и разрушать устои этих стран, чтобы воссоздать их после успеха их заговора?
Объяснение всех этих противоречий, странностей и парадоксов очень, просто: «Сионские Протоколы» — подлог, и определенное содержание их является функциею психологии, понимания и способностей подделывателей. Авторы подлога — реакционеры, они действовали для целей реакции. Черносотенный идеал им был близок, знаком и ясен. Не обладая ни знаниями, ни талантом, они не были в состоянии наделить в сфабрикованных ими «Протоколах» инсценированных ими «Сионских мудрецов» каким либо противоположным, но цельным органическим идеалом. Кругозор подделывателей был исключительно черносотенный. Они и приписали чудовищам от Сиона черносотенную программу, механически соединив ее с ненавистью к «гоям» и с замыслом о «Царе Иудейском». Речь идет как бы только о борьбе, соперничестве из–за главенства между двумя реакциями. Отсюда вся безумная нескладность заговора и программы Сионских мудрецов.
Мало того, подделыватели, без всякого научного багажа и без теоретической подготовки, не в состоянии были дать толковое, хоть по видимости самостоятельное обоснование своего миросозерцания реакции. Они вынуждены были копировать.
Подлог черпал свои рессурсы из плагиата
Когда авторы «Сионских Протоколов» говорят о нескольких фазах, через которые проходит существование каждой республики, а именно — чередование демагогии, анархии и деспотизма («Протокол» № 14), — то мы вспоминаем о законе смены состояний политического строя, формулированном, в виде закона циклов, Платоном, Аристотелем и Полибием. Подделыватели заимствовали соответственное рассуждение из старых учебников или популярных книжек и бесцеремонно нелепо приспособили его для своей цели.
{20} Когда авторы «Протоколов» вкладывают в уста «Сионских мудрецов», изречения вроде того, что «право — в силе», что «цель оправдывает средства», что «политика ничего общего не имеет с моралью», что злом побуждается добро, что в политике нет безнравственных средств борьбы («Протокол» № 1), или что «слово не должно согласоваться с действиями дипломата» («Протокол» № 7), — то мы вспоминаем о Макиавелли и его трактате «О монархе».
Все рассуждения Сионских мудрецов против принципов демократии и в пользу «абсолютизма Божиею милостью» является бесталанною передачею старых клише и избитых сентенций теоретиков реакции в эпоху Реставрации — традиционалистов и теократов.
В некоторых случаях подделыватели не брезгали для своей цели мыслями и взглядами, высказывавшимися и в социалистической литературе. Такова, например, тирада о том, что свободы не имеют никакого значения для несчастного пролетария («Протокол» № 3) или что монополия, концентрация богатств, спекуляция и общий экономический кризис повлекут за собою революцию («Протокол» № 3 и № 6). Когда Сионские мудрецы предполагают ввести, вместо золотой валюты, «валюту стоимости рабочей силы, будь она бумажная или деревянная» («Протокол» № 20), то мы вспоминаем о проектах овенистов Грэя и Брея в Англии и Прудона во Франции.
