Отраслевые пропорции представляют собой соотношения удельных весов отдельных отраслей. По ним можно определить характер и тенденции отраслевых структурных сдвигов в экономике. Например, отчетливо себя проявила тенденция к сокращению удельного веса отраслей, производящих первичное сырье, т. е. сельского хозяйства и добывающей промышленности. Когда-то доля сельского хозяйства в ВНП (или ВВП) многих стран мира была не просто преобладающей: ее доля достигала 60–80 %. Ныне в развитых капиталистических странах она колеблется в пределах 2—10 %. Так, в ВНП США доля сельского хозяйства составляет менее 2 %, и при этом страна производит такой гигантский объем сельскохозяйственной продукции, который позволяет удовлетворять потребности не только 300 млн американцев, но и еще 100 млн человек за рубежом, поскольку США являются крупным экспортером этой продукции. Сокращается и доля добывающей промышленности. Сельское хозяйство и добывающая промышленность образуют так называемые первичные отрасли.
Вторичные отрасли – это обрабатывающая промышленность, электроэнергетика и строительство, использующие первичное сырье. Суммарная доля этих отраслей тоже снижается, но не так динамично, как доля отраслей первичного сектора. При этом растет лишь доля электроэнергетики. В целом же вторичный сектор в отраслевой структуре ВНП главных капиталистических стран занимает 20–35 %.
И наконец, оставшаяся часть отраслей приходится на третичный сектор, куда входят не только обычная сфера услуг, включая финансы, страхование, образование, культуру, науку, здравоохранение, деловые и иные услуги, но также транспорт, торговля, связь. Удельный вес этой группы отраслей имеет долговременную и устойчивую тенденцию к росту. В принципе потребности общества во многих видах услуг безграничны, тогда как его потребности в материальных благах всегда упираются в какие-то границы. Скажем, потребить те или иные пищевые продукты или приобрести те или иные виды одежды или обуви в безграничных количествах просто невозможно. Но удовлетворять всегда быстро растущие потребности людей в новых знаниях, открытиях или изобретениях можно безгранично. Размер доли третичного сектора напрямую связан с уровнем экономического развития страны. Недаром самые развитые страны мира имеют сегодня постиндустриальное общество, постиндустриальную экономику, а развивающиеся страны пребывают на индустриальном уровне экономического развития.
В свое время К. Маркс и Ф. Энгельс не придавали услугам серьезного значения. Они исходили из примата сферы материального производства, ошибочно полагая, что только она создает ВНП (в то время говорили лишь о национальном доходе), сфера услуг его не производит, а лишь потребляет. Жизнь показала, что зрелая рыночная экономика все больше становится экономикой услуг, а доля сферы материального производства постоянно сокращается.
Большой интерес представляет отраслевая структура промышленного производства развитых капиталистических стран. Здесь особую роль играют ключевые отрасли – машиностроение, химическая промышленность, электроэнергетика. На эти отрасли приходится порядка 50 % всего промышленного производства и 60 % капвложений в промышленность, и их доли обычно растут. Такие же традиционные отрасли промышленности, как легкая и пищевая, занимают, как правило, 15–25 % всего промышленного производства, и их доля обычно снижается. Но особое место в отраслевой структуре современной промышленности стран со зрелой рыночной экономикой занимают сегодня новые, нетрадиционные, высокотехнологичные отрасли, напрямую связанные с микроэлектроникой, компьютерной техникой, информатикой, биотехнологией и т. д., или отрасли так называемой новой экономики. Доля этих отраслей, образующих своего рода мостик к передовой структуре промышленного производства XXI в., все время растет.
Комплекс новых, высокотехнологичных отраслей играет ныне роль не только генератора формирования будущей структуры промышленного производства, но и своего рода локомотива всей экономики. В XIX и первой половине XX в. на структурные сдвиги в производстве решающим образом воздействовали одна-две ведущие отрасли – металлургия, электротехническая, автомобильная промышленность, что было обусловлено строительством железных дорог, массовой заменой ленточных приводов на электроприводы и т. п. Сегодня такую функцию выполняет комплекс новых, высокотехнологичных отраслей, выпуск продукции которых растет в несколько раз быстрее, чем продукции традиционных отраслей.
В то же время нельзя недооценивать процессы реконструкции и модернизации традиционных отраслей промышленности, где с применением высоких технологий также происходит процесс их адаптации к новым условиям.
В целом же в процессе отраслевой структурной перестройки достигается относительная структурная сбалансированность всей экономики, т. е. адекватность уровней экономического развития разных отраслей, уровней управления и организации производства в них. Усиливается взаимозависимость и подогнанность друг к другу различных отраслей, секторов и сфер в экономике развитых капиталистических стран. При этом сокращение того или иного производства далеко не всегда означает «хуже», равно как и его рост не всегда означает «лучше». Сокращение или даже ликвидация устаревшего, нерентабельного производства служит лишь повышению эффективности экономики, и, наоборот, увеличение выпуска неперспективных изделий играет отрицательную роль, которая со временем элиминируется действием рыночного механизма.
1.4. Воспроизводственные пропорции
Изменение отраслевой структуры экономики происходит под влиянием долговременных тенденций, проявлявшихся в течение всего послевоенного периода. Динамика же воспроизводственной структуры экономики главных капиталистических стран отличается в ряде случаев существенными изменениями по сравнению с прошлым.
Воспроизводственные пропорции в экономике представляют собой соотношения разных частей ВНП и факторов экономического роста. Это соотношения между накоплением и потреблением, фондом оплаты труда и ВНП, материальными затратами и ВНП, основным капиталом и ВНП, а также между двумя подразделениями общественного производства.
Рассмотрим каждую из этих пропорций в отдельности.
Пропорция между накоплением и потреблением обычно определяется долей фонда капиталовложений в ВНП. В США она составляет порядка 17–18 %, все остальное – это личное и государственное потребление. В советские времена считалось, что чем выше доля (норма) капвложений, тем выше темпы экономического роста. Но жизнь показала, что прямой зависимости здесь не просматривается. В Японии норма капиталовложений намного выше, чем в США. В 50—70-х годах
XX в. она росла беспрецедентными темпами и достигла 37–38 %, вдвое превысив уровень США. Правда, и темпы роста ВНП в Японии (11 % в год) были в несколько раз выше, чем в США. Затем темпы роста ВНП и норма капвложений в Японии стали снижаться. И в последние годы темпы роста производства в Японии ниже, чем в США, а норма капиталовложений выше. Страны Западной Европы занимают среднюю позицию: здесь норма капвложений составляет 20–28 %, да и темпы роста ВНП за длительный период были ниже, чем в США.
Важно рассмотреть «поведение» этой пропорции в США в исторически долгосрочном аспекте. Исследования показали, что в конце XIX в. норма капвложений в США превышала 22 % и затем снижалась. Сокращались и темпы роста ВНП, переходя от экстенсивного к интенсивному типу. Однако все это происходило на базе повышения эффективности капиталовложений, т. е. накопления, что заметно отличалось от Японии, где темпы роста ВНП в 1990-хгодах сократились до 1 % в год, а норма капвложений снизилась в значительно меньшей степени. Еще более США отличаются в этом отношении от бывшего СССР, где была достигнута чуть ли не рекордная в мире норма капвложений, а темпы экономического роста постепенно скатились до нуля. Как видим, США имеют одну из наиболее эффективных в мире пропорций между потреблением и накоплением.
К пропорции между потреблением и накоплением примыкает вторая важная воспроизводственная пропорция – доля фонда оплаты труда в ВНП (трудоемкость). Этот показатель заметно повысился во всех развитых капиталистические странах за многие последние десятилетия. В США, например, в 1929 г. доля фонда оплаты труда в ВНП составляла менее 60 %, в настоящее время – около 80 % (в бывшем СССР и в современной России – менее 50 %). Сказанное полностью опровергает известную марксистскую «теорию» абсолютного и относительного обнищания рабочего класса. На деле уровень жизни рабочего класса повышается практически со второй половины XIX в. в результате роста производительности труда и эффективности общественного производства, увеличения стоимости рабочей силы в связи с повышением ее квалификации, сложности самого труда и, конечно, НТП.
