17. Брат спросил старца: какое бы мне делать доброе дело и жить с ним? Старец отвечал: Бог знает, что добро. - Я слышал, что некто из отцев спрашивал великого авву Нистероя, друга аввы Антония: какое бы доброе дело делать мне? Авва отвечал ему: не все ли дела равны? Писание говорит: Авраам был страннолюбив, - и Бог был с ним; Давид был кроток, - и Бог был с ним. Итак смотри: чего желает по Богу душа твоя, то и делай и блюди сердце твое.
18. Авва Пимен говорил об авве Нистерое Великом: как медный змий в пустыне исцелял всякого, кто посмотрит на него; таков был и сей старец: он имел всякую добродетель, и молча врачевал всех.
19. Сказал еще: Бог дал Израильтянам закон - воздерживаться от противоестественного, то есть, от гнева, ярости, зависти, ненависти, клеветы на брата, и прочего, что принадлежит ветхому человеку.
20. Авва Пимен сказал: хранение самого себя, внимание к самому себе и разсуждение, - вот три добродетели, путеводительницы души.
21. Его же брат спросил: как должно жить человеку? Старец отвечал: посмотрим на Даниила: не нашлось на него инаго обвинения, как только в служении Богу его.
22. Еще сказал авва Пимен: нищета, скорбь и разсуждение, - вот работные орудия монашеской жизни. Ибо сказано в Писании: аще будут сии трие мужи: Ное, и Даниил, и Иов... (Иезек. 14, 14). Ной изображает собою нестяжательность, Иов - терпение, Даниил - разсудительный суд. Если сии три добродетели есть в человеке, то Бог обитает в нем.
23. Еще сказал авва Пимен: если монах возненавидит две вещи, то может быть свободен от мира. Брат спросил его: какие? Плотоугодие и тщеславие, - отвечал старец.
24. Рассказывали об авве Памво, что он, приближаясь к смерти, в самый час кончины своей говорил предстоящим ему святым отцам: с того времени, как пришел я в эту пустыню, построил себе келью и поселился в ней, не помню, чтобы когда-либо ел я иной хлеб, кроме приобретенного руками моими, и никогда не раскаивался в словах, которые говорил я когда-либо, даже до сего часа. А теперь отхожу к Богу, как бы еще не начинал служить Ему.
25. Авва Сисой говорил: будь смиренным, отвергайся своей воли, не имей земных попечений, - и обрящешь покой (Матф. 11, 29).
26. Авва Хома, приближаясь к смерти, сказал детям своим: не живите с еретиками; не знакомтесь с людьми знаменитыми; не простирайте рук ваших, чтобы собирать, но охотнее простирайте их, чтобы раздавать.
27. Брат спросил старца: каким образом рождается в душе страх Божий? Старец отвечал: если человек имеет смирение, нестяжание и никого не осуждает, то рождается в нем страх Божий.
28. Старец сказал: страх, смирение, воздержание от пищи и печаль - да будут с вами.
29. Старец сказал: что сам ненавидишь, того не делай другому. Если ты не любишь, когда на тебя клевещут, то и сам ни на кого не клевещи; если ты не любишь, когда тебя поносят, то и сам никого не поноси; если не любишь, когда тебя унижают, обижают, похищают твою собственность, и другое подобное причиняют тебе, то и ты никому сего не делай. Кто может сохранить это слово, тому оно достаточно ко спасению.
30. Старец сказал: вот основания жизни монашеской: труд, послушание, заботливость, неосуждение, неоклеветание и нероптание. Ибо в Писании сказано: любящии Господа ненавидите злая (Пс. 96, 10). Жизнь монаха должна состоять в том, чтобы не нападать ни на кого, не обижать, не смотреть глазами на злое, не любопытствовать, не слушать чужих речей, не похищать руками, но лучше отдавать, не превозноситься в сердце своем, не пресыщать чрева своего, но во всем поступать с разсуждением. Вот в чем должна состоять жизнь монаха!
31. Старец сказал: кто не принимает каждого, как брата, но различает (одного от другого), тот несовершенен.
32. Старец сказал: моли Бога, чтобы Он даровал сердцу твоему скорбь и смирение, наблюдай постоянно за грехами своими, и не осуждай других, но считай себя ниже всех; не имей дружбы с женою, ни с отроком, ни с еретиками. Удали от себя страсть говорить, обуздай твой язык и чрево, и воздерживайся от вина. Если ктот будет разсуждать с тобою о каком-либо предмете, не спорь с ним. Если кто говорит хорошо, говори: "да!" Если кто говорит худо, говори: "ты сам знаешь, что говоришь", и не спорь с ним о том, что сказал он, - и тогда умирится помысл твой.
33. Брат спросил одного старца: в чем должна состоять жизнь монаха? Старец отвечал: в том, чтобы иметь уста истинныя, тело святое, сердце чистое, помысл не блуждающий по предметам мира, псалмопение с сокрушением; в том, чтобы пребывать в молчании, и ни о чем другом не думать, как только о чаянии Господа.
34. Старец сказал: будем мы заботиться о кротости, злострадании, долготерпении и любви. В этом состоит монашество.
35. Еще сказал: назначение христианина - подражать Христу.
Глава 2. О том, что со всем старанием должно искать безмолвия
1. Авва Антоний говорил: как рыба, находясь долго на суше, умирает, так и монахи, находясь долго вне кельи, или пребывая с мирскими людьми, делаются неспосбными к подвигу безмолвия. Посему, как рыбе необходимо пребывать в воде, так и мы должны пребывать в келье, дабы оставаясь в оной, не забыть о внутреннем бдении.
2. Он еще говорил: кто живет в пустыне и в безмолвии, тот свободен от трех искушений: от искушения слуха, языка и взора; одно только у него искушение - в сердце.
3. Авва Арсений, еще находясь при царском дворе, молился Богу, говоря: Господи! научи меня, как спастись. И был к нему глас, говорящий: "Арсений! бегай от людей, - и спасешься".
4. Удалившись в монастырь, он опять молился Богу теми же словами, и услышал глас, говорящий ему: "Арсений! бегай, молчи, пребывай в уединении. Ибо в этом - корни безгрешности".
5. Авва Марк сказал авве Арсению: почему ты бегаешь от нас? Старец отвечал ему: Бог видит, что я люблю вас, но не могу быть вместе и с Богом и с людьми. На небе тысячи и мириады имеют одну волю, а у людей - воли различны. Поэтому я не могу оставить Бога, и быть с людьми.
6. Однажды блаженный Феофил архиепископ с каким-то начальником пришел к авве Арсению и спросил старца, желая слышать от него слово. Старец, немного помолчав, говорит им в ответ: исполните ли, что скажу вам? Они обещались исполнить. Тогда старец сказал им: если где услышите об Арсении, не ходите к нему.
7. В другой раз архиепископ, желая придти к старцу, послал наперед узнать, отворит ли он ему дверь? Старец отвечал ему так: если придешь, отворю тебе дверь; но если для тебя отворю, то и для всех отворю, - и тогда уже не останусь здесь. Архиепископ, услышав это, сказал: если я своим приходом прогоню его, то лучше мне не ходить к святому.
8. Авва Арсений пришел некогда в одно место, где рос тростник и колебался от ветра. Старец сказал братии: что это за шум? Братия говорят ему: это шумит тростник. Старец сказал им: подлинно, если кто пребывает в безмолвии и услышит голос воробья, то сердце его не может сохранить прежнего состояния; тем более трудно сохранить его вам, слыша шум сего тростника.
9. Сказывали, что келья его (аввы Арсения) отстояла от общежития на две мили. Он редко выходил из нее; потому что другие прислуживали ему. Когда же Скит был опустошен, он вышел из кельи со слезами и сказал: мир потерял Рим, а монахи - Скит.
10. Некогда, во время пребывания аввы Арсения в Канопе, одна весьма богатая и богобоязненная девица, сенаторского рода, пришла из Рима видеть его. Архиепископ Феофил принял ее. Она просила архиепископа убедить старца, чтобы он допустил ее к себе. Архиепископ пошел к авве Арсению и сказал ему: одна девица, сенаторского рода, пришла к тебе из Рима и желает видеть тебя. Но старец не хотел даже и встретиться с нею. Когда сказали об этом девице, она приказывает запрячь волов, говоря: я верую в Бога, что увижу старца; ибо я пришла видеть не человека. Людей знатных много и у нас в городе, но я пришла видеть пророков. Когда она достигла кельи старца, случилось, по устроению Божию, быть ему вне кельи. Увидев старца, девица пала к ногам его. Он поднял ее с гневом и обратившись к ней, сказал: если хочешь видеть лицо мое, то вот, смотри. Девица от стыда не осмелилась взглянуть на лицо его. Старец говорит ей: если ты слышала о делах моих, то на них должно смотреть. Как ты решилась выйти из дома и плыть так далеко? Разве не знаешь, что ты девица, и что тебе никуда не должно выходить? Или ты для того пришла, чтобы по возвращении в Рим, сказать другим женщинам: я видела Арсения? - и море сделается путем женщин, идущих ко мне. Девица отвечала: если Богу будет угодно, и я возвращусь (в Рим), то не допущу ни одну женщину прийти сюда. Но ты помолись о мне и поминай меня всегда. Старец в ответ сказал ей: молюсь Богу, чтобы Он изгладил из сердца моего память о тебе. Услышав сие, она пошла в смущении, и, по возвращении в город, от печали впала в горячку. О болезни ее известили архиепископа. Он пришел к ней и просил ее сказать, что с нею случилось? Девица отвечала: лучше бы мне никогда не приходить сюда; я сказала старцу: поминай меня, а он отвечал: молюсь богу, чтобы изгладилась из сердца моего память о тебе, - и вот я умираю от печали. Архиепископ сказал ей: или не знаешь, что ты женщина, и что чрез женщин враг воюет на святых? Потому так и отвечал тебе старец; а о душе твоей он будет всегда молиться. Таким образом успокоилась девица в мыслях и с радостью отправилась в отечество.
