общаги и понёсся по коридору к своей комнатке, внезапно налетев на очнувшегося жирного Пака, выходящего из своей каморки с окровавленым лицом и ножом в руках.
— Убью! — взревел толстяк и занёс над головой нож, когда пацан отскочил от его пуза и грохнулся задом на пол.
— Скорее! — воскликнул Здец, напоминая о своём присутствии и выводя Грина из оцепенения.
Перепуганный до смерти парень коснулся заветных часов и передал контроль над телом.
В тот же миг, Здец, не вставая с пола, резко распрямил ногу и врезал жирдяю по яйцам, заставляя того взвыть и согнуться пополам, роняя нож. Тощая рука Грина, под управлением иномирца пойпала нож в воздухе, а тело выполнило обратный перекат и встало на ноги.
Подшагнув к согнутому и скулящему Паку, Здец от души пнул того по лицу, отчего толстяк разогнулся и развернулся на пол оборота, влепившись лицом в стену. Рука Грина ловко крутанула заточенный столовый нож между пальцев и без замаха воткнула его в мясистую ягодицу по самую рукоять.
Скулёж перерос в жуткий вой и Пак ухватился за ручку ножа, стараясь вытащить, но гладкая, окровавленная сталь каждый раз выскальзывала из ладони, принося дополнительные страдания.
— Стой тут и жди! — бросил на ходу Здец пухляшу и побежал на улицу.
— Ты куда? — задал дебильный вопрос ошалевший от этих событий Грин.
Но ответом его не удостоили. Иномирец слишком долго болтался в безвременьи и соскучился по простым человеческим радостям. Запыхавшийся тощий Здец в теле Грина ворвался в кабинет целительницы. На его счастье Милиона ещё не закончила, лишь приоткрыла один глаз и скривилась при виде потного юноши.
— Выйди… — слегка вздрагивая прошептала она. — Убью…
— Ох, простите, — прыщавый подросток слегка поклонился и как-то незаметно приблизился, сделав шаг, продолжая говорить вполголоса и держа лёгкую полуулыбку на лице: — Мне показалось тут не обойтись без крепких мужских рук.
Милиона сама не поняла как позволила дотронутся до себя этому мерзкому безродному, но было что-то такое в его голосе, движениях, что худая рука подростка беспрепятственно легла на её левое бедро, медленно продвигаясь к кружевному белью, а другая едва ощутимо скользнула по плечу, а оттуда на затылок, зарываясь в длинные и густые, роскошные каштановые волосы.
Левая рука Грина, пока он наблюдал за всем затаив дыхание, приподняла одним пальцем кружевное бельё и оно вдруг перегорело в месте касания, испустив лёгкий дымок. Худая правая ладонь неожиданно властно схватила женщину за волосы, отводя голову назад и тут же губы юноши коснулись открытой шеи, медленно смещаясь к левой мочке уха.
Целительница замерла, чувствуя приятную истому от возбуждения и ожидания продолжения, но странный парень не спешил, а всё дразнил, касаясь её тела нежными пальцами и губами, а она не смела противиться и лишь покорно ожидала, наслаждаясь каждым мигом ласк, несмотря на перевозбуждение и текущие по ногам соки от затянувшегося оргазма, вызванного одними лишь прикосновениями.
Он прикусил мочку её уха и наконец коснулся груди, вызвав внутри неё настоящую бурю. Она жаждала накинутся на него и поглотить целиком, заставить делать с ней всё что угодно день и ночь, но не смела, лишь вздрогнула, когда почувствовала его между своих бёдер, но он всё медлил, заставляя её тихо скулить и прижиматься к нему сильнее.
— Маловат смычок для такой скрипки… — с досадой произнёс Здец, внутри головы Грина. — Будем брать мастерством!
Глава 2
— Сделал дело, прикрой тело! — удовлетворённо улыбнулся юноша, срывая занавеску с единственного окна и накрывая ей обнажённую и потную целительницу. Она с улыбкой на лице спала на небольшом столе, свернувшись калачиком после короткого, трехчасового секс марафона. Сперва он хотел перенести её на кушетку, но понял, что хлипкое тело пацана попросту не поднимет эту крутобёдрую развратницу и оставил всё как есть. — Чё молчишь, задрот?
— Как можно заниматься этим так долго?! — всё таки отозвался поражённый до глубины души Грин.
— Тю, всего то три часика… Ещё скажи, что тебе не понравилось! — хохотнул в полный голос Здец, покидая кабинет и выходя на вечернюю зелёную лужайку в чём мать родила. — Кстати о времени! Моё вышло…
К парню вернулась возможность управлять своим измученным непривычной физической нагрузкой телом и первое, что он сделал – поднёс к глазам распухший и почерневший средний палец:
— Забыли…
— Шо? — зевнул Здец, который, по ощущениям Грина, будто бы устраивался на ночлег где-то на краю сознания. — А-а, это… На.
Без каких либо спецэффектов и возмущений в энергетических потоках палец мгновенно обрёл прежний вид и перестал мучать хозяина тупой, ноющей болью.
— А зачем мы тогда ходили к лекарю?! — вопросил впавший в ступор парень, но ответом ему был громкий храп.
Поёжившись от налетевшего ветерка, Грин Моль побрёл в общежитие, отчаянно зевая на ходу и мечтая принять горизонтальное положение. Завтра утром занятия, а он понятия не имел, как будет оправдываться за отсутствующую форму, сожжённую демоном, не пожелавшим раздеваться как нормальные люди. Обугленную ещё можно было как то оправдать, но отсутствующую...
Однако, гораздо страшнее этого было то, что они сделали с почтенной Милионой, дочерью старшего преподавателя боевой магии третьего курса и по совместительству брата директора академии, входящих в один из десятка самых богатых родов. Ей было около тридцати и медиком здесь она работала исключительно в качестве наказания, но за что именно, Грин не знал.
Идти босиком через лес было сущим мучением – проклятый Здец даже обувь сжёг…
Вот и общежитие. Из-за многочисленных дверей раздаётся храп хлебнувших за день ребят, а вот и его каморка! Но внутри Грина поджидал омерзительный сюрприз — посреди кровати лежала огромная куча дерьма, в неё был воткнут столовый нож, а всё остальное было перемазано кровью. Сомнений, что это работа Пака, не возникало, однако спать в такой обстановке было решительно невозможно и парень решил только забрать комплект чистой одежды выходного дня.
Открыв обшарпанный шкаф он скривился – оттуда разило мочой, но на злость сил не было совсем и проклиная своё решение связаться с демоном, он полез на чердак общежития. Тут сваливали ненужноё тряпьё и хлам, но воняло оно не так сильно как моча жирдяя и, выбрав кое-что почище, он соорудил себе гнездо, где и вырубился под недовольный писк крыс.
***
— Проснись и пой, салага! — радостный голос Здеца разбудил Грина и
