он коснулся меня, боль исчезла, и я осталась бездыханной и совершенно обезумевшей.
— Отпусти меня! — Потребовала я, когда он перекинул меня через плечо, как пещерный человек. Ни один парень никогда не держал меня так… как будто я, блядь, ничего не весила. Насколько сильным был этот парень?
Он пошевелился, и наши обнаженные участки кожи соприкоснулись, когда что-то темное и мощное открылось в моей груди, тепло распространилось по мне. Он опустил меня на землю, а затем смотрел на меня много долгих мгновений. Он был викингом или типа того? Потому что он никак не мог быть обычным чуваком из здешних мест.
Ни за что на свете.
— Интересно, — размышлял он вслух, уставившись на мою грудь, как будто ожидал, что из нее что-нибудь выскочит.
Его голова придвинулась ближе к моей, когда его хватка вокруг моей талии усилилась. — Есть только один способ выяснить, — прошептал он.
Потом он сбросил меня со скалы.
Еще один крик вырвался из меня, когда я плыла по воздуху, боль вернулась, пронзив меня насквозь, вместе со страхом, что я вот-вот умру.
#FML
Прежде чем у меня было слишком много времени, чтобы предвидеть свою кончину, мое падение начало замедляться, и, как будто я была привязана к большому эластичному шнуру, меня подбросило обратно вверх, почти приземлившись на разъяренного гиганта, который только что пытался убить меня.
Ублюдок!
Он поймал меня одной рукой, его голова была наклонена, как будто он наблюдал за мной. Или за жуком. Именно так я бы посмотрела на жука, который был у меня в руке.
— Между нами долг жизни, — сказал он, и тяжелый, сиплый оттенок его голоса придал этим словам дополнительный ужас. — Мы связаны…
Тяжело сглотнув, я покачала головой.
— Послушай, я сожалею о том, что здесь происходит, но, пожалуйста, не сбрасывай меня снова со скалы. — Я разговаривала с ним как с большим гребаным тупицей, которым он и был, используя низкий, спокойный голос и лаконичные слова. — Мне всего двадцать один. Я почти ничего не сделала в своей жизни. У меня даже нет десяти тысяч подписчиков на the ‘Gram. Я добровольно убираю пластик с пляжа и делаю пожертвования в фонд спасения китов. Я в значительной степени хороший человек. Мне нужно жить!
Я болтала, когда была пьяна и напугана, и большинству людей показалось бы мелким, что я не могу умереть, пока не наберу больше подписчиков в социальных сетях, но правда была в том, что я поставила перед собой несколько целей и, блядь, не собиралась умирать, пока их не достигну. Мне не суждено было вечно быть официанткой. Я просто не могла быть…
Будь проклятой странный пещерным великаном.
Он только хмыкнул, как будто ему было наплевать на то, что я только что сказала.
— Я не могу поверить, что ты пытался убить меня, — медленно произнесла я, прежде чем сильно толкнуть его в грудь, пытаясь освободиться от его хватки. — Отпусти меня, ты… убийца.
Он казался застигнутым врасплох, когда разжал объятия, позволяя мне упасть на пол.
— Ой! — Я потерла свою задницу. Ублюдок был слишком высоким, чтобы вот так сбрасывать людей.
— Я проверял теорию, и теперь мы знаем. — Он пожал плечами, как будто его маленький тест по теории не включал в себя только то, что он чуть не убил меня. — Поверь мне, я не хочу быть связанным с тобой. Мне не нужны никакие осложнения в моей жизни теперь, когда я больше не заключен в тюрьму.
Простите, он только что сказал в тюрьме?
#ГорячийУбийца
Это объясняло, почему он только что сбросил меня со скалы, проверяя свою теорию. Вероятно, он был заключен в тюрьму за убийство.
Я встала во весь свой пятифутовый шестой рост и выпятила грудь.
— Послушай, приятель, я не знаю, откуда ты, но когда люди беспокоят нас здесь, на Земле, мы не просто убиваем их! В основном. Мы думаем об этом, но не доводим дело до конца. #Уточняю
Он нахмурился. — Я не был на Земле целую вечность, но ты уверена, что это правильно?
О Боже. Лучше бы Мэтт облил меня кислотой, иначе я думаю, что схожу с ума.
Одним быстрым движением он протянул руку и схватил мою кровоточащую руку, поднеся ее к своему носу и принюхиваясь.
— Понятно, — прорычал он, притягивая меня ближе к себе, и одной рукой поднял меня и перекинул через плечо, как девицу в беде.
— Что ты делаешь? — Я кричала, брыкаясь и визжа. — Что ты видишь?
Что он увидел? Было ли что-то в моей крови? Этот отпечаток руки, казалось, послужил катализатором к открытию… стены.
Он направился ко входу в пещеру.
— Теперь, когда я свободен, моя семья будет искать меня. Нам нужно спрятаться, пока мои силы не вернутся.
О, здорово. Я, черт возьми, выпустила из тюрьмы какого то психопата-убийцу с семейными проблемами. И он думал, что у него есть способности. Зачем мне нужно было карабкаться на этот утес?
— Эй, чувак, какого хрена? — Голос Мэтта внезапно разнесся по пещере.
Гора, несущая меня, зарычала, и я повернула голову, чтобы посмотреть на группу ошеломленных лиц. Мои друзья достигли входа в пещеру. Друзья, которые, должно быть, занимались скалолазанием и пропустили, как я вылетела из пещеры, а затем вернулась в нее. #Спасибо, черт возьми
Друзья, которые теперь разинули рты при виде меня на плече этого гладиатора.
Думай быстро. Он, вероятно, убил бы их всех.
— Итак… Я подсыпала кислоту во все ваши напитки. Сюрприз! — Я закричала, когда чувак начал спускаться с горы со мной на плече.
— Что? — Шона посмотрела на свои руки, как будто ожидая, что они растают.
Я кивнула. — Ага! Этот парень ненастоящий. Позвони мне утром! — Каким-то образом мы уже были на земле, так что последняя часть прозвучала как крик.
— Отпусти меня, гигант! — Я ударила туда, где, по моему представлению, должна была находиться одна из его почек.
Он, казалось, не возражал, продолжая идти со мной через плечо, ориентируясь на дорогу.
— Где твоя лошадь? — спросил он, и я не смогла сдержаться и расхохоталась. Я была слишком пьяна для этого.
— Моя лошадь? Так. А теперь отпусти меня, пока меня не вырвало тебе на спину. Все начало закручиваться, и я внезапно почувствовала тошноту.
С ворчанием он поставил меня на ноги, а затем его лицо появилось в поле зрения. — Ты все еще живешь со своими родителями? Нам нужно поехать к тебе домой и перегруппироваться, пока я думаю, что делать.
Мои родители? Острый укол печали пронзил мою грудь. Будучи сиротой, я не
