передадут, а потом клялись, что передали. Но Чжу Баи так и не приходил. Го Хэн уже начал злиться, ведь ему обещали Чжу Баи, но не отдавали его. К тому же он был здесь чужаком, который не знал, чем может угрожать и на что договориться, чтобы Чжу Баи был тут. Все, что Го Хэн мог — это снова начать ходить не за неделю, как ему предсказывали, а раньше.
Го Хэн всегда был приспособленцем, тонко ощущающим перемены. Он понял — Чжу Баи либо не пускают к нему, либо он не идет сам. И если бы Го Хэн продолжал настаивать, то Чжу Баи срочно отправили бы куда-нибудь. То, что нет ничего страшного в том, чтобы им увидеться, он ощущал тоже, просто было какое-то непонятное ему препятствие. И Го Хэн сделал вид, что это не так уж и важно. Что он просто хотел увидеть друга, и раз тот слишком занят, то и ладно. Для этого требовалось очень много самообладания. На самом деле Го Хэну подчас было очень сложно улыбаться и говорить с людьми о своем здоровье, когда хотелось заломить им руку за спину и предложить: «Либо я тебе руку сломаю, либо приведешь сюда Чжу Баи».
Было много причин тренировать терпение. Во-первых, Тенг Фэй, оказавшийся тут главным, присматривал за ним. Похоже, Го Хэн этого мира был хорошим человеком, и, чтобы соответствовать здешнему образу, нужно было вести себя до тошноты вежливо. Он охотно верил, что в этом мире мог бы быть таким же предусмотрительным и вежливым. Что такого в этом мире? Все в достатке, разве что кроме туалетной бумаги. Все добры и уважительны, не приходится постоянно драться за свою жизнь и ресурсы.
Тем ценнее в его мире был вежливый и добрый Чжу Баи. Сначала Го Хэну казалось, что так как тот не блистал физической силой, то просто пытался выскользнуть из щекотливых ситуаций за счет своей вежливости и не нарываться. Но Чжу Баи нарывался. Он, мать его, так нарывался, что ни один реально сильный человек не сравнился бы. И это в мире, где кому-то с его комплекцией лучше было бы не высовываться! Чжу Баи лез в конфликты, потому что не мог пройти мимо людей в беде. В их мире такие, как он, не выживали, что и вышло — он умер еще до того, как ему исполнилось девятнадцать. Го Хэну было двадцать два, и он прожил бы, наверное, до чертовой старости, но он не жалел бы даже если бы умер окончательно. Тем более не жалел сейчас, оказавшись в мире снова с Чжу Баи. Надеялся только, что это не пьяный бред, и спустя несколько дней, накануне долгожданной встречи, он не очнется или не сдохнет окончательно.
На четвертый день после пробуждения Го Хэну помогли спуститься к выходу из здания, которое было местным госпиталем.
— Где мы живем обычно? — спросил он негромко у Тенг Фэя, который смотрел за его «выпиской». Тот махнул в сторону обрыва — где-то внизу были дома для учеников, как Го Хэну объясняли раньше. Парень не очень понимал, чему именно обучали в этой школе, но как он понял, чему-то вроде магии. Впрочем, это было для него сейчас и не важно. Он не знал, как сможет закрепиться в этом мире, но мысль о том, что он увидит Чжу Баи снова живым, сжирала полностью все его силы. В этот раз все будет по-другому. Чжу Баи по-прежнему будет его, но Го Хэн сделает это иначе, с учетом прошлых ошибок. И главное — не позволит ему умереть снова.
— Спасибо, — кивнул юноша и без спешки направился к спуску со скалы.
— Правое крыло, второй этаж, — добавил Тенг Фэй. Казалось, он успокоился за эти дни.
Го Хэн знал, что Чжу Баи должен жить где-то там же, так как они учатся у одного и того же учителя и являют собой что-то вроде команды. Ну а даже если Чжу Баи живет в другом месте — ничего страшного. Го Хэн найдет его там.
Люди здоровались с ним, кланяясь, а Го Хэн старательно зеркалил их жесты, кивал и приветствовал теми же высокопарными фразами, решив, что, если не будет выделяться, то сойдет за своего. Ему очень надо закрепиться в этом мире, чтобы его не выгнали обратно в свой. Лица у этих людей были как смутно знакомые, так и знакомые хорошо или совсем чужие. К знакомым Го Хэн обращался по имени. Некоторых из знакомых людей в его мире уже не было в живых, а тут вот… ходят, здороваются. У паренька внутри потеплело от этой мысли. Он убедился в главном — Чжу Баи должен быть здесь.
Го Хэн пошел быстрее, стараясь не переходить на бег: все здесь двигались как в райском саду — без спешки, несмотря на занятой вид. Но парню казалось, что заботы не причиняют этим людям беспокойства. Вообще на горе было довольно многолюдно, и каждые несколько метров Го Хэн на кого-то натыкался.
А вот деревянное здание общежития для учеников в три этажа, кажется, пустело. Го Хэна терзали сомнения, и он уже заранее думал, что ошибся, и Чжу Баи тут нет, но, чтобы убедиться в этом полностью, поднявшись на нужный этаж, нашел комнату, которую ему до этого описывали. Дверь оказалась открытой.
Это не было похоже на общежитие: три свернутых матраса на полу, но кроме того еще куча ненужных резных ширм и легких занавесок.
Напротив двери располагалось окно.
Го Хэн ощутил, как пересохло в горле. Он остановился в дверях.
Чжу Баи стоял у окна. Живой. Но не совсем такой, каким запомнил его Го Хэн: длинные волосы темно-каштанового цвета заплетены в неаккуратный высокий хвост, серебристый халат с узором из серых драконов. Но даже за всеми слоями ткани было видно, что комплекция у Чжу Баи не изменилась: небольшой (особенно для этого мира) рост, узкие плечи, и при этом лицо круглое, аккуратный нос. Полусидя на подоконнике, Чжу Баи смотрел на улицу, о чем-то размышляя. Он был таким же неспешным, как и весь этот мир, и возвращение Го Хэна заметил не сразу — настолько расслабился…
А когда увидел его — заметно вздрогнул и уставился с настороженностью. Решив, что его планов Чжу Баи пока знать не может, а значит и испугаться не должен, Го Хэн осмелел и направился к нему, с улыбкой говоря:
— Приветствую шиди. Ох и потрепало же меня. Я
