ЦАМО РФ в лице прежнего директора архива И.А. Пермякова и нынешнего – О.Д. Панкова, научному редактору монографии доктору исторических наук, профессору С.Н. Полтораку и рецензентам – доктору исторических наук, профессору В.Н. Хаустову и кандидату юридических наук, доценту О.В. Докучаеву.
Душевно благодарю доктора исторических наук, профессора Д.Н. Филипповых, доктора юридических наук, профессора С.В. Маликова, кандидата юридических наук, доцента А.А. Баракшина, кандидата исторических наук А.В. Мороза, а также А.Ю. Егорову, при участии которой подготовлены некоторые разделы книги.
Назвать поименно всех автор не в состоянии по простой причине – большого числа тех коллег, кто щедро поделился с ним своими материалами, помог советами и рекомендациями, выступил доброжелательным критиком.
Глава 1. Институты штрафных частей и заградительных отрядов на перекрестках мнений ревнителей исторических знаний
1.1. Советская историография
История института штрафных частей и заградительных отрядов в Красной армии – зримый пример т. н. «белых пятен», потребность в стирании которых общество стало ощущать по мере либерализации политического режима в СССР во второй половине 1980-х гг. У науки своя логика развития, и темпы прорыва к новому знанию далеко не всегда совпадают со скоростью перемен политического характера. Так произошло и в случае с освещением истории штрафных частей и заградительных отрядов периода Великой Отечественной войны. Из разряда наименее изученных эта тема выходила медленно и постепенно.
Даже сам приказ наркома обороны СССР И.В. Сталина № 227 от 28 июля 1942 г., в соответствии с которым были учреждены такого рода воинские части, хотя и не был секретным и содержал лишь гриф «Без публикации», стал известен широкому читателю только в 1988 г.[5]
Генезис научных представлений о сущности и истории института штрафных и заградительных формирований РККА правомерно отнести к послевоенному периоду. Следует сразу оговориться, что проблема по самой своей сути носила междисциплинарный характер, будучи на стыке как минимум двух наук – исторической и юридической. В силу действовавших запретов, воспрещавших обнародование каких-либо сведений о такого рода воинских частях[6], известное преимущество с самого начала объективно принадлежало правоведам, оперировавшим более отвлеченными, чем у историков, понятиями и могущим обходиться без анализа правоприменительной практики в открытой печати.
В период войны и сразу по ее окончании вышли в свет монографии и учебные пособия Н.В. Васильева, С.А. Голунского, М.М. Исаева, Д.С. Карева, В.Д. Меньшагина, М.Я. Савицкого, М.С. Строговича, Б.С. Утевского, В.М. Чхиквадзе[7]. Правовые аспекты функционирования института штрафных частей и заградительных отрядов в РККА в них специально не рассматривались, но обращение авторов к более общим проблемам – развития государства и права в СССР в военные годы, кодификации норм военно-уголовного права, специфики преступлений военного времени против обороны СССР, деятельности военно-судебных и прокурорских органов по пресечению уголовных и воинских преступлений – создавало предпосылки для последующей разработки «штрафной» проблематики.
Ход Великой Отечественной войны дал богатый материал для обобщений в области советского уголовного законодательства о воинских преступлениях и преступлениях военного времени. Родилась идея о необходимости реформы действующего военно-уголовного законодательства и создания в связи с этим Военно-уголовного кодекса СССР. Начальник Военно-юридической академии Вооруженных сил СССР профессор В.М. Чхиквадзе не только обосновал эту идею и разработал проект ВУК, но и предпринял попытку конструирования самостоятельной Общей части по воинским преступлениям и обособления ее институтов от Общей части единого уголовного права[8].
Касаясь назначения штрафных или дисциплинарных частей, ученый предложил включить принудительное направление туда военнослужащих («содержание») в перечень специальных воинских наказаний (наряду с заключением в крепости или военной тюрьме, лишением воинского звания, понижением в звании до рядового и др.), который считал необходимым изложить в главе о наказаниях, применяемых к военнослужащим, в Общей части ВУК[9]. Правда, попытки создания самостоятельного Военно-уголовного кодекса СССР вызвали возражения других правоведов как принципиально неверные, исходящие из предположения В.М. Чхиквадзе о наличии специфических особенностей, существенных различий в уголовном и военно-уголовном праве, каковых в действительности, по мнению его оппонентов, не существовало[10].
В течение 1950–1960-х гг. тематика, связанная с функционированием штрафных частей, не вызывала у большинства ученых-правоведов сколько-нибудь заметного интереса. Эти части были с окончанием войны расформированы, и внимание исследователей переключилось на те проблемы историко-правовой науки, которые под углом зрения господствовавшей в стране идеологии считались более актуальными.
Из немногочисленных публикаций, увидевших свет в тот период, обращает на себя внимание глубиной и основательностью при относительно небольшом объеме труд Б.П. Кравцова. В нем раскрыт широкий круг проблем – особенности военного законодательства военного времени, изменения, происшедшие в нем в период войны, особенности правового положения военнослужащих и военнообязанных, их ответственность по законам военного времени. При этом автор коснулся некоторых вопросов, связанных с наказанием военнослужащих за воинские преступления, в частности, полномочий военного командования как органа дознания, порядка проведения дознания, предания суду военного трибунала и применения отсрочки исполнения приговоров в отношении осужденных лиц с последующим направлением их на фронт в штрафные части[11].
Появившиеся в последующие годы труды Х.М. Ахметшина, Н.В. Васильева, А.Г. Горного, Г.И. Загорского, В.Н. Кудрявцева, С.С. Максимова, А.А. Тер-Акопова, В.И. Шанина и других исследователей отражали отход от жестких парадигм советского правосудия времен А.Я. Вышинского, в них шире раскрывались функции военных трибуналов как органов правосудия в Вооруженных силах СССР и порядок привлечения военнослужащих к уголовной ответственности. Анализ правовых основ функционирования штрафных частей и правового статуса воевавших в их составе военнослужащих переменного состава не являлся для этих авторов предметом специального исследования, тем не менее, фрагментарно в их работах, в отличие от трудов предшественников, присутствовал[12].
В этой связи заслуживают внимания труды, вышедшие соответственно к 40-летию и 70-летию военных трибуналов в Вооруженных силах СССР[13]. В них приводились примеры уголовных дел, завершавшихся приговором с последующим направлением военнослужащих рядового и офицерского состава в штрафные части, и соответствующая статистика, освещалась практика применения отсрочки исполнения приговора до окончания военных действий с направлением осужденных в штрафные части, анализировались некоторые приговоры, вызвавшие неоднозначную трактовку и потребовавшие опротестования со стороны военных трибуналов фронтов и флотов.
Нельзя вместе с тем не отметить, что оба эти труда, особенно вышедший в свет в 1958 г., избыточно несли на себе печать времени, идеализируя практику работы военных трибуналов. Последние нередко допускали ошибки, поспешность и необъективность в установлении степени вины ряда военнослужащих, что повлекло необоснованное направление последних в штрафные части. Конкретные факты на этот счет приведены и в настоящей книге.
С вступлением СССР в перестройку стали зримыми многие черты либерализации политического режима, прежде всего отказ директивных органов от прямых запретов, ранее заставлявших исследователей уходить от изучения острых
