ног и скользил руками по бедрам.
- Я знала, что ты вернешься, - сказала она ему.
- Я знал, что ты хочешь меня, - ответил он.
Она засмеялась и сказала:
- Не льсти себе.
Он улыбнулся. Затем он опустился вниз и начал лизать. По своим ощущениям она поняла, что нижняя часть бикини исчезла. Она посмотрела на себя сверху вниз. Верхняя часть тоже отсутствовала. Задыхаясь, она подняла руки и прикрыла грудь. Лизание прекратилось.
- Все в порядке, - сказал он. - Никто не смотрит.
Она сказала:
- Готова поспорить.
Он расстегнул пуговицу и сдвинул молнию вниз.
- Разве я бы это делал? - спросил он, - если бы у нас были зрители?
Он позволил обрезанным джинсам сползти до колен.
- О, Боже, - пробормотала Ким.
- Все для тебя, - сказал он.
Ее руки упали по бокам. Наклонившись, он целовал и облизывал ее груди. Он сосал их. Она стонала и извивалась. Затем она произнесла, задыхаясь:
- Нет, подожди.
Он поднял голову. Улыбнулся ей и облизал свои блестящие губы.
- Что? - спросил он.
- Я тебя даже не знаю.
Он ответил:
- Ничего страшного. Ты хочешь меня. Это все, что имеет значение.
Она покачала головой.
- Меня не волнует твое имя, - сказала она ему. - Но мне нужно тебя видеть. А ты - как будто прячешься от меня за этими дурацкими очками.
Он снова улыбнулся.
- Можешь их снять.
Подавшись вперед, он опустился на нее. Когда его горячее тело прижалось к ней, а его язык скользнул между ее губами, она протянула руку и подняла очки на лоб.
У него не было глаз.
Пустые глазницы. Темные, кровавые ямы.
Ким вскрикнула, оттолкнула его и, проснувшись, села прямо. Пот струился по ее телу. Она сидела, задыхаясь. Сон. Это был просто сон. Очень реальный.
Какое-то время просто замечательный. Но эти глаза!,
Да. Чьи глаза?
- Глаза мужчины, - пробормотала она. - Что со мной не так, если я воображаю что-то подобное?
Она откинулась назад, подперев голову онемевшими руками, и повернула голову, чтобы разработать мышцы шеи.
И увидела его.
Он вернулся.
Он лежал, растянувшись на песке, в нескольких футах от нее, но справа. Он сменил место. Однако, как и прежде, его голова покоилась на сложенных руках, повернутых к ней. Как и прежде, на нем были странные круглые очки, скрывавшие его глаза за темно-зелеными линзами.
Если у него есть глаза? - подумала Ким.
Она поморщилась.
- Что-то не так? - спросил он.
- Да. Ты. Что ты здесь делаешь?
- Наслаждаюсь пляжем.
- Пляж большой. Почему бы тебе не перейти на другое место?
- Мне здесь нравится. Очень красивый вид.
- Да? Я думала, может, ты слепой или что-то в этом роде.
Он улыбнулся, показав ровные белые зубы. Затем он перевернулся, сел и повернулся к ней лицом. Скрестив ноги, он смахнул песок с плеч и груди.
- Ты долго спала, - сказал он.
- И я полагаю, ты наблюдал за мной.
- Ты выглядела так, будто тебе снился кошмар.
- Зачем ты носишь эти дурацкие очки?
- Они защищают глаза от песка.
- Из-за них ты выглядишь как дебил.
- Извини.
Уголок его рта изогнулся кверху. Затем он поднял руки к очкам.
Сердце Ким заколотилось. Желудок куда-то провалился. У нее перехватило дыхание.
- Нет, - задыхаясь, сказала она. - Не на...
Слишком поздно.
Он водрузил очки на лоб.
И Ким обнаружила, что смотрит на пару голубых, как небо, глаз с длинными шелковистыми ресницами. Они выглядели изумленными, понимающими, нежными.
Он красавец!
- Так лучше? - спросил он.
- Намного лучше, - сказала Ким.
Ее голос прозвучал хрипло, с трудом пробиваясь сквозь ком в горле.
- Меня зовут Сэнди, - сказал он.
Улыбаясь, он покачал головой. Из его прекрасных блестящих волос на плечи и лицо посыпался песок.
- Ты - песочный[2], отлично, - сказала Ким.
- Назвали в честь Куфакса[3].
- А я - Ким.
- Приятно познакомиться, Ким. Но ты сожжешь свою прекрасную кожу, если не перевернешься, как можно скорее.
Она опустилась и легла на бок. Лицом к нему. Очень хорошо понимая, как смещаются груди в хрупких, податливых местах бикини.
- Если я перевернусь, - сказала она, - моя спина сгорит. Разве что, ты мне поможешь.
- Помочь тебе?
- С маслом для загара.
- А. Полагаю, я могу это сделать.
- Спасибо.
Она легла на живот и потянулась. Скрестила руки под лицом. И наблюдала за тем, как Сэнди пристально смотрит на нее, извивающуюся на одеяле, чтобы разгладить песок. Она вспомнила о комке, который давил на нее раньше. Сейчас она его не чувствовала.
Она перестала двигаться.
Сэнди просто сидел там.
- Ну? - спросила она. - Подойдешь?
Он тряхнул головой. Еще немного песка упало с его волос.
- У меня есть лучшее предложение, - сказал он. - Почему бы тебе не подойти сюда?
Внезапно забыл о благородстве?
Может, он просто хочет посмотреть, как я встаю и иду, хочет насладиться телом в движении.
- Мое одеяло здесь, - сказала она.
- Я его и имею в виду. Оно тебе ни к чему. Оно мешает. Тебе надо лежать на песке.
- Я испачкаюсь.
- Потом примешь душ.
Она взглянула в его прекрасные глаза. Он видит меня обнаженной в душе, - подумала она. - Может, видит себя со мной под струей воды. Намыливает меня.
Она начала двигаться. Схватила скользкий флакон с маслом для загара и сползла с одеяла. Подползла к нему, подняла голову и посмотрела на него, горячий песок тонул под ее руками и коленями. Жаль, что он не мог видеть, как колышутся ее груди, но зато у него был прекрасный вид на ее спину, голую, если не считать двух завязок, удерживающих ее топ, и третьей, спускающейся от бедер к узким лоскутам, обтягивающих ягодицы.
Она остановилась перед его скрещенными ногами. Встав на колени, протянула бутылку.
Он взял ее.
- Здесь? - спросила она.
- Да, здесь нормально.
Она отвернулась и легла плашмя. Песок казался горячим настолько, что мог обжечь ее. Через несколько мгновений она привыкла к жару. Она извивалась, наслаждаясь тем,
