С помощью американских и английских капиталов за пять лет – с 1924 по 1929 г. – в Германии был создан мощный военно-промышленный потенциал, который позволил в дальнейшем провести быструю милитаризацию экономики страны. За этот период было получено свыше 20 млрд марок иностранных займов. К моменту наступления мирового экономического кризиса Германия занимала второе место в мире по выпуску промышленной продукции.
Кто платил Гитлеру?
Монополистов из «ИГ» очень тревожил затянувшийся мир в Европе. Возникла проблема сбыта военной продукции концерна. Продукция всё накапливалась на складах, а признаков войны ещё не было. Взоры боссов «ИГ» обратились на «коричневый дом» в Мюнхене – резиденцию национал-социалистской «рабочей» партии. Ведь гитлеровцы, входившие тогда в силу, неустанно твердили о насильственной перекройке карты Европы.
Огромная финансовая мощь позволила «ИГ Фарбен» играть определяющую роль в политической жизни Германии. Всё, что происходило в стране, во многом зависело от воли концерна. Своими милостями «ИГ» одарил и национал-социалистов. Концерн взял под свой контроль пропагандистский аппарат фашистов, предоставив в его распоряжение контролируемую им прессу внутри Германии. Но это было не всё. «ИГ Фарбен» непосредственно организовывал пропагандистские выступления в пользу гитлеровской партии на страницах иностранной печати, особо выделяя при этом «заслуги» Гитлера как «защитника Германии и Европы от большевизма».
Надо заметить, что шефы «ИГ», как и другие крупные немецкие промышленники, были архиреакционерами, убеждёнными противниками даже такой призрачной демократии, как Веймарская республика. Ещё в 1916 г. один из директоров «Фарбен» писал о необходимости «перестройки» Германии на началах «национального социализма», предвосхищая, таким образом, демагогическую программу фашизма.
Внутриполитическая программа заправил «ИГ Фарбен» с самого начала была направлена на создание такого реакционного режима в стране, который бы нанёс удар по профсоюзам, подавил рабочее движение, явился олицетворением диктатуры наиболее реакционных и агрессивных кругов монополистического капитала. «ИГ» искал фюрера.
«Мы надеемся, что наши слова, произнесённые сегодня, будут претворены в жизнь, что найдётся сильный человек, который создаст для всех общую платформу… ибо он всегда необходим нам, немцам, как в своё время был необходим Бисмарк»
– так говорил накануне фашистского переворота глава концерна Дуисберг. Вскоре «сильный человек» был найден. В миру он был известен под именем Адольфа Гитлера.
…21 января 1932 г. Серое здание резиденции рейнского «стального короля» Тиссена в Дюссельдорфе сверкает огнями. К парадному подъезду один за другим подкатывают элегантные лимузины. Их владельцы не спеша проходят мимо вышколенных привратников в огромный конференц-зал. Одним из последних подкатывает тяжёлый «мерседес», сопровождаемый четырьмя мотоциклами. Из машины стремительно выходит низкорослый человек в сапогах для верховой езды и серых галифе. Его рука заложена за ремень – жест цезаря…
Собрание наконец в полном сборе. Это 600 крупнейших промышленников Германии, «совет богов» монополистического капитала.
В зале наступает тишина. Хозяин дома на правах старого друга представляет собравшимся человека в серых галифе, с чёрными усиками и спадающей на лоб прядью волос. Так происходит знакомство Адольфа Гитлера с власть имущими Германии.
Около двух часов в зале звучит визгливый, слегка надтреснутый голос будущего фюрера, который развёртывает перед слушателями свою программу и обещает крупным монополиям новые сверхприбыли. И самое главное – установление фашистской диктатуры и гарантированные военные авантюры.
«Сильного человека» снабдили деньгами на содержание вооружённых отрядов СА и СС, на финансирование предвыборной кампании. Одним из самых щедрых, кто давал ему средства, оказался концерн «ИГ Фарбениндустри». 300 тыс. марок составили его первоначальный взнос в фонд фашизма.
Это произошло в 1932 г. – в наиболее критический для гитлеровцев момент, когда они потеряли на выборах 2 млн голосов. В те дни Геббельс писал в своём дневнике:
«Царит тяжёлая депрессия, финансовые затруднения делают всякую организационную работу невозможной. Существует опасность развала всей партии».
Но, как мы уже видели, промышленные магнаты не допустили развала фашистской партии.
Уже на следующий день после дюссельдорфской встречи руководители концерна Шнитцлер и Гаттино наносят в Мюнхене визит главарю нацистов. Они ведут деловой разговор. Гитлер обещает им войну – они обещают ему власть. Сделка заключена. «ИГ Фарбен» начинает регулярно переводить крупные суммы денег на счёт фашистской партии. За неделю до поджога рейхстага в доме Геринга состоялась встреча Гитлера с группой немецких промышленников. От «ИГ Фарбен» на совещании присутствовал тот же Шнитцлер. Фюрер сообщил магнатам о своём плане, Геринг просил денег на эту операцию. Промышленники-монополисты дали деньги, и наибольший взнос был сделан опять-таки «ИГ Фарбен».
Свою лепту внесли также американские и английские монополии, мечтавшие видеть национал-социалистскую партию силой, способной сокрушить в стране остатки демократии и тем самым надёжно гарантировать капиталовложения США и Англии в Германии. В финансировании гитлеровцев участвовала ведущая финансово-промышленная группа США – Рокфеллеры, владельцы крупнейших в США банков и нефтяной империи «Стандард ойл». Заметим, что планы «ИГ Фарбен» и рокфеллеровской «Стандард ойл» не ограничивались установлением в Германии фашистского режима. Между этими двумя крупнейшими мировыми концернами уже давно было заключено негласное соглашение о разделе сфер влияния на мировом химическом рынке. Приход нацистов к власти означал новую эру в развитии «дружественных связей» между двумя монополиями.
Под крылышком у нацистов
Став полновластным хозяином страны, Гитлер делал всё, что было в интересах концерна. Трест получил от нацистского правительства огромные кредиты – миллиарды золотых марок. Генеральный директор «ИГ» Краух стал одним из руководителей имперского министерства хозяйства. Крупнейший акционер концерна Бош был введён в так называемый «совет по вопросам вооружений». Член правления «ИГ» Отто Амброз, заведовавший производством каучука и ядовитых веществ, был назначен руководителем комитета по боевым ОВ в гитлеровском министерстве вооружений. 32 ведущих функционера «ИГ» получили почётное звание фюрера военной экономики. Сам Гитлер лично интересовался делами «ИГ Фарбен» и неоднократно принимал у себя боссов концерна. За посты в правительственном аппарате «ИГ» расплачивался пожертвованиями в фонд НСДАП и других фашистских организаций. Из найденных после разгрома третьего рейха секретных документов явствует, что только в 1932–1934 гг. монополия выплатила нацистам свыше 40 млн марок. За период же с 1933 по 1939 г. концерном было ассигновано: политическому руководству НСДАП – свыше 580 тыс. марок, СС – 512 тыс., СА – 258 тыс., «гитлерюгенд» – 169 тыс., фашистскому корпусу лётчиков – 639 тыс. марок и т. д.
Эмиссары «ИГ Фарбен» Ильгнер и Гаттино вошли в ближайшее окружение фюрера. Председатель правления концерна Шмиц, сменивший на этом посту основателя «ИГ» Дуисберга, занял место в нацистском рейхстаге, а затем стал одним из фюреров военной экономики рейха. На пожертвованный капитал шли отличные дивиденды. Всем своим последующим ростом и могуществом «ИГ» был всецело обязан «вождю и рейхсканцлеру». Гитлеровский режим, полностью подчинивший экономику и политику страны интересам монополистического капитала, принёс в сейфы «ИГ Фарбен» немалые суммы. Увеличению дивидендов значительно способствовала проведённая в предвоенные годы тотальная милитаризация экономики.
Правда, имперское правительство приняло в 1934 г. закон, ограничивающий размеры дивидендов (не более 6%). Этот закон носил явно демагогический характер, ибо на деле нацисты и не помышляли ограничивать прибыли монополий. Кстати, сами дивиденды не давали точного представления о действительных размерах прибыли, получаемых концерном. Так, валовая прибыль концерна в 1938 г. составила 811 млн марок, а в виде дивидендов было выплачено лишь 56,1 млн. К 1938 г. концерн производил 84% взрывчатых веществ, 95% удушливых газов, 100% синтетического каучука, все технические масла в Германии. Подготовка к новой мировой войне, осуществляемая в фашистской Германии, ознаменовалась для концерна дальнейшим расширением производственных мощностей. На «бедный» «ИГ Фарбен» хлынула лавина правительственных военных заказов, и бухгалтерия концерна не успевала подсчитывать прибыли.
