кстати, сегодня уехала к маме. Не раздумывая, я запустила в суку бутылку вина, попадая ей четко в ботоксное лицо с жирными варениками вместо губ.
— Ты что творишь, дура?!
Гнусный предатель схватил меня и потащил прочь.
— А ну пусти, я убью ее.
— ПЕРЕСТАНЬ!!!
Ловко вывернувшись из лап козла, я кинулась к подружке, которая уже пребывала в полуобмороке и врезала ей в челюсть, та взвыла и рухнула на кровать, тряся голыми силиконовым сиськами. Мой уже бывший парень пытается тщетно заломить мне руки. Понимая, что мою ярость не сдержать, Ваня быстро произносит.
— Пошла вон! Я не люблю тебя и никогда не любил.
Мои губы задрожали, в носу защипало. Я сдалась. Слезы градом полились из моих глаз, они душили меня, не давая дышать, а не то, чтобы говорить. Я хватала воздух, пытаясь хоть что-то возразить или ответить.
— Какая же ты жалкая и никчемная! Ты мне противна!
На последних словах я пулей выскочила из квартиры, не забрав даже туфлей. В секунды я добежала до тачки, обжигая ступни о раскаленный от жары асфальт. Завела мотор и помчалась прочь… я колесила по городу без остановки, рыдая, периодически срываясь на крик, избивая руль то руками, то головой.
Я потеряла счет времени и понимания местонахождения. В какой-то момент машина встала колом и отказалась дальше меня катать. На приборной панели стрелка уровня топлива была на нуле. Я покинула транспорт и пошла просто вперед… начал накрапывать дождь, который перерос очень быстро в ливень. Но мне было все равно. В груди образовалась черная пустота, разжигающая боль одиночества преданного сердца.
**************************************************
— Леся… Лесь!
Открываю глаза. Юнец трясет меня за плечо.
— Ты не отвечала мне… с тобой все в порядке?
Я вновь взглянула на огромный стул и, не отрывая взгляда, ответила.
— Да, все хорошо.
— У тебя есть мысли, идеи?
— Ты же у нас компьютерный гений. Давай, дерзай.
— Ну поставить винду — это высший пилотаж в моей гениальности.
Я повернулась к парню, которые растирал свой затылок, неловко потупив взгляд, и нервно жевал нижнюю губу.
— Тогда мне надо подумать.
— А кем ты работаешь?
Он спросил это так неожиданно, а я не успела обдумать, что ему буду говорить. Я начала щелкать костяшками.
— Это же простой вопрос.
Он испытывающе заглядывал мне в глаза.
— Я работаю в клининговой компании, скажем так. Работаю с людьми. Веду переговоры, но чаще просто выполняю заказ.
— А я подумал ты — модель или актриса.
Странный взгляд у этого парня. Не могу его раскусить. Кто же ты?… обычно я вижу людей насквозь, кроме в тех, в кого влюбляюсь по уши.
— Ты ошибся. А теперь если ты не против, я все же подумаю.
Я вновь взглянула на пустой стул, от которого мурашки бежали по коже, ведь на его массивных квадратных ручках и ножках висели кожаные ремни, и я прекрасно знала что это за стул.
Глава 3. Крепкий сон
Алеся.
— Думай, пожалуйста, вслух.
Я взглянула на мальца. Он казался напуганным, но что-то все время меня в нем смущает. Мне хочется его рассмотреть, но это было бы сейчас неуместно.
— Ну, хорошо. Во-первых, нас поместил сюда один человек, а значит у нас есть общий знакомый либо между нами есть неизвестная нам связь. Во-вторых, этот кто-то следит за нами и видит, что мы делаем. В-третьих, так как этот кто-то не появился, значит ждет, что мы сами отсюда начнем выбираться, а значит выход есть. Надо лишь найти.
— Что с твоей рукой?
Его внезапные вопросы вводили меня в ступор. Я посмотрела на припухший от удара о морду бывшей подруги кулак. Какой внимательный молодой человек.
— Не знаю, ударилась… наверное.
— Может быть, ты сопротивлялась, пока тебя тащили сюда?
— Я не помню, Эд. Давай сосредоточимся на деле.
— Прости.
У меня было ощущение, что он заинтересован мной. Он будто пытается меня вспомнить. Но я точно знаю, что никогда его не встречала, у меня идеальная профессиональная память на лица.
Я покосилась на стул… и вновь мурашки пробежали по моей спине. Точно такой же, как… Погодите-ка.
— Смотри.
Негромко произнесла я и медленно подошла ближе к решетке. Один из прутьев был слегка отклонен. Обыкновенному глазу вряд ли удалось бы выявить этот изъян, но только не моему… видимо малыш выбил его, пока в агонии тряс злополучную решётку.
— Помоги-ка.
Эд тут же подлетел и взялся вместе со мной за металлический прут. Наши пальцы соприкоснулись и под кожей прошел электрический разряд. Мальчик посмотрел на меня, будто почувствовал то же самое. Я наконец рассмотрела его лицо так близко, что перехватило дыхание. Его глаза были карие, не просто коричневые или с зеленцой, а золотистые или даже медовые.
— Что смотришь?
Единственное, что я смогла выдавить от охватывающей меня паники.
— А ты чего смотришь?
И улыбнулся. Маленький гаденыш. Потом он нагнулся ближе ко мне, так близко, что я предательски ахнула, и резко дернул за металл. Часть решетки была удалена.
— Я смогу пролезть.
Визуально расстояние было достаточным для моей стройной фигурки, но не для моего соседа… я обернулась, он все еще улыбался.
— Иди.
— Я вернусь за тобой. Я обещаю.
Я сняла куртку и хотела вернуть ее, но Эдгар жестом дал мне понять, что я должна ее оставить. Я пролезла достаточно легко в спасительную секцию. Эд подал мне одежду и взял за руку.
— Будь осторожна.
Я кивнула и, набросив его запах на себя, уверенно шагнула вперед, в последний раз покосившись на жуткую деревянную инсталляцию.
Я прошла по коридору в полумраке к металлической двери с круглой ручкой.
— Эд, тут дверь.
Но он молчал. Я обернулась на тусклый свет от нашей камеры позади. Еще мгновение и я рванула дверь на себя, готовая к атаке, и вошла в помещение с отвратительно желтыми стенами. Дверь за мной захлопнулась и растворилась в мерзкого цвета краске.
Я закрыла лицо ладонями, передо мной стоял Эдгар и наша взломанная решетка.
— Господи, Леся…
Я снова ринулась в коридор.
— Куда ты?
Я молча и решительно направилась в другую сторону… еще одна дверь… я выбила ее с ноги и засмеялась. Передо мной предстала спинка стула и Эд, таращащийся на меня из камеры напротив за двумя решетками. Дверь захлопнулась перед моим носом.
Я вернулась в нашу клетку и молча села на скамью поджав окоченевшие ноги. Юнец опустился передо мной на колени. Поняв в чем дело, он начал растирать мои ступни, согревая их в своих
