Читаем без скачивания Счастливчик Джонни - Владимир Буров

В романе, как я уже говорил, много мест действия. В основном, конечно, действие происходит в России. В кафе, ресторанах, на автотрассах. Много событий происходит в кафе. Дело в том, что на самом деле количество кафе и ресторанов в городах России выросло в несколько раз по сравнению с 91-м годом.

Герой только в конце романа догадывается, как можно перейти в будущее. Это не секс, не крайнее возбуждение, не почкование. Управляемый переход – это свадьба. Именно поэтому она имеет такое значение у людей. Кульминацией здесь будет свадьба. Кто женится на Лизе, Каин или Авель? Куда пойдет время, вперед или назад?

ЗАВЕТНЫЙ ВЕНЗЕЛЬ

В романе есть свое волшебное слово. Свой Сим-Сим. Только здесь открывается не пещера с сокровищами, а временной канал. Слово это заимствовано у А.C. Пушкина. Из романа Евгений Онегин. Там было:

– … моя душа, Прелестным пальчиком писала На отуманенном стекле Заветный вензель О да Е.

Если букву Е поместить в букву О, то получится именно вензель, то есть фигура имеющая самостоятельный смысл. Это погремушка Исиды. Вселенная имеет форму этого вензеля. Слово Исида означает мудрость, она дочь Гермеса, а, возможно, Прометея. Христианством Исида была превращена в Непорочную Марию.

В популярном виде Заветный Вензель – это не что иное, как Пятиконечная Звезда. Или Крест. И по сути дела, рисовать Заветный Вензель – значит креститься. То есть молиться. Слово Креститься можно перевести, как переставлять, перемещать. То есть мгновенно оказаться в другом месте, в другом времени. Ну, здесь мы уже переходим к настоящей герметической философии, а роман – это не мистика, а детективный боевик. С элементом фантастики. Даже не фантастики, а просто небольшой выдумки.

ЛОНДОН

Это было в Мексиканской пустыне. Профессор с группой студентов археологов откопал пирамиду. Внутри по всему кругу сверху донизу почти вся она была расписана фресками размерами с икону.

Многие потом пытались разгадать смысл этих табличек. В конце концов, большинство ученых вынуждено было признать, что содержание таблиц не связано друг с другом. Или отсутствуют какие-то связующие звенья.

– Это как бы рассказы из параллельных миров, – сказал, в общем-то, в шутку кто-то.

Говорят, что профессор думал иначе. Он считал это одним произведением. Не отдельными рассказами, а романом. Если говорить по-нашему. Местные ученые посоветовали нам обратиться к одной бывшей его ученице.

– Она кое-что должна знать.

Самого профессора уже на следующий год завалило в соседней пирамиде.

Как на самом деле звали эту девушку, мы не узнали, но она имела в Лондоне бар под названием СОНЬКА ЗОЛОТАЯ РУЧКА.

В это трудно поверить. Скорее такое название можно бы встретить в Америке, где-нибудь на Брайтон-Бич. Но дело обстояло именно так. Когда мы зашли, в баре находился только высокий парень с догом. Он пил пиво. На улице шел дождь, а здесь было тепло и тихо.

– Он нам не помешает, – сказала Сонька Золотая Ручка. Она налила нам по рюмочке молта и продолжала: – Я была его аспиранткой. Вы читали книгу РОБИНЗОН КРУЗО? В одном предложении написано, что Робинзон разделся, а в другом, что он прыгнул в воду, достал нож и отрезал веревку. Эти предложения тоже можно считать существующими параллельно, то есть они не могут следовать друг за другом. Но в романе Даниэля Дефо это сделано именно так. Каким образом происходит объединение? Во-первых, всегда надо считать, что там в расстановке таблиц нет ошибки. Как нет ее у Даниэля Дэфо. Это первая посылка. Вторая – никогда не может быть написано или изображено всё. Только часть. Отсюда простой вывод: в романе Робинзон Крузо пропущен эпизод, когда Робинзон опять оделся. Не разделся и нырнул, и отрезал веревку, а разделся, потом почему-то опять оделся и только потом нырнул, и отрезал ножом веревку. Как сказал Пушкин: не всяко слово в строку пишется.

Профессор считал, продолжала она, что эпизоды в пирамиде находятся в шести разных временах. И они постоянно перемещаются. Вы понимаете? Времена существуют не в причинно-следственной последовательности. А как только мы задерживаемся в каком-то времени достаточно долго, оно становится НАСТОЯЩИМ. А время, которое было будущим по отношению к нему раньше, становится ПРОШЛЫМ. Почему? Потому что никаким другим оно быть не может по отношению к настоящему. Потому что не может, как говорил профессор, сын родить отца.

– Но именно так ведь и получится, – не выдержали мы.

– Не получится, – сказала она.

– Почему?

– Потому что вы это заметили. А как только вы это заметили, так точка отсчета меняется. Сначала времена становятся параллельными, потом перемещаются. Через какое-то время вы уже можете понять, какое время было настоящим. Вы понимаете, это машина времени. Здесь важно только понять то, что сказал Эйнштейн. НАБЛЮДАТЕЛЬ ПЕРЕМЕЩАЕТСЯ ВМЕСТЕ С СОБЫТИЕМ.

– И да, – добавила она, когда мы уже собирались идти, – не знаю, говорила ли я уже вам, профессор открыл, что наша жизнь это – РАССКАЗ о том, что УЖЕ БЫЛО. Ведь события, описанные в ПИРАМИДЕ, происходили не вчера, не два года назад, а еще до Адама.

Вы не верите. Догадки об объединении событий вечным наблюдателем высказаны в романах о Конане-варваре. Там написано, что одно событие составлено из воспоминаний многих людей.

Александр Дюма-старший, продолжала она, как ненормальный из раза в раз повторял одно и тоже, что его роман был написан до него, что он только нашел рукопись.

Ведь это все правда. А если вы не верите, то проваливайте на дождь и больше не приходите сюда.

После этих слов мы не решись спросить эту даму, каким образом из аспирантки она превратилась в Соньку Золотую Ручку.

Этот вступительный текст можно считать только Кратким Содержанием. Но в принципе это ПРЕДИСЛОВИЕ. Особенно вместе с Заветным Вензелем и Лондоном. Часть информации из Глав перенесена сюда.

Ряд начатых эпизодов в романе не закончен. Во-первых, по самому смыслу этого романа продолжения некоторых эпизодов можно не делать. Именно потому, что это просто эпизод. То есть отдельный рассказ. Но не совсем отдельный рассказ, не как Менты, например. Это рассказ в романе. Просто глава. Она должна бы продолжиться, но происходит переход в другое время. Там происходит другое событие. Этот роман легко было бы понять, если бы можно было считать завершенным произведением СРЕДНЕЕ между отдельными, совершенно отдельными рассказами, и романом, где глава никогда не завершает события. Она всегда часть. В этом романе человек десять главных героев, и они участвуют в действии по очереди. То эти трое, например, то другие двое. То одни из первого эпизода, а трое из четвертого. Герои встречаются в разных рассказах в разных комбинациях. Такая концепция придает роману больше фантастичности. Необычности происходящего.

Во-вторых, продолжение эпизодов можно сделать во Второй части романа.

В-третьих, завершить эпизод можно по-другому. Не обязательно расписывать завершение новыми сценами. Можно сделать так, как это делает Стивен Кинг. В одной из книг о мальчике есть эпизод с матерью этого мальчика. Он попадает в другое время и узнает, что его мать, королева, лежит больная. Мальчик находится в этом времени некоторое время, попом возвращается в настоящее. Больше за весь роман действие в то древнее время не перемещается ни разу! Но несколько раз делаются ссылки, воспоминания мальчика о том времени. Просто так пару слов или несколько фраз. Даже завершенные эпизоды в той книге не имеют продолжения. А должны бы. Например, он там долго работает грузчиком в пивной, а спрашивается, зачем? Какой в этом смысл для романа? Ведь это роман, а не набор рассказов. Кажется, он называется Талисман. Но получается, что так лучше, как это делает Стивен Кинг, лучше, потому что не так скучно, как это обычно пишется. Многие эпизоды хороши именно потому, что больше не продолжаются. Надо только обосновать как-то это непродолжение.

В романах о Конане Варваре обоснование вообще не вводится в Основной Текст. Например, роман называется Конан и Алая Печать, а после двух третей романа о Конане ни слова! Зато в Предисловии и Послесловии подробно расписывается, почему у автора такое представление о том Периоде Истории. Мир многообразен – вот и все.

В романе можно ввести замечание, что герой с одним именем в разных рассказах это почти всегда тот же самый человек. Кажется, что так не может быть, герой то таксист, то директор ресторана, то охранник в баре, то прапорщик на зоне в Магадане. В романе да, это слишком крутые перемещения, а в жизни это нормально. Не так давно вчерашние графини на рынке торговали. Как это может быть? А было.

Автор не только рассказывает роман, переводит, как он говорит, он расследует эти события. Как в детективе.