– Вы так добры ко мне! – Ее глаза наполнились слезами. – Вы, наверное, считаете меня ведьмой.
– Да нет, что вы, конечно нет. – Сестра Элиза стерла влажным тампоном лосьон с ее лица. – Я работаю здесь с удовольствием… правда.
– Это занятие не для вас. Вы так еще молоды и… Знаете что? Сегодня вечером вы свободны и можете сходить в кино.
– Фрау Кайзер, но это невозможно! Вы же останетесь тогда в доме совершенно одна и…
– Я прошу вас! – Голос Ирены Кайзер звучал властно. – Да и чего мне бояться? Мне уже нечего ждать от жизни и нечего терять. Так что идите. Доставьте мне удовольствие!
– Да сейчас в кино не идет ничего интересного. – Сестра Элиза промокнула остатки влаги чистым мягким полотенцем. – Только секс и всякое такое прочее.
– Вот и смотрите фильмы про секс, да-да, я совершенно серьезно. – Больная даже оживилась. – Это как раз то, что вам нужно. Вы немножко чопорны, сестра! Поверьте мне, если вы и дальше будете оставаться такой недотрогой и держаться столь сдержанно, у вас никогда не будет мужа.
Лицо сестры Элизы сделалось холодным и замкнутым.
– Я пока не собираюсь выходить замуж.
Ирена Кайзер не дала себя обмануть.
– Так только говорят, а когда спохватываются – оказывается поздно. Чем больше я думаю о вас, тем сильнее убеждаюсь, что фильм о сексе самое нужное для вас. Это приказ, сестра. И я посылаю вас из чистого эгоизма, чтобы вам потом было, что рассказать мне.
Сестра Элиза уже почти сдалась.
– А как же ужин?
– Неважно. Я поем сегодня пораньше. Вы приготовите меня ко сну, дадите мне лекарства и наконец освободитесь от меня и этой атмосферы больничной палаты. Никаких возражений. Так и сделаем.
3
Лилиан Хорн, в белом махровом халате, с тюрбаном из полотенца на голове, вытянувшись, лежала на кровати, наложив косметическую маску на лицо, выдерживая положенное время. Между ухоженными пальцами ног были заложены ватные тампоны, чтобы не смазать только что нанесенный лак, а наманикюренные пальчики она держала растопыренными в воздухе, подняв руки вверх.
Балконная дверь была раскрыта настежь, и легкий сквозняк гулял по большой комнате на десятом этаже дома гостиничного типа, известном среди местных как «силосная башня секретарш». Действительно, в нем жили незамужние женщины – в практичных однокомнатных апартаментах, – хотя вовсе не все из них служили секретаршами.
Лилиан Хорн попыталась полностью расслабиться и ни о чем не думать, но помимо ее воли разговор с шефом не выходил у нее из головы.
Он это серьезно или просто так брякнул? Она ни чуточку не была в него влюблена, но это вряд ли помешало бы ей принять его предложение. Если бы он был свободен! После неудачного замужества, начавшегося как брак по любви, она стала, так она, по крайней мере, думала, относиться к мужчинам по-деловому. Конечно, Курт Кайзер не красавец, он уже не молод, но он многое может предложить женщине: общественное положение, беззаботную жизнь, драгоценности, меха, уик-энд на острове Зильт, красивую виллу в городе – он мог бы все это дать ей, если бы не был женат. А он как раз был. На женщине, которая никогда не поправится, но может еще прожить добрых двадцать лет. И он был к ней прикован. Так что не имеет никакого смысла дарить свое внимание Курту Кайзеру. Как серьезный претендент на роль мужа он абсолютно не котировался.
Лилиан Хорн оперлась на локоть, приподнялась и взглянула на циферблат крошечного будильника. Десять минут, необходимые по инструкции для маски, прошли. Она села, сняла ватными тампонами маску и пошла в ванную комнату.
Ванная комната была отделана красным и черным плексигласом по специальному заказу и освещалась люминесцентными лампами. Лилиан Хорн смыла чуть теплой водой остатки маски и помассировала кремом сначала лицо, потом все тело.
Она оглядела в зеркале свое обнаженное тело. Длинные ноги, ни фунта жира на бедрах, маленькая крепкая грудь, плоский живот, изящная линия шеи и, наконец, узкое, тонкое лицо с высокими скулами, янтарного цвета глазами и кожа без единой морщинки. Ей можно было дать восемнадцать, если бы не жесткость во взгляде – следствие пережитых разочарований, немыслимая для молоденькой девушки.
Смех делал ее еще моложе. Она улыбнулась своему отражению и размотала тюрбан. Тщательно обследовав корни только что осветленных волос, она не обнаружила следов их естественного темного цвета и, удовлетворенная результатом, расчесала волосы.
Потом надушилась, надела крошечные шелковые трусики, натянула тонкие чулки.
В завершение она тщательно нанесла макияж, превратив свое лицо в настоящее произведение искусства.
Приведя в порядок ванную, она вернулась в комнату, достала из шкафа платье из золотой парчи, без рукавов, нырнула в него и застегнула на спине молнию. Из туфель она выбрала золоченые лодочки, взяла такую же вечернюю сумочку, сняла с плечиков накидку из светлой каракульчи и кинула ее на кресло.
Было двадцать минут девятого.
Лилиан Хорн прошла в кухню и открыла холодильник. Она нашла не начатую еще бутылку водки, достала ее и, прорезав кухонным ножом алюминиевую пробку по кругу, открыла бутылку.
Лилиан ойкнула и быстро отдернула руку – она порезалась, поранив большой и указательный палец правой руки.
Она побежала в ванную, открыла кран с холодной водой и подставила под струю кровоточащие пальцы. Из шкафчика над раковиной достала левой рукой квасцы и прижгла ими ранку.
Через несколько минут кровь остановилась, места порезов стали едва заметными.
Лилиан Хорн восстановила в ванной порядок и вернулась в кухню. Она выбросила алюминиевую пробку в мусоропровод, налила себе немного водки и выпила одним глотком.
Домофон, вделанный во входную дверь, резко и настойчиво просигналил трижды, с равномерными промежутками. Лилиан Хорн взяла сумочку, перчатки и меховую накидку и вышла из квартиры. Заперев дверь, она спустилась на лифте вниз.
В вестибюле ее ждал господин Керст, шеф агентства «Услуги гидов и переводчиков» – неприметный мужчина средних лет с соломенного цвета волосами, в строгом темно-сером костюме и серебристом галстуке.
– Точна, как всегда, – сказал он, – похвально.
Он открыл дверь на улицу, пропуская ее вперед.
В нескольких шагах от подъезда был припаркован «мерседес-300» темно-синего цвета. На улице еще было светло, однако многие окна в доме уже светились.
Керст поддерживал Лилиан Хорн под руку, так как это ему доставляло удовольствие.
– Может, в следующий раз нам лучше встречаться в другом месте, Лилиан? – спросил он.
– Почему же? Мне так удобнее всего.
– За вами наблюдают.
