Читаем без скачивания Анна Леопольдовна - Игорь Курукин

Беспокойные родители

Будущая правительница России Елизавета Екатерина Христина, в православном крещении Анна, появилась на свет 18 декабря (а по использовавшемуся в то время в России юлианскому календарю 7 декабря) 1718 года в результате брака мекленбургского герцога[2] Карла Леопольда (поэтому ее в литературе называют и Анной Карловной, и Анной Леопольдовной) и царевны Екатерины Ивановны, племянницы Петра I, который «брачной дипломатией» утверждал влияние России в Северной Германии.

После Полтавской битвы, главного сухопутного сражения Северной войны, именно на эти земли переместились военные действия. Россия и ее союзники — Дания, Пруссия, Саксония, Ганновер — сокрушали остатки шведского владычества в Померании. Под их натиском пали Штеттин (современный Щецин), Штральзунд, Бремен, Висмар. Однако появление русских войск в Германии обеспокоило и врагов, и друзей: в европейской «посудной лавке» появился «российский слон». Царю срочно нужно было использовать местных владетельных князей в российских интересах. Первым из них стал юный курляндский герцог Фридрих Вильгельм — в 1710 году царь выдал за него свою племянницу Анну Ивановну[3]. Новобрачный по дороге в Курляндию скончался, Анна осталась вдовствующей герцогиней без властных полномочий, но Курляндия оказалась в сфере влияния России, хотя и состояла юридически под верховной властью Речи Посполитой.

Другой немецкий правитель, герцог Мекленбург-Шверин-ский Карл Леопольд, союзником оказался не ахти: в молодости он принимал участие в походах шведского короля, от души восхищался государем-солдатом и подражал ему в одежде и манерах, за что заслужил от знаменитого австрийского полководца принца Евгения Савойского прозвище «обезьяна Карла XII». К тому же его княжеская светлость был человеком скандальным — лживым, высокомерным, непостоянным, требовавшим от всех окружающих слепого повиновения и на редкость скупым; у него была любимая поговорка: «Старые долги не надо платить, а новым надо дать время состариться». Однако царь Петр желал иметь надежный плацдарм в центре Европы, а герцог — получить сильного покровителя для борьбы с соседями и собственными дворянами, от которых требовал налогов, денег на содержание войск и которым грозил ограничением их владельческих прав. Он, конечно, не очень хотел связываться с русским «варваром», но сватовство к дочери императора Священной Римской империи провалилось из-за непомерных запросов жениха — он потребовал в качестве приданого целое Неаполитанское королевство.

Пришлось идти на поклон к Петру. Карл Леопольд, не успев развестись с первой женой — принцессой Софией Гедвигой Нассау-Фрисландской, собрался было жениться на вдове Анне Ивановне и получить вместе с ней «славное герцогство». Но охотников до Курляндии хватало и без него: в 1712–1718 годах кандидатами на руку царской племянницы перебывали правитель Курляндии, дядя покойного Фридриха Вильгельма герцог Фердинанд, герцог Иоганн Адольф фон Саксен-Вейсенфельс, герцог Ормонд, саксонский генерал-фельдмаршал граф Яков Генрих Флеминг, маркграф Фридрих Вильгельм фон Бранденбург, вюртембергский принц Карл Александр. Порой дело доходило даже до составления брачного договора, но в итоге все женихи так и остались ни с чем, поскольку не устраивали либо Петра, либо его соседей — королей Речи Посполитой и Пруссии.

В итоге Карлу Леопольду было предложено жениться на старшей сестре Анны Екатерине Ивановне. Перессорившемуся с собственными подданными герцогу выбирать не приходилось. Ему оставалось утешаться: «…непреклонная судьба назначила мне эту Катерину, но нечего делать, надо быть довольным; она по крайней мере любимица царицы»21.

Невесте к тому времени уже исполнилось 23 года. После смерти отца в 1696 году Екатерина вместе с матерью, вдовствующей царицей Прасковьей Федоровной (урожденной Салтыковой), и младшими сестрами Анной (будущей императрицей) и Прасковьей жила в подмосковном Измайлове, но затем дядюшка истребовал принцесс в строившийся Петербург. Старшая царевна быстро освоила новые моды и непринужденные манеры петровского окружения и вовсю развлекалась на ассамблеях и маскарадах.

Маленького роста, полная, болтливая, Екатерина особым умом и образованностью не отличалась. Она хорошо вписывалась в незатейливый быт петровского времени, но не слишком подходила для чинных порядков мелкого германского двора, да и едва ли мечтала о таком не первой свежести женихе. Но кто ее спрашивал? Отправляя племянницу под венец, царь дал ей краткую, как военный приказ, инструкцию: «1. Веру и закон, в ней же родилася, сохрани до конца неотменно. 2. Народ свой не забуди, но в любви и почтении имей паче протчих. 3. Мужа люби и почитай яко главу, и слушай его во всём, кроме вышеписанного. Петр»22. О государственных делах будущей герцогине знать не полагалось — ими должны были заниматься царские дипломаты и министры.

Дело было решено весной 1716 года в Данциге (Гданьске), где Петр остановился в начале своего второго большого путешествия по Европе. Туда же прибыли невеста и жених. Герцог, как рассказывал его биограф, вел себя в компании двух государей (Петра I и польского короля Августа II) «с большою скромностью и смирением, нежели перед самим цесарским величеством, и почти с рабским унижением», которое не слишком тактично компенсировал ношением огромной шведской шпаги и похвалами в адрес шведской кавалерии. С невестой же Карл Леопольд «был хотя вежлив, но холоден», так что его советники даже извинялись за отсутствие «веселого расположения духа» своего государя23. Впрочем, эти сантименты отношения к делу не имели. 8 апреля состоялось венчание по православному обряду — хотя бракоразводный процесс герцога с первой женой еще не был завершен.

Царь был доволен и вволю повеселился — сам устроил на рыночной площади города фейерверк в честь молодых. В герцогской типографии был отпечатан сборник поздравлений, и в том числе звучная ода, прославлявшая союз потомка славянских вождей[4] Карла Леопольда с русской принцессой:

И был потомком русов в МекленбургеКарл Леопольд, правитель сей земли,На благо Провидения и дружбы,С принцессой княжеского рода из РусиСкрепил высоким браком узы.Да будет их союз воспет на долгие лета,Да будет он навеки прочным.О Боже, эту пару ты благослови,Что скреплено, то в счастье сохрани.<…>Да будет так на небесах. Аминь!24

Герцога же торжества не слишком радовали — он сильно поиздержался на подарки московским вельможам. В первую брачную ночь молодожен сбежал из супружеской опочивальни. Но игра всё же стоила свеч: царь сразу же после брачного контракта подписал с Мекленбургом договор, по которому новоиспеченный родственник должен был вернуть (конечно, с помощью русских войск) один из лучших портов на Балтике — Висмар, по Вестфальскому мирному договору 1648 года отошедший к Швеции. В герцогстве появились бравые русские солдаты, внушавшие обывателям страх. «Берегитесь, ваша светлость, — говорил герцогу его советник Эйхгольц, — чтобы эти русские не пожрали целого Мекленбурга».