ты в депрессии. Ты каждый день пьёшь, не выходишь из своего кабинета и, кажется, совершенно забыл про подвиги и свои цели.
— Вы сейчас серьёзно? — я откинулся на спинку стула и спокойно оглядел ребят. Их взгляд говорил сам за себя. — Реально что ли? Вы считаете, что я там задницу без дела просиживаю?
— Да. — почти хором ответили драконолюды, после чего Абель продолжил. — Раньше мы считали тебя выдающимся лидером, грозным воином и просто хорошим другом, а сейчас ты начал превращаться в размазню. Прости за прямоту, но это так. Никто из нас не видел тебя трезвым очень давно. Даже в поселении начали ходить слухи, что глава спивается. Конечно, приток жителей нескончаемый, да и жетоны льются рекой, но что мы будем делать, когда ты окончательно уйдёшь в себя?
— Вот уж не думал, что вы обо мне такого мнения… — прошептал я и рассмеялся. — Друзья мои, с чего вы вообще взяли, что я в депрессии? Сейчас я как никогда ближе к своим целям, чем раньше. Я удивлён, что вы сами не догадались до того, что я задумал.
Драконолюды переглянулись и слегка подались в мою сторону, словно ожидая от меня объяснений. И стоило мне начать свой рассказ, как у драконолюдов глаза из орбит вылезли. Каждое моё слово и описание происходящего в самых ярких красках вызывало у них неподдельные эмоции. Они словно вновь переродились, поверив в своего командира и воспряли духом. Когда я закончил свой рассказ, драконолюды смотрели на меня с уважением, желанием подражать и, кажется, даже с любовью. Дружеской, платонической любовью.
— Так вот зачем Уорен со своими головорезами просили у нас столько телепортов. — произнёс Абель, стоило мне закончить свой рассказ. — Я и подумать не мог, что ты решился доверить поиск храма им. Почему ты раньше не сказал? Мы могли отправить Галана и Гифа.
— Галан слишком неопытный и молодой. Без Мушу он не способен рационально мыслить. Ему нужен тот, кто будет его вести вперёд и направлять. Конечно, Гиф мог бы стать таким человеком для Галана, но давайте будем честны. Кому раньше служил Гиф? — я вздёрнул брови и посмотрел на Абеля, ожидая закономерного ответа.
— Айвен?.. — неуверенно ответил он.
— Именно! — выкрикнул я и ударил по столу, чем привлёк внимание помощницы Хлои. Девушка дёрнулась и случайно уронила выпивку, которую несла за соседний столик. Я быстро извинился и пообещал посетителям оплату за счёт заведения, а девушку подбодрил, взяв все расходы на себя. Она украдкой улыбнулась и, поклонившись, покинула зал. Смерив её походку взглядом и осмотрев её сочные формы, я вновь взглянул на драконолюдов. — Извините, отвлёкся. Так вот… Гиф раньше служил Айвен и отправлять его на столь серьёзное задание, я не мог. Что если он приведёт меня в ловушку? Вероятно, вы не знаете, но один из подвигов подразумевает под собой убийство преемника. К тому же, на меня открыта охота. Мало того, что на меня охотятся все, кому не лень, так ещё и преемники должны быть нацелены исключительно на меня. Я самый слабый и самая лёгкая цель, за которую ещё и награда висит в десять тысяч золотых жетонов. Смекаете?
Драконолюды кивнули, но Эхот не смог промолчать:
— Но почему тогда ты позволил отправиться на поиски той тройке? Они ведь так же раньше служили преемнику, только Войду, а не Айвен. Не боишься, что они тебя подставят?
— Пока я даю им свободу действий и позволяю пускать свои мускулы и жажду смерти в нужное русло — нет. К тому же, Войд, почему-то, не желает меня трогать. У него своя игра на уме и он не стал меня убивать однажды, хоть и мог. Да и подвиги у него выполнены все, кроме последнего — подземелья Кадхаса. Ему нет смысла трогать меня.
Драконолюды задумались, но больше вопросов не последовало.
— Выходит, это единственное, ради чего мы тут все собрались? — я посмотрел на Абеля. — Я могу идти?
— Снова будешь заливаться? — Абель явно не сдержался и тут же цокнул зубами, осознав, что зря это спросил. Но я его за это не винил.
— Нет, Абель. У меня другие планы. Я ведь уже говорил, что собираюсь найти способ изменять свою внешность без потери силы или рассудка. Пока это невозможно, но я буду думать. Сидеть у себя в кабинете и думать. И раз вы переживаете за моё состояние, пить я больше не буду. Обещаю. Всё, я могу идти?
Абель промолчал, о чём-то серьёзно задумавшись, а остальные просто не подобрали слов и кивнули головами. Когда я уже поднимался из-за стола, Абель вдруг меня окликнул:
— Цербер! Постой!
— Чего ещё? — я вопросительно и слегка устало посмотрел на Абеля. — Курить тоже не буду, если ты об этом. Трезвый разум! — я постучал себя пальцем по виску.
— Да не! Я не об этом! — Абель отмахнулся и посмеялся. — Я о том, как тебе изменить свою внешность. Почему ты до сих пор меня об этом не спросил? Я ведь часто бываю в городах и могу попробовать узнать через Рузира об этом.
— Можешь попытаться, но всякие зелья я пить не стану. — я дёрнулся, вспомнив события в хромой лощине. — Был неприятный опыт, больше не хочу.
— Хорошо, без зелий. — ответил Абель и подскочил с места, направившись к выходу.
— Ты куда? — удивлённо произнёс я вслед драконолюду, уже выбегающему из таверны.
— Искать способ тебе помочь! — прокричал он напоследок и покинул таверну.
— Во даёт. — произнёс я и посмотрел на оставшихся драконолюдов. — А вы чего бездельничаете?
Выпрямившись по струнке, дракнолюды все как один кивнули и пошли на выход. Посмотрев им в след, я решил не терять момент и пошёл к барной стойке, за которой стояла Хлоя и её помощница. Раз уж оказался здесь, то стоит хоть перекусить.
— Привет, Хлоя. — учтиво произнёс я, подходя к барной стойке, и постучал три раза по столу. Это был наш условный сигнал к тому, что мне нужно пополнить мою жажду крови.
— Пойдём. — Хлоя поставила в сторону стакан, который полировала до блеска и закинула на плечо полотенце, после чего открыла погреб, находившийся за барной стойкой и начала спускаться внутрь.
Уже как целый месяц я не покидал поселение, а моя жажда крови никуда не делась. Я научился её подавлять благодаря кристаллу жатвы, который мы переместили из Вельдегора в Громыхающий. Оказалось, что если периодически его включать, заперев меня при этом с ним в одной комнате на полчаса, то я мог постепенно привыкать к его действию, а сама жажда крови ослабевала. Эту идею мне предложил Эхот и я был безмерно
