Читаем без скачивания Посланник Ориона - Людмила Милославец

Поначалу, когда я смотрел на танцующую девушку, мне хотелось выпить всю её кровь. До последней капли. Но что-то удерживало меня от рокового шага. Оставаясь в одиночестве, я давал себе слово прекратить это безумие, но снова и снова возвращался к ней. Затем мне уже расхотелось её убивать. Я лишь страстно желал сжимать в объятиях, ощущать её тело, любить до самозабвения. Я был готов сразиться со всеми вампирами, которые приходили посмотреть на нее. Меня раздирало невыносимое чувство ревности к тем мужчинам, что сидели и глазели на нее. Я наблюдал за ними, стараясь выявить своего счастливого соперника, но цыганка, казалось, никому не отдавала предпочтения. Она всё так же кружила по залу, присаживалась то к живым, то к вампирам, и я не заметил ни одного тайного знака или намёка на влюблённый взгляд.

Тогда я стал подстерегать её после выступления, стоя за углом таверны. Я хотел узнать, кто провожает её. Но как ни старался, так и не смог выяснить, когда же она покидает заведение мадам Оли. Официантки, с которыми я заводил разговор о Ратри, отшучивались или делали такие круглые глаза, как будто я спрашивал что-то совершенно неприличное. Решив узнать о девушке у самой хозяйки таверны, я вспомнил, что уже несколько дней не видел её, что было совсем не в её правилах: она любила лично приглядеть за порядком в зале.

Тревожное чувство надвигающейся опасности толкнулось в груди. Безумная страсть так поглотила меня, что последнее время я не замечал ничего вокруг себя. Я посмотрел на Ишу. Он сидел у моих ног, напряжённо навострив уши и подрагивая кончиком хвоста, что было явным признаком беспокойства. Внимательно приглядевшись, я понял, что в зале не хватает нескольких вампиров-завсегдатаев, которые никогда не пропускали выступление цыганки.

Прежде Ратри не уделяла мне ни малейшего внимания. Она танцевала и пела, кружась по залу и присаживаясь к столикам, но ни разу даже не взглянула в мою сторону. Сегодня случилось что-то невероятное. Как только она взошла на сцену и запела, её взгляд неотрывно следил за мной. В глазах было столько мольбы и отчаяния, что я сразу понял: ей грозит опасность!

Ратри танцевала, кружа по залу и постепенно приближаясь к моему столику. Взмахнув краем юбки, она взглянула на меня и незаметно уронила клочок бумаги под занавес кабинета. Умирая от нетерпения, я едва высидел до конца её выступления, чтобы не привлекать внимания, а затем поспешно, по своему обыкновению, ушёл из таверны. Выйдя на улицу, я тотчас развернул записку.

«Господин де Морель, умоляю Вас, немедленно уезжайте из Норфолка. Я знаю кем Вы являетесь и Вам грозит опасность! Мне, увы, уже нельзя помочь, но Вы ещё можете спастись.

Непрестанно думающая о Вас, Ратри.»

Радость от её признания (она думает обо мне) смешалась с острой тревогой – она в опасности! Нужно немедленно что-то предпринять. Но что? Если бы я хоть знал, от кого исходит угроза! Ночью Ратри не покидает таверны и в номерах не остаётся – это я выяснил точно. Значит, она уходит утром. Нужно дождаться утра и узнать, куда она отправляется. Я осмотрелся: вокруг таверны была обширная рыночная площадь. Спрятаться негде. И вдруг мне в голову пришла замечательная идея.

Я подъехал к «Ржавому якорю», когда часы на башне пробили полночь. В таверне было как всегда шумно. Ратри пела весёлую песню о моряках, но я мог поклясться, что голос её при этом был грустным. Не останавливаясь, я на всем скаку ворвался в зал и подхватил девушку на руки. Её запах ворвался в мои лёгкие, и я на миг потерял способность думать, но Атер, к счастью, взвился на дыбы и рванулся к выходу. Через миг мы были уже на улице. За нашими спинами слышались выкрики, брань, свист и выстрелы. Я задержал дыхание и отстранился от девушки как можно дальше. Ещё через несколько минут Атер остановился у моего тайного дома, стоявшего в густом лесу на берегу Атлантического океана.

Я соскочил с седла, всё ещё не дыша, бережно опустил Ратри на землю и поспешно отошёл в сторону. Её близость заставляла моё сердце дрожать от радости и желания, но неожиданно для себя я понял, что не сделаю ей ничего плохого. Долгие посещения таверны, наблюдения за девушкой, мои переживания сделали своё дело – я научился сдерживать свои вампирские порывы. Я медленно вдохнул. Её запах вскружил голову, но усилием воли я заставил себя не поддаться искушению.

Иша показался из дверей дома и, подбежав к девушке, ткнулся в её юбку носом. Но неожиданно оскалившись, он отскочил в сторону и припал к земле.

– Иша, прекрати сейчас же, ревнивец ты этакий! – взмахнул я рукой на пантеру. – Что это с тобой?

Иша обиженно рыкнул и, отвернувшись, не спеша направился к дому.

– Проходите, Ратри, здесь вам ничего не будет угрожать.

Ратри опасливо посмотрела вслед Ише и нерешительно опустила голову. Я подошёл к ней. Она была такой маленькой, что её голова едва достигала моего плеча. Тоненькая фигурка в пышном цыганском наряде, смоляные волосы, рассыпанные по плечам. Девушка казалась такой беззащитной и хрупкой, такой доверчиво-мягкой, что у меня появилось острое желание защитить её от всех невзгод.

– Ратри, – позвал я негромко, – клянусь, вам больше никто и никогда не причинит зла. Я не позволю этому случиться. Вы верите мне?

– Да, господин, я верю вам, – девушка присела в реверансе, не поднимая головы.

Я был потрясён: она приняла меня за одного из тех мужчин, что позволяют себе относиться к женщине как к рабыне.

– Ратри, – я осторожно притронулся к её руке. Она подняла голову и взглянула на меня. В её взгляде было столько чувства, что мне стало не по себе. Её глаза говорили о безграничном доверии, таком по-детски чистом и невинном, что мой голос неожиданно осёкся, – запомните, в этом доме вы в безопасности.

Я вдруг подумал, что она совсем ещё ребёнок, несмотря на то, чем ей, возможно, пришлось заниматься. И мне стало так стыдно за свои тайные желания, что спазм перехватил горло.

– Сколько вам лет? – спросил я хрипло, убирая руку.

– Шестнадцать, но мой хозяин заботился обо мне, и я выгляжу моложе, – ответила девушка.

– Вы цыганка? Как вы попали к своему хозяину и кто он?

– Я испанка, но меня с колыбели воспитывали цыгане. Мои родители умерли, когда я была ещё младенцем, и меня воспитал цыганский табор. Приёмная мать говорила, что в смерти моих родителей скрыта какая-то тайна и что мне ещё предстоит её узнать. Но однажды на наш табор напал вампир и всех истребил, осталась только я. Хозяин сказал, что моя кровь особенная и он охотился за мной много лет. Он говорил, что моя кровь столь чистая и древняя, что позволяет ему заглядывать в далёкое прошлое. Я не знаю, что он имел в виду, но он очень берёг меня и пользовался моей кровью крайне редко.

– Как же берег, – буркнул я, – и выставлял напоказ перед сборищем пьяных мужиков.

– Нет, он добрый,… по-своему. Я сама уговорила его дать мне возможность танцевать. Танец – единственное, что утешает меня. После танца моя кровь становится особенной. Он знает это и поэтому изредка разрешает мне танцевать. Мы часто переезжали, и иногда я выступала в тавернах.

– Вы написали, что мне грозит опасность. Какая?

– В Норфолке объявился охотник.

– Охотник?

– Да. Чёрный Охотник. Мой хозяин давно знает о нём. Как только он пришёл, хозяин сбежал, а меня оставил на время – так безопаснее и для меня, и для него.

– Ничего не понимаю. Как это может быть безопасней? – признался я.

– Я тоже не знаю, но так случалось уже несколько раз. Хозяин сбегал, я оставалась, а через пару недель охотник, подчистив местечко, уходил, и хозяин возвращался за мной.

– Почему же вы не скрывались от хозяина?

– А куда мне идти? У меня никого нет. И он не обижал меня.

– Как же «не обижал» – а кровь?

Девушка пожала плечами:

– Так он же не часто брал её, и потом, другим в рабстве приходится намного хуже моего, – Ратри повернулась и протянула руку к Атеру.

– Погодите, это опасно! – воскликнул я, – Он никого не подпускает к себе.

Но огромный жеребец сам потянулся навстречу девушке и уткнулся в её ладонь бархатными губами. Девушка потрепала его по загривку, запустила пальцы в шелковистую гриву, нашёптывая что-то на ухо. Я стоял, поражённый этой сценой.

– Я люблю лошадей, и он это почувствовал. Он никогда не обидит меня. Верно, мой друг? – Ратри ещё раз погладила коня по длинной изогнутой шее.

– Прошу вас в дом, – пригласил я девушку, – проходите. Джек приготовил вам комнату, но прошу извинить нас, мы старые холостяки и не очень разбираемся в том, что нужно для юной леди.

– Ратри удивлённо взглянула на меня:

– Леди? Вы считаете меня равной себе?

– Конечно! – воскликнул я искренне, – я с первого взгляда увидел, что вы не принадлежите к цыганскому роду, а ваш рассказ только подтвердил мои догадки. Я обещаю вам, Ратри: мы разгадаем тайну вашего рода. Девушка улыбнулась и согласно кивнула головой.