Однако все это еще было далеко впереди, когда Роберт и Вирджиния встретились в школе Гофманна. В течение нескольких последующих лет оба они будут выставлять свои Работы в галерее Пегги Гуггенхайм «Искусство этого века», а Вирджиния продаст одно из своих полотен — «Композицию», в Музей современного искусства в Нью-Йорке, оказавшись первой из художников ее поколения, кому это удалось. Картина была куплена за 100 долларов, совсем небольшую сумму, но Пегги Гуггенхайм посоветовала Вирджинии не торговаться, поскольку картина уходит в музей и к тому же это у нее первая продажа.
Эдмирал и Де Ниро были странной парочкой: он — легко воспламеняющийся итало-ирландец, она — в высшей степени независимая интеллектуалка. Но подходили они друг другу или нет, в Провинстауне, или «Пи-Тауне», как обозначали это местечко студенты Гофманна, их считали блестящей парой. Они были в числе лучших студентов и привлекали к себе всеобщее внимание в той атмосфере, где художника могли либо возносить до небес, либо полностью игнорировать. Их соученики вспоминают некую незримую ауру грядущего величия вокруг этой пары, пользующейся уважением учителей и мастеров.
Однако, несмотря ни на что, все это не могло продлиться долго.
2. По утрам в Челси
В Америке вехи XX века определяются историческими местами настолько же, насколько и ее выдающимися людьми. Вашингтон времен Рональда Рейгана и политика этого президента характеризуют восьмидесятые годы, семидесятые годы — это апогей антивоенного движения и всеобщей политизированности, в шестидесятые главной приметой времени являлись пришедшие из Сан-Франциско мотивы: хиппи, любовь и наркотики. Но в первые годы после второй мировой войны американское общество обращало свои взоры прежде всего на Нью-Йорк, и в особенности — на Гринвич Виллидж.
Когда родился Роберт Де Ниро-младший, Америка вот уже два года как вступила в войну. И еще два года оставалось до того, как атомные бомбы упадут на Хиросиму и Нагасаки, установив тем самым неустойчивый мир и введя человечество в атомную эру и «холодную войну». Окончание войны прибавило активности и энергии Соединенным Штатам, которые уже однозначно готовились играть роль мирового полицейского. В те времена жить было страшно интересно, если ты американец. Кажется, тогда не было ничего такого, чего бы Америка не могла, и о чем не мог бы мечтать даже самый заурядный американец. Эта активная жизненная философия поколения, родившегося сразу после войны, обещала манящие перспективы для «сердитых молодых людей» или «шумных детей» («Baby Boomers»). Де Ниро родился двумя годами раньше и формально к этому поколению не принадлежал, но сложился он под влиянием тех же условий.
Роберту Де Ниро-старшему исполнилось всего девятнадцать, когда Америка вступила в войну. Под угрозой призыва в армию Роберт и Вирджиния Эдмирал решили пожениться в январе 1942 года. Их материальное положение было, мягко выражаясь, неутешительным. Эдмирал подрабатывала случайными машинописными работами для писателей, а летом в Провинстауне они собирали ягоды на продажу… Роберт короткое время работал на рыбозаводе. Они оба получали по 15 долларов в месяц от Хильды Ребей, директора небольшого Музея Гуггенхайма. Осенью 1942 года Ребей выдала Де Ниро черный костюм и устроила на работу в музей: от него требовалось по нескольку часов в день сидеть за конторкой и отвечать на вопросы визитеров. За это он получал 35 долларов в неделю. Это было примерно втрое больше того, на что они жили раньше, так что финансы их больше не тревожили. Де Ниро сговорился с Джексоном Поллоком и несколькими другими художниками, чтобы по очереди спать по ночам в музее для охраны картин.
В компаниях, где вращались Роберт и Вирджиния, о рождении детей никто и не задумывался, и тема эта была совершенно непопулярной. Однако в октябре 1942 года Вирджиния присматривала за своим новорожденным племянником и была очарована малышом. В ней проснулись материнские инстинкты, и 17 августа 1943 года у нее родился Роберт Де Ниро-младший.
К этому времени молодые супруги разыскали квартиру на последнем этаже трехэтажного дома на Бличер-стрит, 200, напротив кафе «Сан-Ремо», за невероятно скромную сумму в 22 доллара в месяц. Квартиру перегородили, и образовалось две большие студии и спальня. Умывались они в чане для белья на кухне и, поскольку в квартире не было центрального отопления, установили два мощных нагревателя, по одному в обе студии.
Отсутствие центрального отопления супруги сполна компенсировали тем, что обобщенно можно назвать «радостями жизни». Здесь вечно толпилась богема, и маленький Де Ниро часто ползал по полу между ногами знаменитых впоследствии представителей культурной и артистической элиты Нью-Йорка. Вечно были гости и постоянно — кофе, его даже иногда подавали в плошках для уксуса… В верхнем этаже на Бличер-стрит, 200, в 1943 году можно было запросто встретить художницу Марджори Макки, критика Клемента Гринберга и уж конечно Роберта Дункана.
Лишь только начав ходить, малыш Де Ниро выявил огромный запас энергии. В расположенном поблизости парке люди всегда с удивлением оборачивались, глядя на его кульбиты. В детском саду «Гринвич Хаус» он тоже показал себя невероятно подвижным и бесстрашным — он был самый маленький из тех, кто рискнул кататься с горки…
Однако, когда малышу исполнилось два года, все полетело вверх тормашками — его родители разошлись. Ни Роберт Де Ниро-старший, ни Вирджиния Эдмирал никогда не высказывались официально относительно своего разрыва, который, во всяком случае в первое время, был далеко не мирным… В лондонской газете «Обсервер» в 1977 году появилась статья, где цитируется анонимный источник, утверждающий, будто разрыв родителей Де Ниро произошел из-за вмешательства в их жизнь некоего психиатра, который сам был несостоявшимся художником. Это мало похоже на правду, поскольку упомянутый в статье психиатр был сторонником Фрейда, а значит, не в его правилах было оказывать давление на своих пациентов. Каковы бы ни были причины этого разрыва, Де Ниро и Эдмирал не желали их публичной огласки.
Несколько месяцев малыш прожил у дедушки и бабушки в Сиракьюзе, пока решался вопрос о передаче опеки над ребенком. Именно тогда его и крестили по католическому обряду, против желания родителей. Его отец оставил церковь в двенадцать лет, а мать, хоть и была пресвитерианкой по крещению, уже давно тоже стала атеисткой. Разрыв этой блестящей пары породил в тесном артистическом кружке своего рода скандал, конец которому положил лишь официальный развод в 1953 году. С учетом тогдашнего общественного климата (для женщины было почти невозможно подать на развод и выиграть иск, за исключением случаев супружеской измены) мы можем предположить, что в конце концов Де Ниро согласился на неофициальный развод по обоюдной договоренности, что позволяло исключить обвинения в супружеской измене.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
