Идея была вымыслом, не претендовавшим на научность, однако, уже в конце семидесятых советские физики Алексей Старобинский и Вячеслав Муханов заложили основы теории космической инфляции для объяснения природы микроволнового фона и образования Вселенной. Впоследствии теория инфляции получила развитие благодаря исследованиям Андрея Линде, Алана Гута и многих других физиков. Получено уже столько надежных подтверждений этой теории, что мало кто из физиков сомневается сейчас в ее справедливости.
Инфляция — это расширение пространства со скоростью, во много раз превышающей скорость света. Принцип относительности не нарушается, поскольку расширяется само пространство, для чего ограничений скорости не существует.
На принципе «уничтожения пространства» перед звездолетом «работают» так называемые WARP-двигатели, описанные в сериале «Звездный путь». Само же физическое явление искривления и сжатия пространства описано мексиканским физиком Мигелем Алькубьерре в 1994 году. Эта идея не противоречит известным законам природы, но так же далека от технического осуществления, как идея путешествия сквозь кротовые норы.
* * *
Перечислю для полноты картины еще несколько идей, достаточно безумных, но физически, тем не менее, корректных.
Во-первых, это звездолеты фон Неймана. Известный математик в шестидесятые годы прошлого века предложил идею самовоспроизводящихся компьютеров (машин Тьюринга), которую можно использовать и для исследования дальнего космоса: речь идет о воспроизводящих себя звездолетах. На Земле конструируют один-единственный аппарат, способный достичь ближайшей звезды и там, пользуясь «местными природными ресурсами», создать несколько своих копий. Копии отправляются к другим звездам, и там, в свою очередь, создают новые десятки (или больше) копий, также отправляющихся в путешествие. Процесс развивается лавинообразно (закон размножения подобен уже упоминавшемуся закону Мура), и через десяток поколений миллиарды космических аппаратов летят каждый к своей звезде. Если эти звездолеты-роботы будут способны развивать субсветовые скорости, то через сотню тысяч лет около всех звезд Галактики будут обращаться такие аппараты, проводя исследования и передавая сведения на Землю.
Интересный парадокс связан с тем, что советская наука, как и фантастика, были полвека назад практически отрезаны от западных источников информации. Советская фантастика опережала советскую же науку, не подозревая о том, что на «загнивающем Западе» эти идеи уже были предметом научного рассмотрения. Так произошло с идеей Генриха Альтова о звездолетах, летящих на острие луча лазера, расположенного на Земле. Рассказ «Ослик и аксиома» опубликован в 1966 году, а работа американского физика Роберта Форварда — в 1962, о чем советский писатель, естественно, не знал. Аналогичная история приключилась со мной и моим соавтором Романом Леонидовым. В 1970 году мы опубликовали в сборнике «Только один старт» одноименный рассказ, научно-фантастическая идея которого была нова для советской фантастики (и науки), но в точности повторяла идею размножающихся звездолетов фон Неймана.
* * *
Еще одна достаточно безумная фантастическая идея: полная перезапись человеческого сознания (возможно, и всей информации об организме) на электронные носители. Информацию кодируют и в пространство отправляют лазерный луч, в котором эта информация содержится. В точке прибытия информацию декодируют и восстанавливают полную копию человека, «отправленного» с Земли. Для такого «лучевого космонавта» время в полете равно нулю, однако для внешнего наблюдателя не отличается от времени полета «обычного» субсветового звездолета. Однако, чтобы отправить в другую звездную систему запись человека, нужно сначала обычным способом переправить туда необходимую для восстановления космонавта аппаратуру. При всей своей фантастичности, идея эта не несет качественной новизны. Во всех перечисленных случаях «освоение» Галактики займет все те же десятки и сотни тысячелетий.
* * *
Есть ли у человечества столько времени?
Падение гигантского метеорита, способного погубить цивилизацию, может произойти когда угодно. Известные науке астероиды движутся по просчитанным орбитам и однозначной опасности не представляют. Реально опасные астероиды или ядра комет — это объекты облака Оорта или пояса Койпера, расположенных за орбитой Нептуна. Будучи обнаружен, «смертельный» астероид достигнет Земли через считанные недели или месяцы. Покинуть планету все человечество не успеет, но можно изменить орбиту астероида, взорвав десяток-другой водородных бомб на его поверхности. Доставить бомбы к месту подрыва можно и нынешними тяжелыми ракетами — как это было показано в американском фантастическом фильме «Армагеддон».
Человечество наверняка ждет гибель, когда Солнце станет красным гигантом и расширится до земной орбиты. Но это случится через несколько миллиардов лет, и нет смысла сейчас прогнозировать, как это будет происходить. То же самое можно сказать о катастрофе из-за очень близкого прохождения какой-нибудь звезды, столкновения нашей Галактики с соседней, близкого взрыва Сверхновой. Миллионы и миллиарды лет, отделяющие нас от подобной катастрофы, позволяют пока не задумываться о ее предотвращении, поскольку (если человечество прежде само себя не погубит техногенной катастрофой или войной) возможности наши через такой огромный промежуток времени будут несопоставимы с нынешними — гораздо более несопоставимы, чем сравнение возможности обороняться у пещерного человека и современного суперсолдата.
* * *
Означает ли это, что перспективы космической экспансии человечества весьма пессимистичны?
Нет, конечно.
Читатель ошибается, если думает, что я призываю отказаться от совершенствования химических ракет, от создания ядерных, аннигиляционных, фотонных и прочих двигателей, от освоения Луны, Марса и других планет Солнечной системы в ожидании явления будущей безумной и верной идеи. Напротив, жизненно необходимо совершенствовать нынешние ракеты, летать на Луну, Марс! Качественно новые идеи возникнут и будут восприняты обществом только тогда, когда описанная выше кривая развития выйдет на насыщение, чего пока не наблюдается.
У советского писателя-фантаста Георгия Шаха был рассказ «Если бы ее не уничтожили» — о том, как изобретатель в Древнем Риме построил «самодвижущуюся паровую колесницу», которую уничтожили неблагодарные сограждане. Так и должно было произойти: эпоха пара началась лишь в XIX веке, а время «самодвижущихся колесниц» — в начале века ХХ…
* * *
А что относительно второй цели: контактов с внеземными цивилизациями?
Ученые подсчитали, что для зарождения и, главное, последующего развития жизни на Земле нужно было совпадение такого огромного числа самых разных условий, что вероятность такого процесса близка к нулю. Из этих оценок родился сильный антропный принцип, утверждающий, что Вселенная очень точно «заточена» именно для нашего разума. «Вселенная такова, потому что в ней существуем мы». Предположение о том, что во Вселенной существует второй такой же разум или в точности такая же планета — очень смелое и, вообще говоря, спекулятивной допущение, несмотря на то, что в Галактике существуют десятки миллиардов планет, а во Вселенной — сотни миллиардов галактик.
Предвижу возражение. При оценке вероятности разумной жизни ученые имеют в виду жизнь и разум гуманоидного типа. Но почему не быть разуму на совершенно других принципах? Правда, мы покидаем область науки, которая пока не знает иных форм жизни, и обращаемся к фантастике, но ведь именно фантасты часто предвидят и описывают то, к чему ученые еще реально не подошли. Принципиально отличные от нашей формы жизни описывал Станислав Лем («Солярис», «Непобедимый», «Эдем»). В последнем своем фантастическом романе «Фиаско» Лем подводит черту под раздумьями о внеземном разуме. Контакт с таким разумом, скорее всего, невозможен, а еще вероятнее — попросту бессмыслен.
