Никогда прежде Алексей не уезжал так надолго. Девушка гадала, изменился ли он. Когда он отправился в Канаду за мехом, она и представить не могла, что пройдут годы, прежде чем они снова увидятся. Элис помнила их прощание так отчетливо, будто это случилось вчера.
Алексей посмотрел на нее со своей обычной самоуверенной улыбкой:
— Станешь ли ты уже носить кольцо, когда я вернусь назад?
Элис тут же поняла, что он имеет в виду, но быстро оправилась от удивления и уклончиво ответила:
— Я всегда ношу кольца.
Она задумалась, удастся ли какому-нибудь необыкновенному англичанину завоевать ее сердце до возвращения Алексея. Она очень на это надеялась!
— Я не о бриллиантах говорю!
Он опустил густые черные ресницы, скрыв от нее выражение голубых глаз.
Элис пожала плечами:
— У меня же так много поклонников, Алекси. Полагаю, что получу немало предложений о замужестве, а отец поможет мне сделать правильный выбор.
Молодой человек тоже пожал плечами:
— Не сомневаюсь, что Девлин проследит за тем, чтобы ты сделала хорошую партию.
Взгляды их встретились. Элис подумала о том, что однажды отец непременно найдет ей превосходного жениха. Она подслушала разговор родителей на эту тему и знала, что они хотят, чтобы дочь их вышла замуж по любви. Чего еще можно желать девушке?
– Если мне не сделают предложения, я буду глубоко оскорблена, — заявила Элис, искренняя в каждом сказанном ею слове.
— Разве тебе недостаточно того, что ты постоянно окружена воздыхателями?
— Надеюсь, что к тому времени, когда мне исполнится восемнадцать, я уже стану замужней дамой! — воскликнула Элис.
У нее день рождения осенью, то есть через полгода, — и Алексей в то время все еще будет в Канаде. Сердце девушки странно заныло. Она отогнала от себя неприятное чувство испуга и, одарив Алексея широкой улыбкой, взяла его за руки:
— Какой подарок ты привезешь мне на этот раз?
Возвращаясь из очередного плавания, он всегда привозил для нее какой-нибудь сюрприз.
Помолчав немного, молодой человек произнес мягко:
— Это будет мех русского соболя, Элис.
Она удивилась:
— Но ты же отправляешься в канадский Квебек!
— Я знаю, куда держу путь, — глядя прямо ей в глаза, ответил Алексей. — Но привезу я тебе именно русского соболя.
Элис фыркнула, уверенная, что Алексей просто поддразнивает ее. Он лишь ухмыльнулся. Попрощавшись с остальными членами ее семьи, он пошел прочь из гостиной, а сама девушка поспешила к чаю, зная, что ее с нетерпением ожидают кавалеры…
Алексей пробыл в Канаде несколько месяцев, очевидно испытывая трудности с грузом, который должен был доставить домой. Наконец, он отправился в Ливерпуль, но не задержался там надолго, сразу же отплыв на острова за сахарным тростником. Элис была удивлена и даже разочарована.
Девушка никогда не сомневалась, что Алексей пойдет по стопам своего отца. Клифф де Уоренн был владельцем одной из самых процветающих морских транспортных компаний, и его сын с ранних лет выходил в море вместе с ним. Нетрудно было понять, что, когда Клифф удалится от дел, Алексей унаследует прибыльные торговые маршруты, по которым станет доставлять самые выгодные грузы, как это прежде делал его отец. Молодой человек стал командовать своим первым судном в возрасте семнадцати лет. Элис была дочерью отставного капитана флота, поэтому отлично понимала любовь Алексея к морю — она была у него в крови. Мужчины, подобные Клиффу де Уоренну и ее отцу Девлину О'Нилу — а также и Алексею, — не могли долгое время оставаться на суше.
Как бы то ни было, Элис ожидала, что, посетив Восточную Индию, Алексей вернется домой. Он всегда возвращался рано или поздно. Но вместо этого после ремонта корабля в Ливерпуле он снова отправился в плавание — на этот раз в Китай!
Элис не на шутку заволновалась, узнав, что Алексей на своем судне «Ариэль» нанялся в Ост-Индскую компанию, имеющую монополию на торговлю с Китаем. Даже находясь в отставке, Девлин О'Нил часто давал консультации в Адмиралтействе и Министерстве иностранных дел по вопросам имперской и морской политики. За последние несколько лет Элис слышала самые разнообразные слухи о торговле с Китаем. Воды Китайского моря были опасны, потому что большая часть территории до сих пор оставалась неизведанной и не нанесенной на карты. Существовала вероятность напороться на скрытые рифы или сесть на мель, не говоря уже о муссонах и тайфунах. Плыть по Китайскому морю в эту загадочную страну не составляло труда, особенно при условии попутного юго-западного муссона и отсутствии столкновений с подводными рифами. Плыть же в обратном направлении, то есть домой, да еще и с грузом, становилось трудно и рискованно. Но Алексей полагал, что риск является самой захватывающей частью путешествия! Алексей де Уоренн был бесстрашным и любил принимать брошенный ему вызов — уж кому, как не Элис, это знать.
Похоже, девушка зря волновалась о нем. Прошлой ночью — в полночь, если говорить точнее, — Ариэлла прислала ей со слугой записку, в которой говорилось, что Алексей только что прибыл в Уиндхэвен. Элис была поражена, узнав, что молодой человек приплыл в Ливерпуль несколько дней назад, имея на борту своего судна пять с половиной тонн шелка и чая. Путь из Кантона[1] занял у него всего сто двенадцать дней — подвиг, о котором ходило много слухов. Элис понимала, что для капитана, впервые следовавшего этим маршрутом, развить такую скорость было немыслимо. В следующий раз, доставляя товары из Китая, Алексей сможет рассчитывать на самую высокую оплату своих услуг. Элис не сомневалась, что он непременно станет хвастаться этим.
Девушка в последний раз посмотрелась в зеркало и снова одернула лиф платья, отлично понимая, что мать не одобрит подобной смелости в наряде. Она была признанной красавицей, и все ее поклонники были очарованы ее внешностью и светлыми волосами. Элис неоднократно повторяли, что она унаследовала черты и матери, и отца: миниатюрным ростом и фиалкового цвета глазами она пошла в мать, а золотистыми волосами — в отца. За последние два года у нее было множество воздыхателей и пять предложений руки и сердца, но она всем отвечала отказом, несмотря на то что ей уже исполнилось двадцать лет, а отец не возражал против замужества дочери. Элис надеялась лишь, что Алексей не станет насмехаться над ней за то, что она все еще ходит в девушках. Возможно, он и не вспомнит, что она намеревалась выйти замуж в восемнадцать лет.
