Читаем без скачивания Selfie - Антон Калюский

Вечер пятницы заманил нас в «Пражский двор» – душевный пивной ресторанчик с собственной пивоварней и прекрасной кухней. Особо популярным это заведение было по причине его территориальной близости к ночным клубам, которые мы с друзьями любили посещать. Бесконечно опаздывающий Олег явился с Борисом – нашим общим другом, вечно помогающим нам с Олегом познать пределы нашей дружеской жертвенности, затягивая нас в различные неприятности. Следом за Борькой зашла какая-то невиданная мной ранее девица, которая с трудом была мной замечена за стойкой администратора у входа по причине своего жалобно низкого роста. Разглядев эту «куколку» поближе, я был удивлён органичному сочетанию прелестной утончённости контуров её лица, мягких выпуклых губ и аккуратных веснушек, смягчающих некоторую выраженную строгость её взгляда. Олеся, как впоследствии представил её Борис, оказалась его коллегой. Было странным со стороны Бориса взять свою коллегу на нашу пивную встречу, поэтому мне сразу стало ясно, что вряд ли между ними проносятся только лишь рабочие отношения. Борис, при всей своей видимой легкомысленности, достаточно избирательно подпускает к себе близко новых людей и не имеет привычки знакомить его редких пассий со своими друзьями, поэтому Олесе мои домыслы прибавили дополнительные баллы. Душевные разговоры, облегченные столь приятными хмельными нотками местного тёмного пива, достаточно быстро включили в нашем сознании «режим выходного дня». Некоторую неловкость нашим шумным разговорам придавало лишь Борькино молчание, на которое обратила внимание и отметила этот момент милой шуткой официантка, которой, к слову, в нашей компании это было позволительно. Борьку официантка Лиля знала давно, и ей не раз приходилось терпеливо выслушивать его хмельные исповеди. Пусть Борька и действительно не подпускал к себе близко новых людей, но душевно побеседовать с каким-то случайным прохожим после пары кружек пива было для него горячо любимым занятием. А слушать Лилька умела. Кстати, той удачной шуткой, которую очень вовремя бросила Лиля, была её лёгкая насмешка тем, что Борька так покладисто соглашался с заказами Олеси, которые она, не скромничая, делала и за него, и за себя. Пусть всё же, несколько застеснявшись тогда, Борьке удалось отшутиться и, наконец, включиться в наш разговор. Разговор этот стал похож на лай диких собак, когда я, возвращаясь с туалетной комнаты, понял, как громко мы шумели. Разбавить наш хор удалось лишь Раме, который присоединился к нам на третьем часу нашей встречи. Прибытие Рамы, как мы дружественно звали Рамиса Бабаяна – нашего армянского друга, всегда можно было заметить по резкой собранности незнающей его мужской части заведения, представители которой, видя его, резко сдают в своей уверенности. Рамис не то чтобы был каким-то громилой или напоминал бандита, с кем часто ассоциируются в нашей стране представители Кавказа, просто его жёсткий образ в сочетании с неповторимой убийственной выразительностью его взгляда и твёрдостью движений заставлял людей на миг задерживать дыхание, что создавало всегда нарастающее временное молчание в местах, куда он являлся. Такое же неожиданное и непривычное нам молчание мы заметили при виде Рамы в поведении Олеси, которая, к слову, была самым активным собеседником этим вечером. Пивом Рамиса заманить было невозможно, собственно, также невозможно было отказывать поступающим от него предложениям. А предложил он перебраться в «Лайки» – ночной клуб, славящийся своим шикарным интерьером с преобладающим в нём кровно-красным оттенком и одноимённым стрип-шоу, традиционно проходящим ровно в полночь, на которое с армейской пунктуальностью так любил приходить Рамис. Рассчитавшись за ужин и договорившись с Лилей о встрече в «Лайках» после завершения её смены, мы с нескрываемым чувством благодарности покинули «Пражский».

Бутылка «Jack Daniels», фрукты и кальян, заряженный уже каким-то пряно-мятным табаком и гранатовым соком – всё это, изящно сервированное на невысоком столе, окружённом шикарным кожаным диваном, в элит-зале клуба, куда провёл нас Рамис, заставило нас быстро забыть про пивной галдёж. Теперь уже, признав в себе некоторое чувства долга перед Рамисом, замолчали все. Когда Рама объяснил всё происходящее покупкой нового автомобиля, все дружно приняли его торжественную щедрость и без лишнего стеснения принялись погружаться в удачно созданную им атмосферу.

Пропустив стаканчик виски, сопровождавший просмотр полуночного стрип-шоу, я и не заметил, как компанию нашу пополнили новые незнакомые мне люди. Отлучившись от всех на некоторое время, чтобы встретить Лилю с подругой, я вернулся в элит-зал. Всегда удивлялся бесконечной энергии Лили, которая, отбегав десять часов на работе, умудрялась выходить с неё столь же бодрой с виду, как я после трёх кружек полюбившегося мне крепкого марокканского кофе, ещё и эффектно танцевать после этого в клубе.

Незнакомые мне два парня и девушка показались очень весёлыми. Новая девушка сразу нашла общий язык с Лилькой, когда разглядела у неё кольцо с цитрином в редкой по её словам огранке, обозначенная уникальность которой впоследствии удивила даже Лилю. Обоих парней звали Алексеями. С ними мы быстро наладили контакт, когда обсудили, прошедшее стрип-шоу. Алексей, который, кстати, акцентировано продиктовал своё имя при знакомстве в полной его форме, тогда как второй попросил назвать его Лёха, следуя его словам, был в своё время дважды финалистом чемпионата России по вольной борьбе. Судя по тому, что это была единственная из обозначенных им заслуг, чемпионом ему стать так и не удалось. В окружении Рамы постоянно были спортсмены, поэтому я легко научился поддерживать разговор с представителями разных спортивных дисциплин, тогда как сам кроме бокса и футбола я особо ни в чём не разбирался. Олег, Алексей и я были уже достаточно пьяны, поэтому в танцах пробовать себя так и не стали. Зато дружно обсудили субботний выезд на базу отдыха в сосновом бору, куда нас гостеприимно позвал Алексей. Переборов лёгкий секундный дрём после достаточного уже, вероятно, для меня количества выпитого виски, я пошёл искать на танцполе Лильку. Сделав для устрашения несколько серьёзный вид, который так с трудом мне давался, учитывая моё состояние, я принялся разглядывать наших девочек среди других танцующих, ожидая, что мне придётся отбивать их от пристающих к ним каких-нибудь упитых придурков. Но мне было суждено успокоиться. Девочки наши, действительно привлекающие своей яркостью внимание всех стоящих в округе парней, танцевали рядом с Рамой. Это был далеко не первый раз, когда я видел Рамиса танцующим, но каждый такой раз я удивляюсь его умению беззаботно расслабляться, сохраняя при этом свою серьёзность. Попробовав лениво потанцевать с ними, я всё же не стал забирать у себя последние силы и, пригласив с собой Лилю, пошёл наверх. Глядя в уже несколько уставшие глаза Лили, было интересно понять, была ли она настолько пьяна или всё же её, наконец, покинули, казалось бесконечные, силы. Не став увлекаться догадками, я предложил ей уехать. Лиля была не против.

Бутылка «Jack Daniels», фрукты и кальян, заряженный уже каким-то пряно-мятным табаком и гранатовым соком – то, что ждало нас в элит-зоне «Лайков», а дома нас с Лилей ждали лишь пару бутылок пива на окне и остатки роллов в холодильнике, ещё более скрученные от давности их хранения в нём. Хорошо, что как-то думать о еде нам не пришлось. Остатка сил Лили хватило только лишь на то, чтобы добраться до кровати. До кровати, на которой к моменту её прибытия к ней уже мёртво спал я.

Утро, а если быть точным, момент нашего пробуждения, отмеченный в 14–20, начался со звонка мобильного телефона. Неизвестный мне номер задержал мой взгляд примерно до седьмого гудка, когда я окончательно понял, что кто-то твёрдо хочет меня услышать.

– Алло. Максим, здорово. Это Алексей.

– Привет! – сказал я, выдержав некоторую паузу, безуспешно пытаясь сопоставить незнакомый мне голос с достаточно популярным именем.

– Алексей – друг Рамиса. Вчера в «Лайках» в випке вместе сидели. Забыл?

– Ах… Алексей. Привет. Помню, удивился просто. Я тебе разве оставлял номер?

– Не, я у Рамиса взял. Чё звоню-то… Вчера помнишь про базу отдыха говорили. Поедешь?

В этот момент я, действительно вспомнив и Алексея, и разговоры про базу, начал прокручивать фрагменты вчерашнего вечера. Вспомнив Лилю и повернувшись, чтобы посмотреть, не сбежала ли она, я понял, что даже элементарные движения в кровати для меня даются сейчас непросто…

– Алексей, как тебе сказать… Не то чтобы я не хочу, просто как-то не по состоянию сейчас…

– Да брось. Давай там не торопись тогда. Созвонюсь с пацанами, девчат заберём да заеду за тобой. К четырём будь готов.

Не собрав в себе сил, чтобы озвучить достаточно внятную аргументацию отказу, я, сам того не заметив, выразил, следуя реакции Алексея, своё согласие…