Пули откололи от стены крупные куски бетона, грохот едва не заставил вздрогнуть. Дмитрий услышал короткий разговор бойцов, но почти ничего не понял: они обменивались какими-то кодовыми словами. Стрельба наверху, топот. Ещё немного, и подполковника Насыровой не станет.
— Не стреляйте! — Лейтенант с трудом узнал её голос, ставший тонким, жалобным, к тому же искажённый эхом. — Пожалуйста, не стреляйте! Я не вооружена! Произошла...
— Седьмой! — быстро буркнул кто-то, и почти сразу же раздался хлопок.
Граната, догадался Дмитрий. Сейчас будет взрыв... На этот раз он даже не дёрнулся. По руке поползло какое-то насекомое. Наверное, муха. Когда успела залететь так высоко? Или внизу крови мало? Осталось ещё немного, и начнётся тот короткий промежуток времени, в который можно что-то успеть.
— Пол-отбоя!! — гаркнул чей-то хриплый голос спустя несколько секунд.
— Есть пол-отбоя!
— Третий-девятый!
— Есть третий-девятый!
Да, наверное, моряки — даже муха улетела от таких криков. Шаги удаляются, а вот скрип осколков под бутсами стал громче, это парень вышел на лестничную площадку. Интересно, работает ли лифт? Дмитрий чуть повернул голову: свет горит везде, где уцелели лампы. Никого. Он быстро сел, отодвинул чужую исковерканную плоть, бесшумно вскочил на ноги.
— Третий-девятый продолжать, двенадцатый готовь!!!
— Есть третий-девятый продолжа...
Знать бы, что означают эти команды. Оружие не собрали, и Дмитрий схватил валявшийся на полу полицейский «рокот», совершенно, впрочем, пока бесполезный. Выбирая место для каждого шага, лейтенант исхитрился бесшумно подойти к выбитой двери на пожарную лестницу, прислушался. Чьё-то тяжёлое дыхание, какое-то позвякивание снизу. Видимо, все вышли на площадки, находятся в прямой видимости и ждут другую команду, которая окончательно зачистит Башенку.
Дмитрий подавил желание сплюнуть. Да, ничего пока не выходит. Впрочем, и не должно было выйти, уж очень невелики были шансы на удачу с самого начала. Лестница перекрыта, лифт мгновенно будет остановлен и расстрелян. Снято ли наружное наблюдение? Определённо стрелкам дан приказ не палить по окнам, иначе они перебили бы штурмующих. Но не похож одетый в спортивный костюм лейтенант на закованный в чёрную кожу морской спецназ, даже маски нет.
И всё же он подошел к ближайшему окну, высунулся по пояс, стараясь не задеть торчащих осколков толстого стекла. В Башенке примерно пятьдесят этажей, она вся светится, а вокруг озеро тьмы, окружённое, в свою очередь, морем огней города. На проспекте тихо, чего и следовало ожидать: движение перекрыли перед самым штурмом, тогда же в районе выключили электричество. Вниз убегает гладкая, ровная стена. Даже если бы никто не мешал, перебираться от окна к окну с помощью штор — занятие до самого утра. А внизу огни фар, прибыли какие-то машины...
Дмитрий скорее ощутил лёгкую вибрацию, нежели услышал гул. Лифты! Кто-то поднимался с самого низа. Сейчас здание наводнят «зачисточные» команды, которые заберут трупы и технику. Что делать — лейтенант не знал и просто встал в угол, под разбитую лампу.
Ждать пришлось недолго, лифты сновали вверх-вниз, постепенно насыщая здание новыми людьми. Вот раздался хруст осколков, с лестницы вошёл боец. Дмитрий легко мог представить, как тот, закинув автомат за спину, чуть прижимает клипсу индивидуальной связи к шее — у всех спецназовцев почему-то такая привычка.
— Да, понял... Жду. Есть нулёвка-три.
Почти бесшумно раскрылись двери лифта, но выступ степы не позволил Дмитрию увидеть прибывших. Зато он сразу услышал их громкие деловые голоса:
— Веди отсчёт дальше, Леша! Пока пятьдесят процентов, уже хорошо, в полчаса должны уложиться!
— Командование выше, но ты не жди, снимай сервер! Вынесем каждую железяку, а уж дома как-нибудь сложим...
«Где же ваш дом, ребята? Наверное, теперь это НБ. А может быть, и нет, в таком странном деле всё возможно». Мелькнул серый комбинезон, один из прибывших зашёл в комнату, задержался в дверях.
— Тел нет! Несколько приборов, начинаю выносить.
— Один справишься? Наклейки не забудь.
— Не учи...
Шаги стихли. Дмитрий, повинуясь инстинкту, шагнул из своего убежища, поднимая «рокот». Он увидел спину спецназовца, вернувшегося на лестницу. Больше никого. Из комнаты, ближайшей к нему, раздался грохот, кто-то смахнул со стола канцелярскую мелочь, но моряк даже не оглянулся. Проскользнув сквозь косо висящую, пробитую пулями дверь, Дмитрий оказался прямо за спиной человека в сером комбинезоне, деловито шлёпающего наклейки на всё, что могло бы вызвать малейший интерес его руководства. Сканеры, принтер, плеер, окружённый рассыпанными из коробки дисками...
Шлем, тоже серый, соединялся с толстым комбинезоном шарниром. Нехитрый механизм позволяет почти свободно крутить головой, зато гарантирует, что, пока ты в шлеме, шею тебе никто свернуть не сможет. Так бы оно и было, но лейтенант уже имел дело с подобной конструкцией. Он положил пистолет на мягкое кресло, опять достал нож убитого подполковника и быстро воткнул его под лопатку незнакомцу. Прежде чем тот, почувствовав несильный толчок, успел обернуться, Дмитрий сумел перерезать один из узких ремней, обеспечивающих комбинезону жёсткость. Теперь оставалось только крепко ухватиться за хорошо подогнанный, застёгнутый шлем и резко вывернуть голову врага влево.
Шарнир сопротивлялся, но сползал, потеряв опору, по спине. Человек уже не мог издать ни звука, не мог повернуться, прижатый лейтенантом к столу. Он попробовал дотянуться до кобуры, но Дмитрий рванул шлем на себя, и выкрученный позвоночник не выдержал.
Опять приехал лифт, лейтенант схватил «рокот» и повернулся к двери. Но поднявшиеся разошлись по другим комнатам, оттуда послышались голоса, тут же стали вытаскивать компьютеры. Дмитрий сорвал с уха мертвеца клипсу, прижал к шее. Короткие команды, чьё-то пыхтение — пока никакой паники.
Не стараясь особенно соблюдать тишину, Дмитрий переоделся. Комбинезон оказался немного мал, из-за перерезанного ремня шлем съехал чуть набок, а серая маска пропахла чесноком, к тому же не подходила центровка окуляров. Однако грех жаловаться, и лейтенант, как мог, вколотил ноги в бутсы на два размера меньше, сгрёб в руки оргтехнику, пристроил сверху плеер. У лифтов всё стихло, и, прислушавшись к своим ощущениям, Дмитрий наконец решился выйти.
Операция кончается, скоро Башенка будет полностью выпотрошена, и тогда спецназ снимут с постов и отправят на базу для обязательного осмотра и дезинфекции. Потом — самолёт, который отнесёт героев к месту постоянной дислокации, в какой-нибудь невзрачный приморский городок. О чём они будут говорить по дороге?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
